Снежность Иве, или Господин Метелица - Вера Платонова

Стражники ей что-то бормотали в ответ.

– Ах, огонь там? – поднимала она брови. – Да я вас сама сожгу, если не вынесете! Платья, платья мои спасайте! Драгоценности!

Рози приметила старый сундук с металлической оковкой на крышке и углах, который королева распорядилась выносить из огня первым. Его она видела и раньше, в изголовье кровати в спальне Адалин. Что же там лежит такое? Что она охраняет это, словно драконица, и ради чего Макс так сильно рискует? Рози от нетерпения аж встала на цыпочки, пытаясь просверлить взглядом дырку в сундуке и хоть немного утолить свое любопытство.

– Ваше величество! – крикнул один из главных стражников королеве. – Здесь нельзя оставаться! Нужно покинуть крыло!

Адалин дала указания двум своим стражам и, нисколько не торопясь, чинно пошла к выходу. Двое подхватили сундук и пошли за ней. Рози мышкой шмыгнула следом.

– Всем немедленно освободить крыло! – кричали тут и там.

Королева ускорила шаг и уже быстро спускалась на первый этаж, стражники с сундуком, лавируя, между суетящихся слуг и паникующей знати, следовали за ней. Рози прошла за ними по первому этажу несколько поворотов.

Навстречу Адалин выбежал дворцовый лекарь Тиберус и расцеловал ей руки. Та брезгливо их одернула. Затем они зашли в узкий коридор, откуда повеяло какими-то смутно-знакомыми ароматами трав и порошков.

“– Это лечебница!” – догадалась Рози.

Дальше следовать за Адалин она не могла, поскольку там это было слишком заметно. Поэтому девушка осталась в свободном холле, в котором стояло несколько шкафов, и пара больших столов со стульями, наверное, для приема и осмотра пациентов. Она, затаив дыхание, забралась под стол, заваленный горой тряпиц, возможно, для перевязки, и пустыми склянками, там же стояла тяжелая медная ступка с пестиком для приготовления разных порошков и весы.

Адалин коротко переговорила с лекарем и спустя недолгое время прошествовала со своей охраной в обратную сторону. Сундука с ними уже не было.

Рози выждала время, когда королева наверняка удалится, выглянула из-под стола, вооружившись пестиком для собственного спокойствия, и тихонько заглянула в коридор. В нем было пусто, но несколько дверей вели в разные комнаты.

Рози заглянула в одну: узкая прямоугольная комнатка с кроватью на одного человека, столиком и зарешеченным окном. Наверное, здесь размещаются больные люди.

Она приоткрыла дверь в соседнюю комнату: такая же обстановка, только нет решеток на окне.

Из третьей комнаты доносились голоса, там кто-то оживленно беседовал, и Рози не стала туда соваться. Она дошла до более добротной, чем остальные, дубовой двери, на которой висела золоченая табличка: “Главный королевский лекарь Эдгар Тиберус”. Рози положила руку на ручку, прикидывая, какую бы ложь ей придумать на этот раз, чтобы объяснить свое появление, и очень медленно потянула на себя. Дверь бесшумно приоткрылась.

Просторная комната вельможи была обставлена со всей роскошью, которую только могла представить себе Рози. Пол и стены украшали мягкие ковры и дорогие гобелены. Сундук был здесь. Как и хозяин комнаты.

Тиберус стоял на коленях возле сундука, повернувшись к двери спиной, и увлеченно ковырял замок разными подручными средствами, пытаясь его открыть.

Рози сделала бесшумный шаг по толстому ковру. Если Тиберус оглянется, у нее будет время еще убежать, наверное.

– Ай, – воскликнул Тиберус, поранившийся собственным скальпелем, которым он пытался повернуть замковый механизм. Кровь крупными каплями закапала на скважину, затекая в нее.

Послышался щелчок.

– Замок на крови! Как я не догадался, – пробормотал Тиберус себе под нос, распахивая крышку. Он вдруг вспомнил, что забыл запереться изнутри от лишних глаз своим собственным засовом и стал спешно подниматься с колен.

Как вдруг вновь рухнул на ковер.

– Только бы живым остался! А то кто ж лечить людей-то будет? – пробормотала Рози, отбрасывая пестик в сторону и заглядывая в сундук. Возглас разочарования вырвался у нее из груди: наполовину пустой! Все его содержимое составляли какие-то платки и свернутые отрезы ткани! Все зря! Это не тот сундук. Тут совершенно ничего ценного. Она все провалила.

На всякий случай она вынула все, что там было, нашарив еще старую замшелую книжицу, от которой дурно пахло, и маску, похожую на карнавальную, с шелковыми завязками.

Все это спеленала в плотный кокон из тканей, сверху накрыла своим передником и выскочила из комнаты, словно мать, прижимающая к себе упитанного младенца.

Глава двадцать вторая, в которой…

Окрестности Мюлля, дом г-жи Метелицы

Ничего на этом свете не случается просто так. Теперь это казалось очевидным. Дагмар просил у Ейлентиррнанскоолбьюнен-та-са совета и помощи, что и получил, сам того не ведая.

“На всякое зло найдется свой меч разящий” – вспомнил он предсказание, полученное из книги мудреца. Дагмар думал раньше, что слово “меч” несет здесь символичный смысл, и искомое оружие может иметь абсолютно любое воплощение. Но не всегда нужно искать сложности там, где их нет.

Меч Явора лежал сейчас перед ним, сверкая идеально чистым лезвием. Помимо тиснения с именем хозяина оружие было украшено вязью кленовых листьев, оканчивающейся у самого остро заточенного кончика. Он дважды спросил у Иве, как выглядел тот таинственный заказчик, что пришел однажды в мастерскую к Монсу Эдегору и провел там достаточно долгое время, чтобы уговорить мастера взяться за сложный заказ. У девушки была великолепная память на все, что она когда-то хоть однажды видела своими глазами. На третий такой вопрос она молча взяла уголек и нарисовала на холсте портрет человека, и это не оставило у Дагмара ни малейшего сомнения: заостренные черты худощавого лица, впалые скулы, небольшая бородка и темные, как омуты, глаза, а у внешнего уголка правого – небольшой округлый шрам. Таким Дагмар и запомнил колдуна из скрытой башни на болотах Брендонхольма.

И то, что что именно дочь Монса делит с ним заточение в домике Метелицы – это тоже часть замысла богини. Наказание и помощь, причудливо смешанные в одном флаконе – чего же от него по-настоящему ждали Селестина и Метелица?

– “Так будь же ты на ее месте ровно столько, сколько понадобится для того, чтобы хоть немного наполнить твою пустую оболочку смыслом и жизнью! С первым днем осени ты явишься сюда и не покинешь окрестностей Мюлля, пока не исчезнет след от твоей ладони, пока не исцелится подсолнух во дворе, и пока снежный покров не укроет Фьоренхолле так, что не останется ни единого темного пятнышка!” – произнес он слово в слово вердикт золотоволосой богини и посмотрел на Иветту.

Теперь девушка