Камеристка (СИ) - Ванг Кристина

В животе всё перевернулось от властности его голоса. Тувэ сжала поводья, кожаные перчатки на руках скрипнули. Она даже поерзала в седле. Ей определенно понравилось то, как он это сказал. И за это было даже стыдно. Потому что не должна была её трогать такая дерзость, такое явное ограничение свободы. Но было в этом что-то…

Король развернул лошадь. Отдалился от нее, посмотрел через плечо и добавил:

— Это в его взгляде. Он слишком дерзок. Любой мужчина почувствует неладное. Сомнительный аргумент, конечно, но слух выйдет очень неприятным. А вашу репутацию может разрушить даже пустяк. Уладьте.

— Ир вряд ли…

— Нер-Рорг, подумайте хорошенько.

Тувэ не хотела с ним соглашаться. Не хотела, но должна была признать, что король прав. Ей уже не раз говорили, что Ир позволяет себе слишком многое. Она сама замечала его вольности. Но он был другом. Другом! Она знала, что на него можно положиться, что он не предаст, а та ночь… Ну, не имела такого уж особого значения для неё. Она захотела, а он просто поддался. Вот примерно так всё и было.

— Хорошо, — сквозь зубы, прошипела Тувэ. — Я поговорю с ним.

— Передай, что я буду признателен, начни он проявлять должную учтивость ко мне. Я бы не хотел… демонстрировать негостеприимство, — он сдержанно улыбнулся ей. — Вы ещё настроены продолжать нашу прогулку, Тувэ?

Она нерешительно кивнула. Ей нужно было проветрить голову. Пусть даже и в компании несносного мерзавца.

— Тогда позвольте показать вам одно место.

И он повел лошадь вперёд. Тувэ без каких-либо возражений последовала за ним. Король больше ничего не говорил. Даже не смотрел на неё. Кроме протоптанной дорожки вообще ни на что внимания не обращал. Сама Тувэ не старалась завести разговор. Пропало всякое желание. Ей впервые стало неловко за ту глупую сумбурную ночь с Иром. Им было весело. Утром они выползли из постели, переглянулись и стали обсуждать дела. Ничего особенного. Так она всегда и думала.

Протоптанная дорога закончилась. Пришлось пробираться через кусты и деревья. Вдалеке между ветками замелькал свет. Лошади прошли еще немного и вышли на поляну.

Взгляд Тувэ упал на озеро. Небольшое. Она бы легко могла его переплыть. Вода в нём была прозрачной. Чистой. Озеро окружал лес. Ни замка, ни одной постройки, ничего вокруг не было. Ветер гонял желтые листья, птиц не было слышно. Очень спокойно. Напоминало дом в летнюю пору.

Тувэ спешилась. Хотела прикоснуться к воде. Ополоснуть руки, умыть лицо.

Может быть, и ноги помочить?

— Тувэ, — окликнул король. Он уже несколько раз называл её просто по имени. Приятная иллюзия некоторой близости отвлекала от разговоров о её первой ночи. — Вода холодная. Будьте осторожны.

— Сейчас только осень, — Тувэ нахмурилась. — Даже льда нет.

Элиот отстегнул сверток, прикрепленный к седлу, и подошел ближе. В руках у него оказалось одеяло.

— На севере мерилом холода является только лед? — он встал рядом. Смотрел на водяную гладь с непроницаемым лицом. Тувэ никак не могла разгадать, что вертелось в его голове. Как на самом деле он к ней относился? Он то был до невозможного мил и терпелив, то неожиданно взрывается…

— Нет, но… — она пожала плечами. — Нам обычно не холодно.

Тувэ подошла ближе, присела на корточки и коснулась воды. Как и думала, совсем не холодная. Она улыбнулась, села на голую землю, стащила сапоги, чулки, закатала штанины и, скинув плащ, шагнула к воде. Тувэ вдруг опомнилась и посмотрела на короля. Он же любил когда всё по правилам, по этикету, воспитание, манеры и всё такое. А насколько по-лейхгарски мочить ноги в озере?

Элиот смотрел на неё, удивленно приподняв брови. Выражение лица у него было даже немного глуповатым.

— Вы обезумели? — вопросил он, так и сжимая в руках одеяло.

— Я… — Тувэ с тоской посмотрела на обувь. Вздохнула. Видимо, не помочит она ножки. — По этикету не положено?

Король открыл и закрыл рот. Потер переносицу.

