Загадки академии темных сердец (СИ) - Пожарская Анна

Соседка прикусила губу и собрала руки в замок. Опустила голову. Казалось, даже торчащие рыжие пряди и те будто затаились.

— Пожалуйста, не говори никому, — едва слышно попросила она. Усмехнулась и покачала головой. — Все так запуталось, — сделала глубокий вдох. — Я для себя его взяла, попросить постеснялась. Прости. Подумала: ты не беременна, а с твоего бывшего любовника, кем бы он ни был, не убудет. Быстро найти такие деньги для меня оказалось нереальным, а тут подвернулась возможность, вот я и решилась. Только что делать с пузырьком, так и не придумала. Думала, позже избавлюсь, — уселась на кровать и закрыла лицо ладонями. Зашептала, будто заученную и тысячу раз повторенную молитву: — Ребенок случайный, обо мне некому заботиться, а обратно в нищету не хочу. До сих пор становится страшно, как вспомню детство. Одна я еще как-то выкарабкаюсь, с ребенком нет, — подняла глаза на собеседницу: — Не знаю как, но, если надо, могу поискать деньги. Отдать твоему мужчине.

— Не нужно, Лара, — Мера махнула рукой. Злость отступила. Осталась только жалость. Представила, как соседка день и ночь раздумывает о ребенке, и сердце застучало быстрее. Даже предполагать не хотела, как повела бы себя на ее месте. — Я снадобье не покупала. А для бывшего это действительно мелочь. Но как, скажи на милость, ты умудрилась забеременеть? Панту — темное сердце, от него у тебя не могло случиться ребенка!

— Ну, он не единственный мужчина на этом свете, — грустно выдохнула Билар. Ухмыльнулась и, запустив ладонь в рыжую шевелюру, взлохматила прическу — Панту бросил меня ради созвучной. Потом передумал, но созвучную не оставил. Эта связь давала силы, позволяла ему ощутить себя настоящим магом, будоражила, заставляла кипеть кровь. Мне Панту говорил о любви. Я спала с ним, а потом плакала в подушку, проклиная себя за малодушие и слабость. Но я любила его, клянусь! Я и сейчас его люблю. Вот только надежд быть с ним все меньше и меньше! — смахнула набежавшую слезинку. — Вроде он тут, рядом, и так бесконечно далеко. Будто между нами бескрайняя бездна…

Мера тяжело проглотила слюну. Посмотрела на кристаллы на шее соседки, но те вели себя спокойно.

— В Великой книге амулетов хотела найти заклинание, чтобы отдать его созвучную другому, — шмыгнула носом Лара. — Знаю, что отец Панту применял его. Наш ректор в молодости полюбил чужую созвучную и с помощью заклинания из книги сделал ее своей. Его наказали за это — нацепили браслет без права избавиться от побрякушки. Но мне было плевать на последствия! Хотела наконец закончить муки с Панту. Магрей, думаю, знал, зачем кручусь около книги, и время от времени пускал меня поработать с ней. Не помогал: видимо, надеялся остаться в стороне, если у меня что-то получится. Заклинание, конечно сложное, но вполне могло мне покориться, если бы не амулеты на моей шее, — Лара тяжело сглотнула и облизнулась. — А вот Луклей вызвалась помочь, правда, с одним условием.

— С каким? — прищурилась Мера и тут же пожалела. Излишним любопытством она могла спугнуть Лару.

— Нужно было поехать с ней и подтвердить, что я девственница и готова поставить свою невинность на кон.

— Бред какой-то…

Лара согласно закивала:

— Я тоже ей так сказала. Я-то давно не невинная дева. Но Луклей заверила, что перед партией там верят на слово, а проверять не придется: она выиграет, — нахмурилась. — Сейчас кажется, это была афера, но понять сути и выгоды не могу, — Лара вытерла слезы и ухмыльнулась: — Луклей притащила меня в какой-то вертеп, в комнаты, где хорошо одетые мужчины и женщины играют в карты. Поставила мою невинность, выиграла круглую сумму и велела мне выпить что-нибудь, пока она продолжает играть. Налили вина, ко мне подсел проигравший в партии за мою девственность мужчина и предложил составить компанию. Должно быть, они что-то подсыпали в мой бокал, потому что очнулась я с проигравшим в одной постели в самый пикантный момент.

