Через века - Наталья Касаткина (Литнет)

Пока Даша прикидывала, не рискнуть ли ей и не попробовать все же спуститься, кто-то решил вопрос за нее. Она почувствовала резкий толчок в спину, и в следующий миг перед глазами уже мелькали то зеленые клочки травы, то куски голубого неба. Руки автоматически цеплялись за бесполезную зелень, что только добавило жжения ладоням. Кубарем скатившись к ручью, Даша затормозила на кромке у самой воды. Синяки от этих камней будут знатными, и тут уж толщине нижних юбок оставалось только радоваться, острые кромки вполне могли бы и пропороть кожу.

Медленно сев, Даша старалась отдышаться и успокоить бьющееся сердце, как вдруг вспомнила про свои волосы. В панике ощупав голову, она поняла, что шляпку она-таки потеряла, но чалма держится исправно. Хоть тут повезло. На берегу уже кричали люди, кто-то спускался к ней на помощь, но Даша успела встать сама.

— Леди Клэри, что же вы так неосторожно, нужно быть аккуратнее, — принялась выговаривать ей высоким визгливым голосом какая-то женщина.

Угу, вот такая она растяпа-экстремалка, прыгает ласточкой с обрывов исключительно от беспечности.

— Ничего страшного, — заверила она суетящихся вокруг нее хранителей и несчастного виконта Парда, который беспрестанно извинялся, что оставил ее одну, и на которого было жалко смотреть. Можно было подумать, что это его протащило по камням, таким убитым он выглядел. — Я просто оступилась.

Пусть версия неуклюжей Клэри и будет рабочей. Ей все равно ничего не доказать, и начни она рассказывать про тычки в спину от недоброжелателей, самым безобидным последствием будет, если все решат, как и принцесса Синтия совсем недавно, что ей недостает внимания. А самым грозным, если подумают, что она намекает, будто королевская семья пытается свести с ней счеты.

Когда Даша с помощью хранителей, поддерживающих ее под руки с обеих сторон, наконец, выбралась по склону наверх, там толпились почти все девушки ее класса. Принцесса Синтия выглядела довольной, но отвела взгляд, когда Даша на нее посмотрела, и вызывающе вздернула нос. Неужели сама решилась замарать руки? Или кого-то попросила? Леди Розамунд откровенно сияла злорадством и чувства свои скрывать не собиралась. «Замарашка», — явственно донесся до Даши ее голос, свита захихикала, и было понятно, что если принцесса Синтия и толкнула Дашу собственноручно, то идея точно принадлежала ее золотоволосой подруге. Несмотря на более высокий статус, принцесса казалась ведомой в их отношениях.

Даше принесли ее перчатки, которые она так не вовремя додумалась снять — было тепло, хотелось свободы, и она подумала, что никто не успеет разглядеть, что она тут гуляет с голыми руками. Теперь вот запыленные перчатки пригодятся скрывать порезы от травы. И шляпку тоже нашли, но водружать ее на место Даша не стала, а отдала подбежавшей Люси, тоже выглядевшей на грани обморока.

— Как же так, леди Клэри, — шептала несчастная служанка, которой так не повезло с госпожой. Второй день подряд приходится оттирать от всякой грязи. Оттирать, впрочем, было бесполезно, амазонка явно безнадежно испорчена, и Даша гадала, как скоро ей выкатит счет королева-мать за то, что посылаемые ей наряды так недолговечны.

— Леди Клэри, ваша лошадь, — обратился к ней уже известный ей хранитель, тот, что и познакомил ее с Алой. И в ответ на недоуменный взгляд добавил: — Мы подумали, что в свете произошедшего вы предпочтете вернуться домой и отдохнуть. И вам откроют дверь, разумеется.

То есть изваляли в земле, чуть не прибили, а теперь пытаются отправить с глаз долой? Леди Розамунд улыбалась уже во все тридцать два зуба. Почему она так радуется? Тут что, ожидают прибытия Джулиана Риара, поэтому ей так хочется отослать Дашу подальше? Леди Анита Лойс оказала Даше сегодня утром медвежью услугу, намекнув, как любит проводить с ней время герцог Риарский.

Так-то Даша должна была радоваться. Покинуть это сборище, где к тому же находится и Николас Кейрн, было более, чем разумным поступком. Герцог Кейренский пока ничего не предпринял, но ведь еще не вечер. В том, что Николас Кейрн не имеет никакого отношения к ее кувырку с обрыва, она ни секунды не сомневалась, это не его масштаб. К тому же он ищет девушку с магией. Даша теперь жалела, что раскрылась перед Люси, а та оповестила еще неизвестно кого. Секрет, который знает столько народа, перестанет быть секретом однозначно, это только вопрос времени. Но тут уже ничего не изменить, пока герцог Кейрн о ее магии не знает, сейчас она в безопасности. И да, нужно уносить ноги, но дух противоречия, словно потревоженный еж, так и взъерошивал иголки. Почему она должна уступать? Почему должна позволить этой Розамунд выиграть? Может, остаться всем назло и хорошо провести время? Наверняка тут есть что попробовать и помимо отличных пирожных.

Пыхтящая ей в ухо Алая, тем временем, подошла совсем близко и вдруг ухватила зубами за свисающий на шею кончик ее чалмы.

— Фу! Фу! — подпрыгнула Даша, лишь потом соображая, что «фу» говорят собакам. Но что же командуют лошадям? — Отпусти! Нельзя!

Куда там! Заскучавшая за время простоя лошадь вцепилась в шелк намертво, радостно зажевывая подвернувшееся развлечение, а подскочивший на помощь хранитель не придумал ничего лучше, чем потянуть ткань на себя. Заколки и невидимки так и брызнули в стороны, и в следующий момент чалма оказалась сорвана. Еще полсекунды, и не сдерживаемые более ничем платиновые волосы окутали плечи сияющими волнами.

Шок, накрывший поляну, казалось, можно было потрогать руками. Леди Розамунд с застывшей улыбкой и выпученными глазами так и примерзла к месту. Рядом похожей статуей замерла принцесса Синтия. Хранитель, заглядевшись на Дашу, позорно и легко проиграл бой Алой, и несколько секунд живой на поляне казалась только лошадь, радостно трепавшая свой трофей.

— Я правильно понимаю, принцессу Софию ждет еще один сюрприз? — раздался голос Николаса Кейрна, и Даша вздрогнула, поймав его острый сканирующий взгляд.

Слова герцога Кейренского словно сняли заклинание неподвижности и немоты, все заговорили одновременно, обсуждая «новую дерзкую выходку». И только Даша успела расслышать ровно то, чего и боялась — «волосы королев Валении» и «посмела же» — как прогремел гром. Где-то далеко, звук едва до них докатился, но произвел такой эффект, будто молния шарахнула всем под ноги. Заметались хранители, закричали женщины, призывая своих спутников, дочерей, знакомых. Взволнованная перекличка понеслась над поляной, слуги бросали вещи и, подгоняемые приказам, мчались седлать лошадей.

— Не бойтесь, леди Клэри, это далеко, очень далеко, нас не достанет! — заверил ее снова