Дело о Черном Удильщике - Мария Карапетян

— Хорошо, что ты поднялась, Марван. Твой… — детектив подумал, как обозвать новый статус мужчины, и ухмыльнулся: —…анчоус совершенно не умеет вести диалог.

— Я уже говорил тебе, насколько ты мерзкий человек? — поинтересовался инспектор, закидывая ногу на ногу.

Хек лишь криво усмехнулся:

— Вы оба не забыли, что работаете в агентстве округа Тайных Озёр? — Марван посмотрела на Аркана, но тот не повернул головы, продолжая сверлить взглядом пьяного коллегу. — Если нет, тогда собирайтесь — пора на работу. Сегодня ночью в заводи произошло нечто такое, чего я никогда прежде не видел.

Мерлуза поднял руку, видя, что инспектор хочет что-то сказать:

— Вам нужно взглянуть на это самим. — И, вставая, добавил: — Лучше перед этим ничего не ешьте.

Через полчаса коллеги стояли возле Заводи смерти и не могли поверить своим глазам. В чёрной холодной воде, завалившись на один бок, лежала огромная рыба. Она сломала деревянные борта заводи, и доски торчали по краям безобразным частоколом. На её крупной чешуе играл свет уличных фонарей, и казалось, что громадина светится в темноте. От её тела исходил едва видный пар, и по улице Белых китов уже разносился зловонный запах.

— Объединению — слава! — лейтенант так неожиданно вынырнул из тьмы, что Марван испуганно вскрикнула.

Офицер уже открыл рот, чтобы доложить о ситуации, но инспектор повернул голову к старшему детективу, игнорируя подчинённого, и тепло улыбнулся женщине. Заметив это, лейтенант удивлённо уставился на контр-адмирала, а после перевёл взгляд на зевающего Хека. Тот лишь пожал плечами, давая понять, что теперь такое поведение в порядке вещей.

— Я тоже долго привыкал, — признался Хамс, внимательно изучая красивые черты лица Марван.

Мужчина заметил, что её пальто расстегнуто, а сама она дрожит: одеваясь второпях, детектив накинула первый попавшийся свитер, который совсем не подходил для холодной ночи. Инспектор подошел и медленно начал застёгивать пуговицы. По щекам женщины пополз румянец, Мерлуза задумчиво хмыкнул, а офицер неловко кашлянул.

— Чего мямлишь? — рявкнул Аркан, обращаясь к лейтенанту. — Докладывай!

Тот, запинаясь, проговорил:

— М-мы опросили жителей близлежащих домов, и они, в большинстве своём, сходятся в показаниях: все видели в окно тучного мужчину. Он как будто спасался от преследования и намеренно прыгнул в воду. После этого следом за ним нырнул человек.

— Как он выглядел? — поинтересовался Хек. Офицер проигнорировал вопрос, который задал детектив, ожидая, пока контр-адмирал закончит и повернется к нему лицом. Тишина резанула Аркану по ушам, и он встретился взглядом с Мерлузой.

— Ты что, оглох? — выпалил инспектор, зло глядя на лейтенанта. — Отвечай, тебе задали вопрос!

— Ничего примечательного в его внешности не было. Мужчина был одет, как все: брюки, пальто, рубашка. Но некоторым удалось разглядеть одну отличительную деталь. Возможно, она послужит зацепкой. — Офицер замолчал и внимательно посмотрел на Марван, силясь понять, что в этой женщине так заинтересовало инспектора. — У него были длинные светлые волосы, забранные в хвост.

Хамс перехватил направление его взгляда, и на его скулах снова заходили желваки.

— Вы отстранены, — произнес Аркан. — Округ Тайных Озёр больше не нуждается в ваших услугах.

Офицер перевёл удивлённый взгляд на контр-адмирала и, опешив, переспросил:

— Извините, что?

В разговор тут же встрял Мерлуза.

— У инспектора особое чувство юмора, — успокоил лейтенанта детектив. — Мы благодарим вас за работу, и, если вдруг поступит новая информация, пожалуйста, немедленно доложите нам об этом. — И, не зная, как правильно отдать честь, отвесил лёгкий поклон: — Объединению — слава!

Детектив дождался, пока офицер отойдёт на достаточное расстояние, и вперился в инспектора суровым взглядом:

— Приятель, включи голову! Последнее, что нам сейчас нужно, это ссориться с элитным отрядом Департамента Объединённых Видов.

