Требуют наши сердца! - Сергей Александрович Аредаков

спецы, ни одного лишнего движения, а главное без шума. Грэй подкрадывался со спины и сделав удушающий за горло, валил часового на землю. Братья наваливались сверху, лишая стража возможности, даже двигать конечностями. Через несколько секунд, придушенного воина надёжно связывали, засовывали кляп в рот и оттаскивали метров на пятьдесят в сторону леса. Обработав таким образом шестерых вояк, они полностью очистили подход со стороны леса. Потихоньку продвигаясь по саду, добрались до границы освещения и выбрали удобное место для засады. Ждать пришлось долго, пока барон Бэндэр решил справить нужду в саду. За всё это время, охраны замечено не было. Несколько раз, всё же приходилось менять позицию, что бы не быть обгаженными. Особой стеснительностью не отличались даже дамы, делая свои дела, почти рядом с кавалерами. Вот и сейчас, барона сопровождало трое мужчин и одна расфуфыренная женщина. Состояние всей этой компании, можно охарактеризовать выражением, бухие в сисю. На ногах они держались неуверенно, а дамочка вообще передвигалась с трудом. Поэтому, когда мадам приступила к процессу облегчения по-маленькому, один из мужчин держал её за руку, чтобы она не уселась в собственные испражнения. Напали одновременно, все сразу. Фирс заехал в лоб дубиной, очень добродетельному кавалеру, от чего тот свалился, прямо на свою подопечную, а та соответственно туда, от чего он старался её уберечь. Ничего не понимая и выдав пару ласковых слов в адрес своего помощника, женщина начала выбираться из-под него. Фирс, с брезгливостью на лице, схватил её в охапку и зажав рот рукой, стремительно утащил в темноту. В это же время, Грэй, первым ударом дубинки, отметил череп Бэндэра, а вторым сокрушил стоящего справа от него, хиловатого на вид парня. Последний, оставшийся стоять на ногах из сопровождающих барона, успел среагировать на удар Вилта и получил дубиной, лишь вскользь по голове, но даже от такого неточного попадания, устоять на ногах не смог. Приземлившись на четыре кости, он притворившись собакой, но визжа, как раненый заяц, со скоростью гепарда ломанулся наутёк. Хорошо, что у него сбилась ориентация и он двигался в противоположную сторону от поместья. Вилт настиг беглеца метров через десять и начал азартно молотить дубиной, пытаясь сделать из него отбивную котлету. Пискнув в последний раз, судя по одежде тоже барон, затих в неестественной позе. Виноватым взглядом, Вилт посмотрел на Грэя и огорчённо развёл руками, показывая этим, что так уж получилось. Вечный кивнул ему, что всё понимает, схватил два бессознательных тела за шкирки и потащил волоком в темноту. Вилт, не стал ему помогать, а побежал за последней жертвой, оставшейся на свету. Через минуту, всех уже упаковали и начали таскать к месту их временного проживания. Небольшой овражек, густо заросший деревьями и кустарником, был заранее выбран для процедуры дознания. Как только всех определили на свои места, Вилт без промедления, приступил к своему обещанию. Сначала, привязанного к дереву барона Бэндэра, бесцеремонно надавав пощёчин по благородным щекам, он привел в чувства. Потом, нанёс несколько тяжёлых ударов руками в низ живота и взял паузу. Барона долго рвало, после чего, кое-как отплевавшись и переведя дыхание, он гневно заверещал:

– Да вы кто такие? Как посмели, поднять руку на бар…

Договорить не получилось, точный удар в печень, прервал его праведное возмущение. Дежавю, опять рвота, плевки, переведение дыхания, попытка высказать своё негодование и снова два удара в живот, а под занавес, с оттяжечкой по губам. Треснувшись затылком о ствол дерева, в его мутных глазах, наконец-то появилась хоть какая-то осмысленность, то есть страх. Барон окинул рассеянным взглядом, открывшуюся ему картину и страх перерос в ужас. Прямо напротив него, лежали связанные с кляпом во рту, шесть стражей и четверо гостей. Почти все они уже очухались и с не меньшим ужасом, наблюдали за происходящим. Поняв, что клиент дозрел, Вилт начал допрос:

– Слушай меня внимательно, за каждый повтор вопроса, будешь жестоко наказан. Если начнёшь упрямиться и молчать, отрежу мужское хозяйство и заставлю его съесть. Это понятно?

Барон, что-то невнятно пробормотал разбитыми губами и испуганно заметив, появившееся недовольство на лице мучителя, для полного понимания, дважды кивнул. Вилт, высоко оценив сообразительность Бэндэра, задал первый вопрос:

– Помнишь ли ты, своего сводного брата Фирса?

– Никакого брата у меня не было, я единственный наследник в нашем роду.

Барон отвечал с пафосом, явно гордясь своим происхождением и положением в обществе.

– Не правильный ответ. Вопрос придётся, повторить – Вилт медленно достал нож и со всей дури, вогнал его Бэндэру в бедро. Барон визжал, плакал и пускал слюни одновременно, он словно впал в прострацию и не реагировал, даже на болезненные удары. Сколько бы так продолжалось неизвестно, потому что в процесс допроса, бесцеремонно вмешался Грэй. Зажав руками дыхательные отверстия барона, он стал ждать пробуждения сознания. Оно не замедлило проснуться и даже замычало, активно тряся головой с выпученными глазами. Отпустил, дав Бэндэру сделать несколько вдохов – выдохов, а потом снова зажал, глядя при этом ему в глаза. Барона проняло от этого взгляда так, что у него, от страха расслабились мышцы живота и он банально надул в штаны. Жёлтые потеки, заметила и вся благородная публика, внимательно наблюдавшая за этим актом насилия. А Грэй, презрительно отпустив жертву, не спеша повернулся к Вилту и ободряюще подмигнув ему, покаянно сказал:

– Извини брат, я вас прервал. Продолжайте общаться дальше, но если эта дрянь, ещё раз ошибётся, то сразу его убей.

После этих слов, он ловко вытащил из ножен, необычной формы нож, больше похожий на маленький меч и отдал его Вилту. Тот, правильно поняв игру Вечного, некоторое время с восхищением рассматривал, хищное лезвие холодного оружия. Крутя его при этом, почти перед самым носом барона. Потом, срезав пару пуговиц с его роскошного камзола, спокойным голосом продолжил допрос:

– Правила, как ты слышал уже изменились, поэтому напоминать, что это повторный вопрос, больше не буду. И так, помнишь ли ты, своего сводного брата Фирса?

– Да, помню. Он незаконнорожденный сын, моего глупого отца – даже находясь в полуобморочном состоянии, Бэндэр не смог удержаться, чтобы не унизить своего брата.

– Его жену и её отца, сожгли на костре по твоей вине. Его малолетнюю дочь, ты и твоя мерзкая охрана, насиловали пока она не умерла. Среди присутствующих здесь стражников, есть участники этого насилия?

– Да, один. Ближний от меня воин. А в смерти этой девки, я вообще не виноват, её осудил глава нашего прихода.

– Это я тоже знаю и он не уйдёт от возмездия. Но сейчас, я задам главный вопрос, от