Последняя принцесса Белых Песков - Мэри Соммер

То ли с этого ракурса огонь факела подсвечивал её лицо как-то по-особенному, то ли интонация изменилась, но Джек сразу преисполнился таинственности.

– Такие слухи смутно доходили до меня.

– А известно ли тебе, что ни одна из этих девочек ещё не дожила до двадцати двух лет?

Вот об этом как-то особо не распространялись. Джек мотнул головой.

– От чего же они умирают?

– От любви. – Эрисфея театрально закатила глаза, точно произнесла чудовищную нелепость. – Все, от моей матери до прапра… – и так далее – бабушки успевали выйти замуж, произвести наследницу, а после умирали – от любви.

– От любви нельзя умереть, это не диагноз, – возразил Джек.

Принцесса покосилась на бокал – видимо, ей рассказывали, что вино также придаёт смелости.

– Способы умереть бывают разные. – Она поморщилась. – Тяжёлая болезнь, несчастный случай, падение с башни во дворе… ревнивый муж. Но причина всегда одна: любовь. Не спорь, я точно знаю.

Джек и не собирался, пока он вёл мысленный диалог с самим собой.

– Сколько тебе лет?

Она обрадовалась правильному вопросу.

– Двадцать один.

– Хм. Может быть, ты себя накручиваешь? И нет никакого злого рока, и все те несчастные случаи были лишь совпадением?

– Совпало одиннадцать раз подряд.

Джек схватил вино и залпом опрокинул его в себя. Довольно слабое оказалось – ему бы сейчас пригодилась капля арадонского эля. Кусочки мозаики медленно ползли друг к другу, чтобы собраться в странный узор, который ему не понравится. А принцев у нас давно не водилось. Должен будет жениться на принцессе… Конечно, должен, кому захочется овдоветь сразу после свадьбы.

Эри – когда он стал мысленно называть её так? – придвинулась почти вплотную и схватила Джека за локоть, предотвращая новый побег. Она огляделась, но в круглой нише, да и на всём огромном этаже, были только они двое и их спящий страж.

– Ты называешься рассказчиком. Я знаю, что это значит: два года назад у нас уже гостил один рассказчик с Северных Земель.

– Что? Где он сейчас?

– Не знаю, отправился домой, наверное. – Она отмахнулась. – Я ему рассказала одну историю, и тебе расскажу – а ты храни её бережно.

Джек кивнул, а Эри вновь отправила кисточку на поясе и подвеску в романтическое свидание – теперь на своих коленях.

– Двести лет назад, – начала она распевным шёпотом, – порядки здесь были суровее, законы строже. И случилось так, что единственная дочь тогдашнего верховного судьи, Фирея, влюбилась не в того, в кого следует. Преступником он был… одним из тех, из сброда.

В историях Джек разбирался – знал, когда можно надеяться на счастливый финал, а когда не стоит. От начала этой ему захотелось ещё выпить.

– Будущего у них здесь не было, и влюблённые решили тайно бежать.

– И жили они долго и счастливо, конец, – перебил Джек.

– Нет. Отец Фиреи и её четверо братьев заманили их в ловушку и прямо на глазах девушки жестоко убили её возлюбленного. Фирея тоже хотела умереть, но узнала, что ждёт ребёнка. С тех пор она почти не разговаривала, никому не перечила, даже вышла замуж за правильного человека, которого выбрала семья. Всё изменилось, когда у Фиреи родилась дочь. – Эри зловеще помолчала несколько секунд. – Той же ночью принцесса вонзила нож в сердце ненавистного спящего мужа. Потом она наведалась в спальни к братьям и перерезала горла им и их жёнам. Она призвала большую магию и создала проклятье. С тех пор все её потомки – всегда девочки – обречены заключать союз и производить на свет потомство только по любви. Иначе не получится – род прервётся. Благие намерения, ведь правда?

– Только ими вымощена дорога в ад.

– Что такое ад?

– Тебе лучше не знать.

Эри с любопытством посмотрела на него и продолжила разговор с коленями.

– Только вместе с магией Фирея призвала большое зло. Навязанное счастье имеет цену: дочери Фиреи совсем не владеют магией и не могут прожить дольше, чем было отведено ей.

– Что с ней случилось? – спросил Джек.

– Искупав руки в крови своей семьи, Фирея бросилась с высокой башни. И услышала её пустыня, и раскрыла свои объятия, и поглотила половину дворца вместе с сокровищами, роскошными комнатами и их обитателями. Здесь, на этом месте, была детская. Добравшись до колыбели со спящей девочкой, песок остановился.

Джек поёжился. Зачерпнув горсть песка, он растопырил пальцы и смотрел, как тот сыпется полупрозрачной пеленой.

– Я буду хранить эту историю, – сказал он. – Но что нам теперь делать с тобой?

– Я решила не умирать, – просто ответила девушка. – Всё думала, как бы переломить проклятие. Поначалу собиралась вообще не выходить замуж.

– Это мудрое и самое верное решение, я считаю.

Эри энергично замотала головой.

– У нас так не принято. Видишь, дядя Морн целый турнир устроил, чтобы влюбить меня и выдать замуж. Тогда я подумала: если буду прятаться от судьбы, она всё равно настигнет. Лучше мне первой схватить её, опередить, обмануть. Взять да выйти замуж не по любви!

Она забыла о конспирации и громко возвестила о своём коварном плане. Зефир, не открывая глаз, предостерегающе зарычал.

– Испытания и все эти смотрины женихов я обратила в свою пользу – наблюдала.

– Почему ты выбрала меня? – спросил Джек.

– Ты мне меньше всех понравился, – ответила Эри воодушевлённо. Тут же раскаявшись, она добавила: – Но это не значит, что… Ты довольно милый.

Милый. Джек устало надавил пальцами на веки. С закрытыми глазами он почувствовал, как Эрисфея сжала его ладонь. Нежно или настойчиво – Джек не знал, повреждённая огнём кожа ответила лишь лёгким покалыванием.

– Дело даже не в этом, не только в этом. – Теперь она шептала прямо в его ухо. – Я прошу, чтобы ты женился на мне, а после увёз в свою северную страну.

Итак, ему делали предложение. Девушка, которой он не нравился. Которая верила, что союз с ним спасёт её от смерти. Из всего, к чему Джек оказался не готов после возвращения в этот мир, сегодняшнее предложение руки, но не сердца, стало самым необычным, однако вызвало почему-то меньше всего эмоций. Джек не чувствовал – только думал.

– Ты согласна оставить свой дом? – Он внимательно посмотрел в её серые – такие же, как у него, – глаза: чуть раскосые, обрамлённые светлыми, очень милыми ресницами.

Эри кивнула.

– Согласна. Я хочу жить. Я люблю жить. Что ты думаешь?

В наслоениях из мыслей всё отчётливее проступала одна фраза, но пока Джек старался её не замечать.

– Твоё сердце принадлежит кому-то? Может быть, у тебя есть другая невеста?

Джек автоматически выпалил: «Нет»,