Глава 20

Смерть — дело решенное

Хек прикрыл нос рукавом пальто и наклонился к огромной рыбине. В её полуоткрытых жабрах роились мухи. Насекомые громко жужжали, заползая в зубастый рот, маленькое отверстие, напоминающее ноздрю, и неподвижный глаз. Мерлуза взмахнул рукой, чтобы отогнать шевелящееся скопление мерзких тварей, которые плотно облепили мёртвую тушу. Мухи разлетелись в разные стороны, и детектив, приглядевшись повнимательнее, смог различить множество крошечных белых личинок. Они двигались по склизкой поверхности зрачка, медленно сползая вниз. Но что-то было не так. Осознание резко пнуло детектива в живот, и внутренности моментально скрутило в тугой узел. Хек сделал шаг назад, подавляя подступающий рвотный позыв: у рыбы был человеческий глаз. Мужчина согнулся пополам, и его вырвало прямо на пристань.

— Черт возьми! — отворачиваясь, прохрипел он.

Белые мурены, стоявшие неподалеку, тихо рассмеялись, и детектив бросил на них гневный взгляд.

— Что смешного⁈ — прикрикнул на офицеров Аркан, и те тут же замолкли.

Инспектор приблизился к мужчинам в белых мундирах, и они, вытянувшись, хлопнули кулаками по предплечью, отдавая честь. Улыбки вмиг слетели с их лиц, а глаза виновато забегали.

— Старший лейтенант, — начал Хамс, — к утру ваш отряд должен составить подробный рапорт и предоставить мне детальный портрет преследователя.

— Есть, контр-адмирал! — отчеканил офицер.

Аркан посмотрел подчиненному прямо в глаза и задумчиво хмыкнул. Мерлуза был прав: идти против белых мурен — значит, идти против самого Департамента. Аркан понимал, что Петр Моронов, став самодержцем, будет крепко прижимать пальцы к венам округов, чтобы следить за их пульсом и жестко отвечать на любые попытки неподчинения. Почему он сам не подумал об этом?

Офицеры, видя блуждающий взгляд контр-адмирала, переглянулись между собой. Постояли в ожидании и, убедившись, что Хамс больше ничего не скажет, поспешили удалиться, скрывшись в глубине тёмной сырой улицы.

— Это наши обязанности, — послышался сзади голос Марван, вырывая Аркана из размышлений. — Если их будут выполнять мурены, детективное агентство ждёт незавидная участь: мы все останемся без работы.

Инспектор развернулся и позволил себе некоторое время открыто любоваться женщиной. Он чуть наклонил голову и улыбнулся уголком губ. Но, заметив за её спиной стоящего поодаль Мерлузу, нахмурил брови и поджал губы.

Хек отошел от заводи и, задрав голову, разглядывал плывущие по небу облака. В ушах стояло противное жужжание, поэтому он несколько раз тряхнул головой, будто это могло помочь избавится от него. И слегка вздрогнул, когда Аркан положил руку ему на плечо.

— Что случилось? — с тревогой спросил инспектор, видя, как тяжело вздымается грудь коллеги.

Детектив медленно повернул к нему голову, кивком указал на зловонный труп, лежащий в заводи, и, разлепив пересохшие губы, произнёс:

— Это Чавыч.

Воцарилась тишина. В её тягучей вязи был слышен лишь отдалённый лай собак, плеск воды и басистое бормотание, доносившееся из приоткрытых форточек. Мерлуза постарался улыбнуться, когда инспектор несколько раз похлопал его по руке:

— Пошли отсюда, дружище. Куплю тебе выпить.

Солнце бросило сквозь тучи последние, едва видные лучи и погасло, словно неисправный уличный фонарь. Таверна «Ленточный Червь» утонула во мраке холодного утра, и сидящие за столом коллеги одновременно повернули головы к большому панорамному окну. Разговоры сразу же смолкли, и в шумном зале стало тихо. Один из посетителей несколько раз ударил по столу кулаком так, что стоящий на нем трикирий опасно подскочил, а пламя свечей дрогнуло. Хамс обернулся, пытаясь понять, что происходит. Лица присутствующих плыли в тёплом свете зажжённых огней и не выражали никаких эмоций. Стук повторился, но этот раз к нему присоединилось большинство посетителей: они колотили руками по столам, отбивая ритм неизвестной мелодии. Из дальнего угла послышался тонкий женский голосок:

— О исток, омой наши души

От греха, что впился в сердца.

Помоги живущим стать лучше,

На груди пригрей мертвеца.

Вскоре стройный хор мужских голосов подхватил слова ритуальной песни. Казалось, даже стены старой таверны, поскрипывая, вторят жуткому мотиву. Прекратив петь, посетители поднялись со своих мест, немного постояли молча и опустились обратно. Хек поднял большую резную кружку и тихо произнёс:

— За Чавыча.

Гости взметнули стаканы вверх, расплескивая напитки на деревянные столы.

— За Нерку! — выкрикнул сидящий неподалёку старый матрос.

— За Палтуса… —