За тебя. Вернуть (СИ) - Анна Водолей

— Ко мне вышел волк. Белый такой, — я наблюдала за реакцией Каина, но его лицо ничего не выражало. — Он меня привел к вам.

— Испугалась?

— Очень. Очень сильно, — от переизбытка эмоций я повторилась, передергивая плечами от воспоминания первых минут поединка взглядов.

— Ты попала в преломление пространства. Знаешь что это?

— Я читала об этом. Это когда в одной точке происходит разрыв одного пространства и образуется плавный переход в другое пространство.

— Да. Такое бывает и со временем. Это будет временной перелом. Его почти нигде не встретишь, но редко случается. Самое страшное, что в преломленном временном пространстве можно оказаться как в будущем, так и в прошлом.

— Ясно, — кивнула я. — А что насчет волка?

Дракон чуть нахмурился.

— Это нормально?

— Саш, это не рядовой случай, врать не буду. И рекомендую никому об этом не говорить. И Веру с Тавием тоже.

— Почему?

— Потому что.

— Это ответ? — рассердилась я. Да сколько же недомолвок еще будет?

— Это ответ.

— Ладно, — сдалась я, понимая, что спор никуда не приведет. — Но мне Вы скажите, почему волк меня проводил и не попытался съесть?

— Это был разумный волк.

— Как в той деревне? — перебила я дядю.

— В той деревне не было волков, — мягко напомнил Каин, глядя мне в глаза. В голове неприятно зашумело, и я на пару секунд зажмурилась.

— Тогда мне мальчики рассказывали про них, — я с усилием потерла виски. Надо меньше нервничать. — И они сказали, что волки могут питаться людьми.

— Могут, — согласно кивнул он. — А могут и не питаться. Вероятно, ты ему понравилась, и он захотел помочь. Такое тоже встречается. Но, повторюсь, это не рядовой случай и не стоит об этом распространяться.

— Не буду, — согласилась я, обдумывая слова дяди. Неужели так просто, я ему понравилась, и он решил помочь? Хотя, любой бы человек поступил аналогично. А если волк разумный, значит и ему не чуждо доброе отношение.

Я замолчала и продолжала идти, чуть отстав от дяди. Сзади шли мальчишки и обсуждали поселение, в которое мы должны были попасть через час ходьбы.

«А что же мы не переночевали в этом близком поселении?» — рассеяно думала я, ступая след в след за дядей.

Снег тут не был высоким, но все-таки нога нет-нет да проваливалась до голени. И к штанине тут же приставал влажный снег, чтобы потом растаять и доставить кучу неприятных ощущений.

— Что за поселение? — я притормозила и подождала ребят, чтобы подробнее расспросить о населенном пункте.

Оказалось, что в поселении живут в основном отшельники. Люди покидали свои дома и уходили жить сюда, в Лавосское село. На добровольных началах они помогали крестьянам из соседних сел и деревень вспахивать землю, собирать урожай, строить дома. Но по большей части, редко кто из них выходил из своего убежища. Они почти не общались друг с другом, некоторые никогда не видели своих соседей.

— И зачем нам туда? — я удивленно вскинула брови, ища смысл.

— Мой друг серьезно болен. Нужно заехать, — проговорил недалеко идущий Каин.

Мальчишки встрепенулись. Видимо, им до сих пор не была доведена причина изменения маршрута.

— Утром я получил весточку от Сафия. Счастье, что мы оказались неподалеку.

У меня ссутулились плечи под давлением стыда. Вряд ли бы этот Сафий побеспокоил Каина с обычной простудой, а тут еще я со своим преломлением пространства. Час времени потерян точно. Я виновато посмотрела на Каина, но он шел ко мне спиной и не видел угрызений совести.

Вер с Тавием смущенно замолкли. Они с таким энтузиазмом обсуждали отшельников, что не удосужились поинтересоваться, чего ради мы туда идем.

Пока я блуждала по воспоминаниям, связанным с волком, и пыталась понять его поведение, мы начали подходить к высоким деревянным стенам поселения. Забор был не по-аскетски хорош, из темного дерева, с выструганными остриями, он на три метра возвышался над землей. Я восхищенно присвистнула. Тавий поддакнул, согласившись, что не ожидал от аскетов излишеств в виде серьезного забора.

Но излишества касались не только забора.

Широкие ворота, способные пропустить одновременно три потока повозок, были открыты, и толстые двери надежно закреплены торчащими из стен железными прутьями, наподобие крюков.

На входе стояло пять мужчин и одна женщина. Все они были одеты в длиннополые одежды из темно-синей ткани. Однако лицо женщины было закрыто чем-то, похожим на хиджаб, открывающий лишь блеклые серые глаза. Поверх одежд были наброшены куртки или теплые плащи, спасающие от холода.

— Каин, — один из аскетов поклонился, приветствуя дядю. Остальные тоже поклонились, спохватившись.

Оставалось только удивляться и делать выводы неожиданному приветствию. Я совершенно не знала старшего дракона. В Старном мы не выходили вместе на улицу, и как обращались к нему жители, было мне неизвестно. Склонялись ли они в поклонах?

— Вер? — мужчина сощурил глаза, рассматривая друга.

— Да, это он, — подтвердил Каин, приобнимая шагнувшего вперед племянника за плечи.

Минуты три ушло на представления, рукоплескания и озадаченные взгляды. Последние достались мне и мною же были исполнены.

Каин вел себя немного странно, опережая вопросы старого знакомого и не позволяя задавать их в большом количестве.

— Сафий ждет тебя. Я провожу до его дома.

— Как он? — мужчины шли нога в ногу, обсуждая насущные проблемы, а мы плелись сзади, отставая от них шагов на пять-шесть.

Дома, которые мы проходили, были тоже сделаны из темного дерева. Они вздымались крупными громадами с огражденными большими участками, где были высажены фруктовые деревья, сейчас занесенные пышным покрывалом. Как минимум два этажа и открытая веранда присутствовали во всех домах. Живописные улицы покорили не только меня. Ребята, простодушно разинув рот, поворачивали головы в разные стороны и разве что пальцами не тыкали в особенно не вписывающуюся деталь в аскетском селении.

Великолепные фонтаны, изображающие женщин в длинах одеждах и с хиджабом на головах в разных величественных позах, урны, множество скамеек вдаль аллеи, где мы проходили, клумбы и высокие вазы под цветы. И безупречная снежная чистота. И тишина.

Все здесь дышало достатком и ухоженностью. Не было никакой помпезности и вычурности, не было кричащих деталей и указателей роскоши. Все было дорого, добротно и по мере выдержано в стиле скромности.

— Не так я себе это место представляла, — шепотом проговорила я, чтобы дядя не услышал.

— Я тоже иначе себе жизнь аскетов представлял, — так же тихо сказал Вер. Похоже, о жизни аскетов они знали исключительно из официальных источников, не всегда несущих истину, и сейчас впервые воочию сравнивали полученную информацию.