Замужем за последним некромантом (СИ) - "Seaberry"

— И каким образом?

Клемтон загадочно улыбнулся, наклонился и в самое ухо прошептал:

— Есть одна древняя традиция Темных. Про нее ныне забыли, а может те просто пытаются сделать вид, что забыли. Новобрачная имеет право на одно желание, которое супруг обязуется выполнить.

— Хм, а в обратную сторону это работает?

— Не забивай себе голову, дитя, — вновь отмахнулись от меня. — Просто напомни об этом, когда я подам знак и попроси… — он постучал пальцами по подбородку. — Взять тебя с собой в академию.

— Куда?

— Ах да, ты же не знаешь! У Темных есть академия для одаренных… — Клемтон скривился. — Там они обучают своих магов. Целый городок в расселине между мирами.

— Как пузырь, в котором мы сейчас находимся?

— Нет. Пузырь — временный, а расселина — это постоянный тайник. Опасное место — мы много раз пытались его уничтожить, но… Но не это сейчас важно. Важно, чтобы ты была там.

— Значит я должна найти кольцо, а попутно и шпионить? — нравилось мне это все меньше и меньше, точнее не нравилось, от слова совсем.

— Дитя, не переживай. Ты будешь делать благое дело. Представь самые страшные порождения ночных кошмаров, которым пугают детей — вот там их выращивают. Ведьмы, колдуны… в вашем мире таких называют нечистью.

— Оборотни, вампиры, демоны?

Вот в это место меня отправляют?!

— Что? Демоны? — Клемтон рассмеялся. — Нет, дитя, демоны — это демоны. Темные все-таки… люди.

— Киаран там тоже… обучается?

— Нет. Академия принадлежит императору и традиционно управляет ей один из членов его семьи. После несчастного случая, произошедшего год назад, твой будущий муж потерял способности к магии. Во всяком случае, так считается. Император отправил его «поправлять здоровье», назначив, как это у вас называет… ректором, да? Ну, ладно, время не ждет.

И Клемтон заторопился прочь.

— Стойте! — я так резво подскочила, что чуть не опрокинула поднос, с подола посыпались крошки. — И это все, что мне нужно знать?!

— Дитя, настоящая Эванджеллин тоже никогда не была по ту сторона барьера, для нее жизнь среди Темных тоже была бы в новинку. Просто ничего не бойся и… не забывай, что ты принцесса. А я буду держать с тобой связь через Рыжего.

И советник закрыл за собой дверь, оставив после себя еще больше вопросов и страхов.

Свадебное платье надевали на меня втроем. Узкое, с жестким корсетом, вручную расшитое каменьями — тяжелое, неудобное и с таким откровенным вырезом, что при каждом вдохе грудь грозила выпасть на всеобщее обозрение.

— Вы великолепны, принцесса. Все, как вы заказали.

Ах вот даже как… Хорошенькое же платьице выбрала моя близняшка — либо совсем без комплексов девица, либо без… тормозов. Как-то неудобно даже. Хорошо хоть фата немного прикрывает открытые плечи и грудь.

Хотя в общем наряд смотрелся соблазнительно. Облегающее фигуру платье, расширялось книзу, наподобие рыбьего хвоста. Только приходилось семенить, от чего зад уж очень вызывающе вилял. Я поглубже вздохнула — и снова я не о том думаю. Или это такая защитная реакция? Мне предстоит вот так с бухты-барахты выйти замуж за незнакомца, который меня судя по всему терпеть не может… Ладно хоть он симпатичный.

Я снова взглянула на умещающийся в ладони портрет будущего супруга, который мне милостиво оставил Клемтон. Темные волосы чуть заметно завиваются, красиво обрамляя благородное лицо. Смуглая кожа, четко очерченные скулы, придают мужественности и шарма, синие глаза с прищуром смотрят оценивающе, упрямые губы будто готовы вот-вот улыбнуться. Я бы дала ему около тридцати. Значит старше меня примерно лет на десять.

На обратной стороне стояла дата — портрет был написан с год назад.

Темный… Маг…

Ох, не о том я все-таки думала, но это и к лучшему.

Однако, когда за мной пришли, я почувствовала, как дрожат ноги. В груди было холодно и пусто, в животе крутило. Перед глазами потемнело и от падения меня спас, подхвативший под руку Клемтон.

