Я за тебя умру - Светлана Щуко

Шум падающей воды был настолько сильный, что мы практически не слышали друг друга.

Не сговариваясь, мы решили отправиться к водопаду. Подплыв к нему, мы вышли на берег немного в стороне и, подойдя ближе, заметили, что за мощным потоком воды скрывается пещера. Переглянувшись и взявшись за руки, мы отправились на разведку.

Пещера, простиравшаяся вглубь горы, была поистине колоссальных размеров. Её недра были окутаны непроглядной тьмой, и невозможно было разглядеть, что же находится в глубине.

В самом начале пещеры на песке обнаружились золотые самородки, и это было поистине сказочное зрелище, напоминавшее о знаменитой истории «Али-Баба и сорок разбойников". Ими было буквально всё завалено.

Мы были поражены настолько, что наши эмоции зашкаливали. Мы были богаты, даже нет, мы были колоссально богаты.

Вернувшись обратно, озябшие и счастливые, быстро оделись, вода в озере была очень холодной. Прижались друг к другу и, воодушевлённые находкой, как все молодые люди, стоящие на пороге супружества, мечтали и строили грандиозные планы на будущее. Решили про пещеру пока никому не говорить. И это была не жадность или какие-то другие низменные чувства, в целях нашей безопасности, наших близких и наших людей. Меня очень беспокоил побег Берты, зная про золото, она могла привести сюда людей, и это могло быть уже не два человека.

Мы обсудили предстоящее торжество. Свадьба будет скромной, столы накроем на улице. Признаюсь честно, свадьбы всегда вызывали у меня некоторое беспокойство. Да, это мило и очаровательно: нежная невеста, красивый жених. И на этом всё. Всё остальное вызывало раздражение: пьяные гости, вульгарные танцы пожилых дам, которым вторили такие же кавалеры. Хотелось романтики, только я и он.

Но… свадьба так свадьба. Утишало одно, что мы находимся в глуши и не придётся ни перед кем расшаркиваться и держать марку. Наши близкие и слуги, ну ещё будет законник с женой и дочерью.

После свадьбы они останутся, будут составлять прошение, и через два дня Смит, виконт и законник отправятся в путь. Джон останется с нами в поместье и будет готовить бойцов.

Смит хотел быстрее исполнить задуманное нами. Чтобы к концу лета быть уже дома, даже надеялся, что всё получится намного быстрее, я, признаюсь, тоже очень на это надеялась, так надолго оставаться без любимого нагоняло на меня сильнейшую тоску.

Вернувшись почти к самому ужину, только вошли в дом, как со стороны дороги послышался топот лошадиных копыт. Взъерошенный сын фермера соскочил с коня и с ходу закричал: «Господин барон, умоляю, помогите!» — кинулся к нам в ноги.

Мы обеспокоенно уставились на него.

— Что случилось?

— На нас напали, отца сильно ранили, младших братьев и сестру с матушкой заперли в сарае, я возвращался с пастбища, всё это увидев, сразу к вам за подмогой.

— Тебя кто-то видел? — спросил озабоченно Смит.

— Нет, не думаю, иначе они бы за мной в погоню кинулись.

— Сколько их?

— Человек десять, господин барон, с ними ещё ваша повариха Берта.

Вот гадина, выругалась я про себя, как чувствовала, и я с силой сжала кулаки.

Смит сразу побежал сообщить брату и виконту и собирать бойцов. Я тоже кинулась к себе в спальню переодеться и надеть под платье мужские штаны.

Застегнув кожаный ремень на платье, заткнула за пояс несколько кинжалов. Спустилась вниз и вышла на улицу в направлении конюшен. Все мужчины были в сборе, вывела Серебренную и запрыгнула в седло. Нанятые охранники удивлённо уставились на меня. Ко мне подъехал Смит.

— Я так понимаю, просить тебя остаться дома — бесполезно? — улыбнулся он мне.

Я послала лучезарную улыбку в ответ и, пришпорив коня, выкрикнула: «Ты всё правильно понимаешь, любимый, вперёд!»

Позади меня послышалось весёлое, громкое улюлюканье, и отряд, подняв облако пыли, помчался вслед за мной.

Практически достигнув фермы, она начиналась за изгибом дороги, спешились. Решили пройти лесом и понаблюдать за происходящим. Глупо было сразу туда нестись сломя голову. Притаившись, насчитали девятерых мужчин, спокойно передвигающихся по территории. Видимо, и в правду не заметили, как сын фермера покинул земли. На улице за столом сидело несколько человек во главе с Бертой, что-то возбуждённо обсуждали и поглощали пищу.

Мы условились, что я, Смит и Джон войдём на территорию, не таясь, как будто нам ничего не известно, в то время как виконт с отрядом незаметно подкрадётся со стороны амбара.

Втроём мы выехали на дорогу и, весело смеясь, направились к дому, создавая видимость благородных господ, совершающих конную прогулку.

Заметила, как мужики, сидевшие за столом, повскакивали с мест, однако Берта, взяв одного за руку, что-то им сказала, и они уселись обратно. Подъехали, делая вид, что мы не узнаём Берту, которая намеренно отвернулась от нас, скрывая своё лицо. Смит спросил: «Можно ли позвать хозяев, наша леди слегка переутомилась в прогулке, и мы хотели передохнуть и поужинать».

Переведя взор с места событий, я увидела, как группа Эвана методично устраняет одного бандита за другим. Внезапно со стороны раздался пронзительный крик: «Засада!» — и бандиты, вскочив со своих мест, схватились за оружие. Берта, не теряя ни секунды, подхватив юбки, стремительно ринулась в сторону дома и скрылась за его углом. Я, пришпорив свою лошадь, поскакала вслед за ней.

Берта стояла, прижав к себе маленькую девочку, и у её шейки держала нож. Я спрыгнула с лошади и стала приближаться к ней.

— Если ещё шаг сделаете, я её прирежу, мне терять нечего. — Выкрикнула она мне и сильней прижала лезвие к шее ребёнка. Девочка заплакала.

— Берта, отпусти ребёнка. Мы же с тобой взрослые женщины, девочка совсем ни при чём. Отпустишь её, и я дам тебе уйти.

— Ага, как же поверила я тебе. А ну бросила все свои кинжалы ко мне, быстро. Прижала сильнее лезвие к ребёнку, и из раны потекла кровь.

Вот тварь! Выругалась я про себя и, вытащив оружие из-за пояса, кинула в сторону Берты.

— Я сделала, как ты сказала, и развела руки в стороны, теперь отпусти ребёнка.

Берта схватила девочку за шиворот и, держа её на вытянутой руке, ухмыляясь, сказала: «А теперь, госпожа, иди в ту дверь».

Я пошла в направлении, куда она сказала, краем глаза наблюдая за ней. Баба расслабилась. Дойдя практически до сарая, развернулась и сладким голосом ей сказала: «Да, Берта,