Нежный свет. Невеста для архимага - Татьяна Кошкина

Растрепанные волосы щекочут камни, а я пытаюсь отдышаться. Сил подняться пока нет. Ничего, я справлюсь. Третья дверь.

– Убила? – В голосе Зиночки пугающая надежда.

– Слава богу, нет. Бред какой-то. Я своим телом не владела, понимаешь? Меня кто-то заставил пять раз выстрелить в человека! Ты же защитник рода. Почему не защищаешь меня?

Поднимаю взгляд и зло смотрю на ласку. Та сидит напротив и водит носиком как ни в чем не бывало. Это злит до безумия. Гонора вагон, а защиты ноль.

– Не стой на коленях. Это не пристало роду Шайн Флай. Пойдем, я нашла черный ход. Мы сбежим. Через пару километров нас подхватит Шурочка.

– Я никуда не уйду, пока не поговорю с архимагом.

Из всего, что сказала Зиночка, полезной оказалась фраза про «не стой на коленях». Действительно, мне идти надо, а я стою на карачках посреди коридора. Непорядок. Поднимаюсь и отряхиваюсь, глядя на обалдевшую ласку. Мимика у нее, конечно, не очень внятная, но приоткрытый рот с острыми маленькими зубками и приподнятые мягкие ушки явно означают – «грозный хищник обалдел».

– Чокнулась? Ты пыталась его убить, а теперь идешь извиняться? Серьезно? Да он тебя с порога испепелит! Не пущу! – Запрыгивает ко мне на брюки и, цепляясь коготками, лезет вверх по ногам.

С трудом отрываю ее уже на поясе. Держу за холку, как провинившегося щенка.

– Значит, так, Зиночка. Ты можешь быть сколько угодно Хранительницей рода, но как жить, решаю я сама. Мой род и этот мир не вспоминали обо мне, пока я выживала в детском доме, пока голодала, наскребая крохи на съем первой комнаты, пока бегала ночью по городу, доставляя пиццу. Ни род, ни этот мир не помогли мне, когда напали воры и отобрали все деньги, а хозяйка квартиры выбросила на улицу! Но я научилась быть самостоятельной, сильной, и защитники мне на хрен не сдались. А безумные зверюги, которые подстрекают меня на побег, тем более. – Встряхиваю обнаглевшую живность. – Ферштейн, Зиночка?

– Да поняла я, поняла. Наш характер. – Дрыгает лапками и оскаливает пасть. – Отпускай. Пойдем к твоему архимагу. Буду поблизости, если что – защищу. Ох уж мне эти Шайн Дрим. Одни беды от них.

Не знаю почему, но, подходя к двери, я была благодарна Зиночке за то, что она рядом. Пусть склочная, странная и мохнатая – это все равно поддержка.

* * *

Библиотека, а за третьей дверью направо прячется именно она, встречает меня приятным полумраком, сухостью воздуха и запахом старинных книг: невероятной смесью пыли, кожи и порванных страниц.

Огромные стеллажи до самого потолка, несколько глубоких кресел и по центру широкий письменный стол из темного дерева. Около него, опираясь бедром на край, и стоит архимаг.

Он увлеченно листает какой-то фолиант. Так увлеченно, что не замечает моих несмелых шагов и щелчка замка на двери. Темная рубашка слегка расстегнута, брюки идеально выглажены, как будто мы вчера не таскались весь вечер по окрестностям и не летали на драконах. Темные волосы едва касаются смуглого лба, наверное, это щекотно.

– Пришла меня добить? – усмехается, когда я оказываюсь совсем рядом, но и не думает откладывать книгу.

Где-то сбоку под стеллажами крадется Зиночка, это мне известно точно. Откуда? Кто бы объяснил! Мне в этом мире никто ничего не объясняет, поэтому действуем по обстановке.

– Нет. Хотела поговорить.

– Ты всегда сначала стреляешь, а потом разговариваешь? – усмехается Ричард.

– Это не я. Не знаю как, но в тебя выстрелил кто-то другой.

– Догадываюсь, – послушно кивает архимаг. – Ты больше по укусам.

Замираю с открытым ртом, когда вижу на его лице улыбку. Я чуть с ума не сошла от беспокойства, и угрызения совести чуть не обглодали меня до костей, а ему тут весело?! А какую рожу он состроил на поле? Король драмы на полставки! Укушу! Дотянусь и откушу ему ухо. Зиночка пусть довольствуется тем, что пониже. Уши будут мои.

Архимаг все-таки откладывает книгу в сторону и смотрит на меня так пристально, что мысли от уховредительства плавно движутся к черному ходу и побегу.

– Значит, Шайн Флай.

Едва заметное движение кончиками пальцев: Зиночка с громким визгом вылетает из-под стеллажей и падает в одно из кресел.

– Не трогай ее, пожалуйста. – Подхожу к креслу и беру ощетинившуюся Зиночку в руки.

– Я и не собирался. Как только скажет, где ее предыдущая хозяйка, так сразу и отпущу на все четыре стороны.

– Ничего я тебе не скажу, убийца! – Зиночка вырывается из рук с явным намерением напасть на архимага. Ласка-камикадзе, не иначе.

– И кого же я убил? Уточни, пожалуйста, – чуть приподнимает брови Ричард. – Давай. Вера должна знать правду.

У меня мурашки забегали вдоль позвоночника. Значит, чтобы узнать правду, надо было расстрелять архимага? И чего я время тянула? Бац-бац, и была бы в курсе всего. Заметка на будущее: если еще раз попаду в другой мир – прихватить глок, с ним проще договариваться.

– Твоя семья, это вы создали Ведьмовскую чуму! Катрин все узнала и предпочла сбежать, а не жить среди убийц. Вы все это затеяли, чтобы отнять власть, уничтожить женщин Шайн Флай и других сильных ведьм. Скажи, что я не права? Род Шайн Дрим всегда жаждал власти, но в нем никогда не было света, не так ли?

Зиночка выскакивает у меня из рук, перебегает на спинку кресла и встает на задние лапы. Она вытягивается во всю свою длину, как будто хочет заглянуть в глаза архимагу.

Я же сажусь в кресло прямо через подлокотник.

– Катрин Шайн Флай? Твоя невеста была моей сестрой? – перевожу взгляд на Хранителя рода в каком-то там поколении. Зина! Почему ты сразу мне не рассказала?

– Ты вчера была никакая. Думаю, зачем нервировать девочку, – почти нежно мурлычет Зиночка, за что ей хочется отвесить подзатыльник.

– Я бы с удовольствием понервничала вместо того, чтобы вот так узнать правду.

– Зина, ты знаешь, где Катрин? Я должен с ней поговорить. Это все одно большое недоразумение, – встревает Ричард.

– Да, недоразумение ценой в несколько миллионов жизней. Ой, извините, пробирочка разбилась! – снова источает яд Зиночка. – Катрин чокнулась, архимаг. Сошла с ума из-за тебя. Я ушла от нее, как только почувствовала новую кровь Шайн Флай. Я понятия не имею, где сейчас эта безумная.

– Врешь!

Зиночку поднимает в воздух. Она зависает в нескольких метрах над креслом и нелепо дергает лапками.

– Не надо!

Кое-как выбираюсь из кресла и уже через мгновение вишу на руке Ричарда. Тот медленно переводит ледяной взгляд с Зиночки на меня.

– Она лжет. Я полночи думал о том,