Любовь сквозь речные воды - Олеся Нилова

— Бессмыслица какая-то. — Пробормотал Тай. Неужели Лана была столь мелочна? Она и так знала, что нравится ему, зачем же лишний раз было демонстрировать это сестре? Неожиданно показавшаяся абсурдной мысль пронзила его. Он взглянул на Сию.

— Если все так, как ты говоришь, значит у нее были причины думать, что тебя эта ситуация не оставит равнодушной, так?

Сия опустила глаза и попятилась. Кажется, она понимала, к чему ведет принц. Она сама загнала себя в ловушку. Но быстро сообразила, как выкрутиться.

— Конечно, Ваше Высочество. — Притворно возмущаясь, взглянула она на принца. — Я же говорила, тогда я считала Вас своей собственностью. А я терпеть не могу, когда трогают мое.

— Это мне известно. — Тай сделал шаг по направлению к девушке. — Но в той ситуации на корабле госпожа Лана не трогала «Вашу собственность», как Вы изволили выразиться, скорее, это я проявлял к ней внимание. Так что Ваше поведение тогда больше смахивало на ревность, нежели на возмущение и гнев.

Сия нервно усмехнулась, продолжая отступать.

— Вы слишком высокого мнения о себе, принц. С чего мне было Вас ревновать? Женаты мы были лишь формально, чувств никаких я к Вам не испытывала. Какая еще ревность?

Поведение девушки, едва заметная дрожь в ее голосе указали Таю на то, что он был прав. Память тут же услужливо подкинула воспоминания о жизни в поместье, которым он раньше почему-то не уделял должного внимания, а теперь они складывались в цельную картину.

Вот, выйдя из классной комнаты, Сия застает их с Ланой за милой беседой. Они смеются, обсуждая прочитанный отрывок из книги. Сия проходит мимо и будто случайно толкает Лану, та роняет учебники. Или тот день, когда слива зацвела. Лана срывает цветок с дерева, вставляет его себе в прическу. Увидев Тая, она с улыбкой дарит ему другой цветок, заправив его принцу за ухо. Когда он поворачивается, чтобы сопроводить Лану до крыла поместья, где она жила с матерью, то видит застывшую на пороге Сию. Она, не мигая, смотрит на цветы сливы в волосах молодых людей, руки ее сжимаются в кулаки. Наконец, та история со столкновением Ланы в бассейн, или ночь в темнице, когда Сия прижималась к нему под мантией…

Почему он только сейчас собрал все воедино? Неужели эта дерзкая девчонка ревновала его к сестре? Он с интересом изучал девушку. Та сначала напряженно смотрела в ответ, затем опустила глаза.

— Позвольте мне вернуться во дворец, Ваше Высочество. — Поклонилась она, пытаясь обойти принца.

— Постой. — Остановил он ее легким прикосновением к предплечью. Сия чуть заметно вздрогнула. — Сегодня вечером в столице запускают фонари, не хочешь взглянуть? Говорят, красивое зрелище. Я бы посмотрел.

Тай смотрел куда-то поверх ее головы, но по тому, как он напряженно сглотнул, Сия поняла, что он действительно ждет ее ответа.

— Вы ведь никогда не запускали фонарики, верно, Ваше Высочество? — Взглянула она на него, вдруг осознав, сколького этот юноша был лишен на протяжении жизни.

Хоть он и происходил из королевской семьи, но с детства был лишен даже маленьких радостей. Сия подумала, что всегда воспринимала как должное то, что у нее было все, чего она желала: одежда, угощения, игрушки, праздники. Но у принца Тая всего этого не было.

Казалось, молодые люди задумались об одном. Они вспоминали первый Новый год принца в поместье. Тогда Сия с бабушкой и слугами вернулась с новогодней ярмарки, принесла много угощений и охапку фейерверков.

Сия отправилась к Таю, чтобы поздравить его: она приготовила ему сверток со сладостями и новую теплую мантию. Бабушка была не против, она позволила внучке самой выбрать одеяние для принца. Когда девушка пришла к крылу слуг, она обнаружила Тая на ступенях, штопающего дыру на рукаве мантии. Когда она спросила, что случилось, он ответил, что зацепился за гвоздь и принес извинения за порчу одежды, предоставленной госпожой.

Но Сия прервала его и всучила два свертка.

— Что это, госпожа? — Как всегда, равнодушно, спросил принц.

— Это твой подарок на Новый год. — Грубовато ответила Сия. Ей было неловко.

Она упаковала подарки так, как нравилось ей — в плотную бумагу, перевязав лентой. Ей показалось, что принц выглядит обескураженным. Но она быстро сообразила, что он попросту никогда не получал подарков в таком виде, да и вовсе, наверное, с момента смерти матери, не получал подарков.

«Ну, разверни же», — нетерпеливо потребовала она. Принц медленно и аккуратно развязал бант и развернул бумагу. В руках у него оказалась красивая, теплая мантия. Она была куда роскошней нынешней. В ней он точно выделялся бы среди слуг, а он этого не хотел.

«Это слишком дорогой подарок. Я не могу принять его», — принц свернул мантию и подал юной госпоже. Но та отстранилась. Ее голос стал непроницаемым.

— Я решила подарить ее тебе. Ты собрался оспаривать мои решения? — Она высокомерно взглянула сверху-вниз на сидящего принца. — К тому же, я уже знаю, что ты принял в подарок от моей сестры грелку. Что же, намеренно хочешь оскорбить меня?

— Не смею даже думать о таком. — Спокойно ответил Тай, смиренно поклонившись. — Благодарю, госпожа.

— И второй разверни. — Не терпящим возражения тоном потребовала Сия.

Тай развернул сверток и обнаружил там самые разные сладости. Он не слишком любил сладкое, но Сия почему-то считала, что его это порадует — сама-то она была к сладкому неравнодушна. Он решил промолчать на этот раз. Лишь почтительно поклонился. Казалось, юная госпожа удовлетворена.

«Славно, — произнесла она бодро, — а теперь идем смотреть фейерверк».

Тай пораженно смотрел на нее. Раньше он видел фейерверки лишь издали: из башни дальнего дворца Хейлан. Его не допускали ни на один дворцовый праздник. В дни, когда у короля были посетители, охрана окружала «темницу» Тая, и выйти оттуда не представлялось возможным.

Однажды, под Новый год, когда Таю было лет двенадцать, Шанг со слугами пришел к дальнему дворцу, якобы поздравить брата. Он принес Таю и Линь-ан фейерверки, чтобы те могли запустить их и отметить праздник. Шангу было всего девять, старший брат не ожидал от ребенка никакого подвоха. Да, он знал, что они с Шангом не могут быть близки, и семья Чхве ненавидит Тая, но что