Алая птица - Анна Рудольф

«Ушла потайным ходом», — отметил про себя маг.

За годы пребывания во дворце он тоже нашел несколько тайных коридоров, но все они вели прямиком за внешние стены. Те, которыми пользовалась личная стража Ее Величества, словно живые ускользали от его магического взгляда.

Тем временем лекарь сложил свой сундучок, педантично поправил лекарскую шапочку и после короткого поклона покинул комнату.

Рунар дождался, пока за ним закроется дверь, и только затем приблизился к неподвижно застывшей в кресле женщине.

Катрису омывал столб дневного света, проникавший внутрь через единственную прорезь длиной в две ладони между не до конца задернутыми шторами. Снаружи виднелся край освещенного солнцем балкона, который большую часть года украшали живые розовые кусты в мраморных кадках. Лицо королевы выражало отрешенную умиротворенность. Столь любимый Рунаром румянец бесследно исчез с ее щек, даже приоткрытые губы будто бы стали бледнее. Дыхание едва касалось их. Можно было решить, что женщина вовсе не дышит, если бы не движение тончайших кружев, каскадом нашитых на высокий ворот королевского платья.

Рунар смиренно склонил голову и опустился перед креслом на одно колено.

— Ваша Милость, я прибыл по вашему приказу.

При виде этой женщины он всегда испытывал трепет.

Почувствовав прикосновение к своим волосам, маг едва удержался, чтобы не отшатнуться. Старые рефлексы, когда-то спасавшие жизнь, теперь только отравляли существование.

Еще одно мягкое прикосновение истончившихся пальцев к подбородку, и Рунар послушно поднял взгляд на королеву.

— Сколько раз я просила тебя не становиться на колени? — с ласковым укором произнесла Катриса. — Ты такой упрямый.

— Я хочу полностью исполнять свой долг, Ваша Милость!

Оба знали, что другим он не оказывал такой чести.

— Упрямый, — повторила королева. — Твоя ученица, Айрин, удивила меня сегодня.

— Подозреваю, она что-то скрывает. Сказала мне, что случайно попала в замок. Я же считаю, что она случайно «попалась» на колдовстве. Слишком подозрительно, что эскальтские руны появились именно сейчас да еще на главной ярмарке Реймекара!

— Эскальтским колдунам всегда благоволила судьба. Возможно, она действительно не более, чем напуганный ребенок, а ваша встреча — воля Всевышнего, — женщина устало прикрыла глаза. Ее рука безвольно скользнула вниз и непременно ударилась бы о деревянный барельеф кресла, если бы Рунар не придержал ее. — Будь осторожен. Айрин может стать ключиком, который вновь откроет нам путь на север.

Уловив в ее голосе нотки угасания, маг поспешил свернуть разговор. Свою волю королева уже озвучила.

— Как здоровье Вашей Милости?

— Лекарства Вицента помогают, — намного тише произнесла она.

— Столько времени прошло, а он еще не определил недуг!

— Не беспокойся обо мне, — она взглянула на него с нежностью матери, смотрящей на упертого ребенка. — Ступай, мой колдун.

Рунар осторожно коснулся губами узловатых пальцев Катрисы, облаченных в белые шелковые перчатки. В приглушенном свете плотная ткань растеряла весь блеск и казалась грязно-серой.

Затем Придворный маг поднялся с колен и, не прощаясь, покинул покои.

Тисненый тусклым железом том содержал сведения о всемирной истории. На первых страницах анонимный автор с упоением пересказывал древние легенды об образовании континентов, формировании стран, уделив особое внимание Шарибской Империи и известной магии. Все, как Айрин помнила: два главных материка, Рейнский и Хиферишат, а также кишащие пиратами Аймаррские острова и более мирные Объединенные Таурукские Острова, активно торговавшие со всеми странами. Через Мраморное море как раз проходил знаменитый Шелковый путь, по которому Острова доставляли в Рейненберн сахар и первоклассный шелк, а обратно вывозили золото, серебро, минералы и древесину. Согласно легендам, однажды из вод Вселикого океана вырвались столбы пламени — так дьявол пытался открыть врата в преисподнюю и уничтожить известный мир. Всевышний в это время насыщал недра Рейнского континента драгоценными металлами и самоцветами, потому не сразу заметил адский огонь. Бросив дело неоконченным, Он обрушил свою мощь на врата и превратил огонь в камень, запечатав их навеки. Оставшейся благодатью Всевышний покрыл безжизненные скалы разнотравьем и прекрасными цветами, после чего удалился на покой. Потому на севере Рейнского континента, на территории Эскальта, почти не находили залежей золота или серебра, а на Таурукских островах не водилось ничего, кроме шелкопрядов, ядовитых пауков и мелкого зверья, а рос только бамбук, кусты пряностей и сахарный тростник.

Помимо теократических рассуждений, книга содержала и другие сведения о мире, например, тайну схожести названий: рейнский континент, королевство Рейненберн и его столица Реймекар. Раньше Айрин считала это совпадением или отсутствием фантазии у картографов, но с удивлением обнаружила, что все они содержали в себе древний корень «рей», на эскальтском обозначавший «дождь».

Она бегло пролистала еще несколько глав, но больше нигде не обнаружила сведений о северянах, кроме мимолетных упоминаний о войне пятисотлетней давности и обвинений в вероотступничестве.

За годы поисков у нее возникло впечатление, что кто-то нарочно подтер упоминания об Эскальте. Дурно попахивало политикой.

Айрин поспешно вскочила с места и ринулась к книжным шкафам.

— Магия, зелья, яды, магия, история, география, магия… о, свод законов. Торговые отношения… все не то!

Перебрав книги, она пошарилась в разбросанных свитках, но и тут ее ждала неудача.

Не преуспев, Айрин вернулась за стол и обмакнула перо в изысканную серебряную чернильницу. Требовалось создать видимость работы, чтобы добиться расположения Придворного мага. Его влияние могло бы в будущем сыграть ей на руку.

Строчки выходили криво и норовили съехать вниз, а петли на буквах своевольно меняли длину и наклон. Такого с Айрин не случалось очень давно. В последний раз она так нервничала, когда подожгла сарай, и ей пришлось глубоко дышать, успокаивая колотящееся сердце. С чего она решила, сразу разгадает все секреты? Может, ей еще и ключ от сокровищницы дать?

В коридоре раздались быстрые шаги, и почти сразу скрипнула, отворяясь, дверь. Айрин поймала недобрый взгляд наставника и постаралась спрятаться за книгой.

— Ты шарилась на полках?

Она смертельно побледнела. Как он… магия! Она залепетала извинения, с ужасом гадая, что с ней сделают за такие выкрутасы. О королевском правосудии в селе даже заикаться боялись. Купцы и менестрели охотно делились слухами о суровых наказаниях за малейшее преступление закона в пределах столицы и наслаждались перекошенными от страха лицами крестьян.