— В какой момент? В какой постели? — удивилась Мера. Никогда не приходилось посещать подобные места, и как там все устроено, ей даже в голову не приходило.

— Он трахал меня, как матрос портовую девку, — фыркнула Лара, и лицо ее скривилось от неприязни. — Старался, как в последний раз. В одной из комнат, куда поднимаются, когда снимают шлюху. Я даже не могла пошевелиться, тело отказывалось подчиняться. Так бы этот ублюдок живым от меня не ушел, — шумно вздохнула и покачала головой. — Не знаю, что там выиграла Луклей, надеюсь, она продулась в пыль, но когда мы с ней вернулись в академию, выяснилось, что в эту ночь книгу украли и профессор не может мне помочь, потому что без книги заклинание невозможно. Думала, убью Луклей на месте. А уж когда поняла, что беременна… Не представляешь, чего мне стоило не разнести все вокруг.

Лара грустно улыбнулась. Поднялась с кровати и взяла Меру за руку. Заглянула в глаза.

— Прости. Я очень виновата. Но я вечный должник этого твоего бывшего.

Мера отдернула руку, ладонь старосты казалась ледяной. Поежилась. Рассказанное не укладывалось в голове. Луклей отдала Лару постороннему мужчине без ее согласия? Да еще и опоила какой-то гадостью? Страшно. Созвучная представила себя в постели с незнакомцем, и к горлу подкатила тошнота. Заставила себя думать о книге.

— Подожди, — покачала головой Мера. Мысли о снадобье уже уступили место другим. — Ты хочешь сказать, что в ночь, когда украли Великую книгу амулетов, вы с Луклей развлекались в столице?

— Да, — нахмурилась Лара. Она явно не ожидала таких вопросов.

— А вас кто-то видел?

— Человек сорок точно, — пожала плечами соседка. — Другое дело, готовы ли они признаться, что тоже были там.

— А Луклей была с тобой все время? Сколько ты провела в другой комнате?

— От силы полчаса. Минут десять на мне кривлялся этот урод, а потом ждала, когда смогу пошевелить руками и ногами. Когда спустилась, Луклей сидела за тем же столом.

— Спасибо, Лара, — вздохнула Мера и направилась к выходу. — Пошли обедать.

— Ты не сердишься на меня? — как-то по-детски поинтересовалась староста, семеня следом.

— Нет, — покачала головой Мера. Ей отчего-то захотелось обнять Лару, но она не решилась. — Только в другой раз лучше попроси.

— Знаешь, — решительно констатировала Лара, — надеюсь, другого раза не будет.

Созвучной осталось только согласиться.

Около лестницы их догнал Панту и, извинившись, увел старосту поболтать с глазу на глаз немного. Мера за ними не пошла. Сказывалось отсутствие завтрака, и есть хотелось ужасно. К счастью, в трапезной почти никого не оказалось. Двух несчастных первокуров, сидящих в дальнем углу, можно было смело сбросить со счетов. Они думать не мешали.

Мера уплетала пересоленный грибной суп и напряженно размышляла. Разум изворачивался и искал способы зацепиться за неожиданно рассыпавшуюся старую теорию. Верить, что в краже замешаны женщины, а не мужчины, было даже как-то приятно, а теперь оснований для этой самой веры и не осталось толком. Когда же изыскания подкрадывались к мужчинам, становилось совершенно ясно, что знаний о них отчаянно не хватает. Мера покачала головой. Надо будет попросить Магрея расширить описания в его досье, рассказать о коллегах побольше, а заодно как-нибудь убедиться, что ее маг не причастен к краже книги.

Улыбнулась. Отчего-то жутко захотелось обнять Зила. Утонуть в его теплом запахе и прислушаться к биению сердца. Кажется, сейчас у него должна начаться лекция у второкурсников, вполне можно навестить. Обнять, конечно, не удастся, но хотя бы получится перекинуться несколькими фразами. Все легче будет дотерпеть до вечера. Созвучность играла дурную шутку — временами находиться рядом с Магреем хотелось до дрожи в коленках.

Мера покончила с едой, вышла из столовой и направилась к лестнице. Занятия второкурсников проходили в дальней аудитории на первом этаже. Созвучная постоянно путалась, когда искала ее в извилистых коридорах, но в этот раз она надеялась успеть отыскать своего Зила до конца обеденного перерыва.