— Дело не столько в этикете. Хотя, конечно, леди не должна вот так просто сидеть на земле, разуваться, и прочее. Скорее, я бы не хотел, чтобы моя невеста накануне свадьбы скончалась от какого-нибудь воспаления.

Тувэ улыбнулась. Позволила себе вообразить, что он о ней беспокоится. Не то чтобы у неё был недостаток внимания. Один только Ньял как трусился над ней. Но всё это было не то, не так. Она бы хотела заботы и беспокойства иного толка.

— Северяне не замерзают от такого, — она шагнула в воду. Прошлась туда-обратно. Зарылась пальцами ног в ил. Прохладно, но приятно.

Элиот прищурился. Смотрел и смотрел. Тувэ даже неловко стало. Ну что опять не так? Если не манеры, как всегда, то что?

Король отложил одеяло, подошел к краю воды, стянул с руки перчатку и коснулся пальцами глади. Совсем чуть-чуть. Замер. Выпрямился. Тряхнул кистью и быстро надел перчатку обратно.

— Выходи. Вода ледяная, — серьезно произнес он.

Тувэ закусила губу и покачала головой. Не-а. Не выйдет.

— Неужели вы не знаете?

— Не знаю что? — он протянул ей руку. — Выходите из воды и расскажите.

Тувэ спрятала ладошки за спину. Просто решила позабавиться. Раз уж он так терпелив сегодня, даже мил, раз они одни.

— Все северяне горячи кровью. Это из-за… — она призадумалась. Как бы объяснить? Для неё такие особенности были чем-то самим собой разумеющимся. — Магии? Колдовства? Кроха, капля этих сил есть у каждого северянина.

Элиот сжал руку в кулак и убрал её в карман.

— Что это значит? — он тут же стал более серьезным. Она успела научиться различать тени перемен в выражении его глаз. Но чтобы понять его целиком, этого всё равно было недостаточно.

— Вы не знали? Все северяне отчасти колдуны. Просто силы в большинстве из нас очень мало. Она циркулирует в теле как помощник. Обычно только согревает. Но бывают особенные люди. Как Ньял, например. Для колдуна он слишком слаб, а для простого человека слишком одарен.

— Значит, вы все в какой-то степени колдуны? — он приподнял брови.

— Ну можно и так сказать. Мне просто сложно замерзнуть, некоторые болезни не трогают. Ничего такого. Колдовать не могу. — Тувэ пожала плечами. Старалась сохранить праздность в голосе, но Элиот подозрительно нахмурился. Она начала нервничать.

— Это очень плохо, Тувэ.

— Намного хуже того, что я не девственница? — она с искренней тоской посмотрела на него. Элиот прикрыл глаза и прикусил губу, явно давя усмешку.

— Ненамного, Нер-Рорг Тувэ. Но проблем добавляет.

— Почему? Я же не могу колдовать. И могу приказать свои людям молчать. Они и словом не обмолвятся…

— На свадебной церемонии вас проверит церковь. Это обязательно. Как и ваша невинность. Вы должны быть непорочны телом перед Благим. Девственны и пусты. Никакого колдовства.

Тувэ вздохнула. Она никогда не могла понять, почему в королевствах так отчаянно борются с тем, что является неотъемлемой частью людей. Магия была полезна. Согревала северян изнутри в холода, давала пламя, без которого не выжить, она была верным союзником в борьбе против страшных чудовищ. Это всё равно, что пытаться отрезать себе здоровую нужную руку, возомнив, что она проклята и несет разрушения.

— Но почему? — Элиот вопросительно посмотрел на неё. Тувэ, не скрывая своей растерянности, пояснила: — Почему вы так ненавидите колдовство?

— Его ненавидят в женщинах. Святые рыцари вот сражаются.

— Они магические калеки.

Тувэ стояла по щиколотки в холодной, по мнению Элиота, воде, а он стоял на берегу. Они смотрели друг на друга и не понимали. Тувэ остро ощутила, как сильно непонимание, как широка пропасть. И сколько бы она ни обучалась, ей никогда до конца не понять его. Она всегда будет думать как северянка, а он как лейхгарец. Она всегда будет «стоять в холодной воде», а он на берегу протягивать руку, не понимая, что ей совсем не холодно.

— Что значит калеки? — спустя несколько мгновений гляделок всё-таки спросил король. — И выйдите уже наконец из воды. Может быть, на севере это нормально, но в Лейхгаре — нет.