— Пора? — голос дрожал.

— Пора. Я провожу.

— А-а-а-а-а кто еще будет?

Мне вдруг представилась свадьба в лучших традициях фильмов про галантный век: огромная вычурно украшенная зала, множество гостей, блистающих нарядах и… там же должны быть родители новобрачных! От осознания кем те являются, мне совсем поплохело. От позорного бегства спас советник, вовремя понявший мои страхи.

— Милое дитя, не стоит волноваться. Церемония будет закрытая. Перемирие хрупко и… бракосочетание пройдет скромно и уединенно. Было решено назначить торжественную часть через год, когда ваши отношения окрепнут и…

— Никакой другой церемонии ведь не будет, да? Никто не хочет укреплять отношения и строить мосты?

— Об этом говорить вслух не стоит, как только мы покинем эту комнату, — Клемтом натянуто улыбнулся, по щекам поползли морщины.

Я глубоко вздохнула и прикрыла глаза, пытаясь успокоить не на шутку расшатавшиеся нервы и вышла из комнаты.

3 глава. Клятва

Зал для бракосочетания оказался всего вдвое больше будуара. По правую и левую стороны, разделенные проходом, стояли гости. Со стороны принцессы облачены они были в наряды светлых цветов, с противоположной стороны преобладали темные оттенки — даже в этом подчеркивалось различие собравшихся. Объединяли их только одинаково суровые лица, точно собрались тут не на празднование, а на войну. Или поминки.

Мне вспомнились лица одногруппников, перед сдачей экзамена: те же обреченность и напряжение, тягучее ожидание.

Ярко накрашенные губы дрогнули, и я закусила нижнюю. Подумать только, еще сегодня с утра я была обыкновенной студенткой, всеми заботами которой было не завалить учебу и не потолстеть к летнему сезону…

Взгляд уперся в багровый ковер под ногами. Как же болели ноги в этих поистине фарфоровых туфельках — красивых, но такие неудобных. На глазах навернулись слезы. Только не давать им волю. Нельзя. Иначе разревусь и пиши пропало.

Мы остановились, Клемтон высвободил свою руку и прошептал:

— Теперь сама.

Я подняла взгляд.

Передо мной стоял он.

И не он одновременно.

Киаран выглядел так же шикарно, как и на портрете. Может быть даже лучше. Темные, почти черные волосы зачесаны назад, открывая скулы, на щеке возле самого уха маленькая татуировка с языками пламени. Синие глаза такого глубокого оттенка, что кажется в них отражается предзакатное небо. Только смотрят они холодно и отчужденно, с пренебрежением, будто перед ним склизкая жаба. Чувственные губы сжаты, а уголки вот-вот презрительно опустятся вниз. А в позе столько силы, достоинства и сдерживаемого высокомерия. Облачен в строгий темный костюм-тройку. Даже рубашка была не белой, а алой.

Я закусила губу и шагнула вперед. Киаран подал руку, но едва я поравнялась с ним, отдернул. Через кружево своей перчатки я почувствовала тепло — хоть кровь у этого мужчины не была ледяной.

Он склонил голову в подобии поклона. Я растерялась, понимая, что тоже должна ответить. Только как? Но момент был упущен — я так и осталась стоять столбом.

По красивому лицу пробежала тень. Губы дернулись скривившись.

— Приступим, — повернулся он к жрецу. Или как там у них назывался человек, которому предстояло провести церемонию и назвать нас мужем и женой. Облачен он был в длинное с широкими рукавами одеяние насыщенного пурпурного цвета; с вызолоченными пуговицами и рунным орнаментом от шеи до ног. На лысой голове — маленькая квадратная шапочка.

Он тускло улыбнулся и изящным жестом простер к нам руки ладонями вниз. Киаран протянул свои вперед, только ладонями вверх. Я последовала его примеру. Пальцы жреца подрагивали в уже виденном ранее движении — будто он играл на незримом пианино, губы беззвучно шептали. Сначала ничего не происходило, а потом я ощутила ладонями тепло. Кожа нагревалась все сильнее, пока из приятных ощущения не стали болезненными.

Руки Киарана задрожали. Я заглянула ему в лицо — он был напряжен и бледен, губы сжаты в тонкую линию, глаза прищурены. Жрец тоже рассматривал моего будущего мужа. Вопросительно поднял брови.