Дар Эвы - Тея Теплая

— Стоит, — кивнул он серьезно, заставив меня сглотнуть.

Не он сам. Его зрачки. Которые на миг потонули в желтых сполохах огня. Вид тана испугал по настоящему.

Короткий шаг назад дался куда легче, чем представлялось. А после второй и третий. Мне было холодно, меня бил озноб, зубы стучали друг о друга. Паника наступала вместе с тошнотой. Зря я дергала кота за усы, игралась с его хвостом. Ведь этот кот совсем не одомашненный.

— Собралась куда-то? — спросили сзади, когда я вплотную подошла в стеклу. Черт! Оно вновь незаметно для меня опустилось на место.

Ветер продолжал трепать волосы. Дыхание участилось. Пальцы вновь искали точку опоры, которая не представлялась возможной. Теперь я осознала, что натворила. Что язык мой — враг мой.

Итан наступал грацией хищника. Глядел из-под челки и пожирал меня взглядом. А когда почувствовал мой страх, явно написанный на лице, нагло ухмыльнулся. Так, что кровь вскипела в венах. Он знал свое превосходство, довольствовался им и пользовался моей слабостью.

— Открой, — залепетала я, зная, что бесполезно. — Открой окно, я сказала.

— Маленькая глупая рыжая. Даже не знаю, в каком порядке мне нравится больше.

Итан чуть ли не мурлыкнул от последнего слова. Странные метаморфозы происходили со мной. Вместо того, чтобы раскаяться, сдержать обещание данные себе и, о Боже, мыслить здраво, я наполнялась яростью. Кулаки сжимались. Красная пелена в глазах расстилалась с уютом.

— Ты боишься, что я трону тебя. Но кому ты нужна?

Я вспыхнула, точно свеча. Сделала короткий шаг вперед и приподнялась на цыпочки. Так, что я теперь могла видеть свое отражение в его глазах. Там отражалась какая-то фурия. Вся красная, растрепанная, с сжатыми губами и блестящими глазами.

Ну же, дотронься, чертов герой!! Хоть на секунду, но сделай это. Вот она я. Перед тобой, не скрываюсь и сама провоцирую. Буду виновата только я. Но оттого почувствую вкус своего выигрыша в разы сильнее. Тронь, чтобы я увидела брезгливость на идеальном лице, увидела брешь в самоуверенности Бога. Ты ведь почувствуешь каково это. Быть человеком. Тронь и ты почувствуешь мою ненависть, злость, невежество на “ты”, постоянный страх, боль, неуверенность в завтрашнем дне.

Я только и успела коротко вздохнуть. Итан неожиданно поднял руки и вместо того, что сжать кулаки, он ладонями обхватил мое лицо.

Щеки тут же загорелись.

Слова застряли в горле. Мысли предательски разбежались.

Итан глядел точно в глаза. И в них блестела решимость. На что? Я не знала. А еще в них отражалась растерянная я, то и дело открывающая и закрывающая рот в удивлении. Тепло его пальцев проникал под кожу, длинные пальцы запутались в растрепанных рыжих прядях.

Он не дал себе ни секунды на раздумья. Несмотря на мою злость, на наглый зов, на яростные мысли, в которых я его членила тупым ножом. Итан наклонился ближе и поцеловал. Втянул в себя мой воздух, лизнул по открытым губам и неожиданно тяжело задышал.

Остатки живых эмоций забились в обморочном припадке и потеряли свой запал от одного невинного касания мужских губ.

Они оказались такими, как я иногда представляла. Когда не понимала почему, ненавидела себя за это, но продолжала. А еще слышала о них в коротких сплетнях, ловила сладкие вздохи и ненавидела себя, что тоже рассматриваю. Они оказались мягкими, теплыми, бархатными. Особенно когда немного отодвинулись, чтобы захватить мою нижнюю, дрожащую губу.

“Закрой глаза” — прозвучало в голове. Я не знала чья это мысль. Не хотела углубляться. Ведь она могла быть и моей и оттого я буду сгорать сильнее. Позже. Когда очнусь. Когда приду в себя и заставляю наглеца ответить. Чуть позже, обязательно, а пока…

Поцелуй полностью овладел моим телом. Я застыла, точно каменное изваяние. Ни дернуться, ни освободиться от близкого тела, от которого жар доносился короткими волнами. Удивительно, как он охотно ютился под моей рубашкой, ластился, полз по коже вниз к животу и просачивался, точно парализующий яд.

“Вот так” — голос продолжал мягко звенеть в ушах. И эти слова уже точно не были моими, но точно обозначили мое падение. Перед таном, перед внутренним “я”, потому что я расслабилась и закрыла глаза. Чтобы тут же почувствовать в разы острее. Как губы сменили горячий язык, который пробует губы, сначала нижнюю, не забывая о верхней, а после просится уже внутрь.

И будь проклята уже я, если мне это было не в удовольствие.

Как рука переместилась к затылку, мягко обхватила волосы и потянула вниз. Чтобы открыться сильнее ненавистному врагу, целующий меня посреди белого дня на летной площадке ректора Академии, который может в любой момент распустить совет и поймать героя континента Ласкиса и пустышку Райд.

Как другая рука опустилась вниз по спине, обвила талию точно ревнивый муж и сильнее вжала в сильное тело напротив. Грудь которого тяжело и часто поднималось. Будто тан волновался.

Это открытие заставило задрожать. Поднять скованные руки по бокам, пройтись по натянутым мышцам, упереться ладонями в обтянутую черной рубашкой грудь и сильно толкнуть.

— Пошел вон, танос, я не твоя очередная игрушка.

Дышать было почти невозможно. Пришлось прошелестеть. Губы, еще помнящие первые в своей жизни мужские губы не хотели злится. Они хотели их. Хотели открыться и попробовать его язык на вкус. Узнать каково это. Каково целоваться по настоящему.

Любая девушка рано или поздно думает об этом. И если я искоренила это желание, вырвала с корнем любые мечты, секундный порыв и наглость Итана вновь дали такой росток. Почувствовать себя защищенной любимым мужчиной, поверить в его крепкое плечо, положиться на родную душу. В общем поверить на чудо.

Жаль, что первый невинный поцелуй получил такой, как Ласкис.

В ответ на мое разгоряченный ответ Итан лишь удивился. И удивился он совсем другому.

— Твои глаза голубые? Как в тот раз! Вэйлантина, расскажи мне.

Мое имя на его губах прозвучало так правильно, что я вновь забылась. Раскрыла рот и ловила воздух. От шока. От неверия, что мне нравится. Абсолютно все. Его запах на волосах, его тепло где-то в районе живота, его сильные пальцы на затылке, его вкус на моих губах и мое полное