Заветная для Его Высочества - Эльвина Мариани

территорию стихией. Вслушиваюсь в разговор стражников, принесенный ветром. Говорят о

драконе.

Замираю на месте.

Один из стражников опасается, выдержат ли оковы на драконе. Двое других смеются над ним и

уверяют, что он зря волнуется. Хлопает дверь, голоса удаляются и стихают.

Иду в их сторону, пока не натыкаюсь на железную дверь. Заглянув внутрь, вижу лестницу в

подвал. Надеюсь, это и есть королевская темница.

Осторожно ступаю на крутые ступеньки.

Здесь темно. Пахнет сыростью, плесенью и прелым сеном. Мне даже мерещится запах крови.

В углах висят редкие сферы, света которых недостаточно, чтобы осветить мрачные, холодные

коридоры.

Где-то эхом звучат голоса стражников. Запускаю по коридорам стихию.

Лихорадочно ищу дракона, пока меня саму не обнаружили.

Сквозняк проходится по камерам, пока не натыкается на силуэт, от которого исходит нетипичный

жар.

Дракон

И совсем недалеко от меня.

Иду туда. Не спешу. Пытаюсь побороть, охватившее меня волнение.

А вдруг не Себастиан?

А если он? Что мне ему сказать?

Подхожу к камере и застываю у решеток. Свет от сферы сюда не доходит.

Всматриваюсь в полумрак, замечаю силуэт. Он стоит ко мне спиной.

Я сомневаюсь. Не могу понять, кто это.

— Себастиан? — шепчу я.

Он разворачивается ко мне. Нас разделяет решетка, но мне все равно не по себе.

Я всматриваюсь в него. Пытаюсь разглядеть лицо. В какой-то миг до меня доходит страшное —

оковы. На руках дракона нет оков, что должны удержать его от оборота.

Сердце ухает в пятки.

Отшатываюсь, но не успеваю.

Дракон внезапно оказывается у решетки и хватает меня за ворот платья. Ткань трещит. От резкого

рывка вперед ударяюсь коленами о прутья. Боль в ноге вспыхивает искрами в глазах.

Меня накрывает леденящий ужас.

Это не Себастиан!

— Я знал, что ты придешь.

По спине пробегают колючие мурашки.

Голос тихий, грудной.

Черный дракон.

Земля уходит из-под ног.

Сердце колотится так, что в груди больно, а ноги подкашиваются.

Тристиан наклоняется и заглядывает в мое лицо. В полумраке его светлые глаза поблескивают, как у хищника.

— Пусти, — выпаливаю я и не узнаю свой голос.

Упираюсь ладонями о решетку в попытке отстраниться. Пальцы дракона сильнее сжимаются на

моем платье. И я боюсь, что он его порвет:

— Тристиан, — шепчу я, хотя больше похоже на мольбу.

— Не шуми, — выдыхает он едва слышно.

Вслушивается в шорохи в коридорах. Эхо приносит голоса стражников. Мне до жути хочется

закричать, позвать на помощь, но я боюсь реакции наемника. Боюсь, что он навредит кому-нибудь.

— Тристиан, — шепчу я, хотя больше похоже на мольбу.

— Не шуми, — выдыхает он едва слышно.

Вслушивается в шорохи в коридорах. Эхо приносит голоса стражников. Мне до жути хочется

закричать, позвать на помощь, но я боюсь реакции наемника. Боюсь, что он навредит кому-нибудь.

— Завтра. В полночь.

— Не понимаю.

— Арманд тебя ждет. Ты либо вернешься к нему, либо он придет сам. Сюда.

От его слов кружится голова. Сердце разбивается на осколки.

Перед глазами пробегают воспоминания того, как драконы пришли в наше королевство. Сколько

разрушений и смертей они принесли.

И это может повториться здесь.

На глаза наворачиваются слезы.

Тристиан вдруг разжимает пальцы. Я от неожиданности поддаюсь назад и оступаюсь. Падаю.

Пальцы инстинктивно складываются в комбинацию, стихия смягчает удар, но я все равно слегка

прикладываюсь затылком о каменную кладку.

Тристиан толкает железную дверь, и та легко распахивается. Она даже не заперта!

Я суетливо отползаю, неуклюже скребя по полу подошвой ботинок, пока не упираюсь лопатками в

стену. Наемник приседает передо мной на корточки. В тусклом свете сферы я вижу его лицо в

маске. В глазах играют рыжие отблески.

— У тебя сутки, чтобы решить, — тихо произносит он. — Завтра в полночь жду у опушки леса.

Возле северных стен замка. Если не выйдешь — уйду. А дальше будь что будет.

Я смотрю на него растерянно и удивленно.

— Ты даешь мне выбор… — неверяще шепчу я. — Не заберешь прямо сейчас?

Я поздно понимаю, что сказала лишнего. Не стоило наводить его на подобные мысли. Меня

затапливает горькая досада.

Тристиан не отвечает. Протягивает ко мне руку и касается грубыми пальцами выбившейся пряди у

лица. В его глазах мелькает незнакомая эмоция, которой я раньше не видела.

Меня это пугает.

Я отворачиваюсь, закрываюсь ладонями, лишь бы он меня не трогал.

Наемник убирает руку и встает. Смотрит на меня сверху вниз. Взгляд снова холодный и колючий.

— Завтра в полночь. Или нет.

Черный дракон бросает на меня короткий взгляд и бесшумно скрывается во мраке коридора.

Перевожу шокированный взгляд на камеру. Ни решетка, ни магические оковы не помогли. Нужно

сообщить отцу, что это все не работает.

Лихорадочно поднимаюсь, опираясь о стену, но в последний момент замираю.

Всего сутки. Он дал мне сутки. А затем драконы придут сюда. Если я не…

К горлу подступает ком, хочется разрыдаться от отчаяния.

Я никогда не желала никому зла, но сейчас мне хочется призвать на голову Арманда самые

страшные проклятия.

Ковыляю до лестницы.

Позади слышатся голоса стражников — они идут сюда.

Тороплюсь подняться.

Колено разнылось от спешки и нагрузки.

Прикусив губу, выхожу на улицу и падаю от бессилия, но меня подхватывают за плечи.

— Даяна!

Поднимаю глаза и вижу обеспокоенное лицо брата.

— Ты плачешь? Что случилось? — Дейрон бросает взгляд поверх моей головы, на дверь темницы.

— Что ты там делала?

— я

Дверь за спиной распахивается, и из подвала вываливаются стражники.

— Ваше Высочество, дракон… — взволнованно произносят они, но осекаются, увидев меня.

Взгляды странные, подозрительные.

А я вдруг понимаю: плененный дракон сбежал… сразу после моего визита в темницу.

Глава 19

В комнате царит гнетущая тишина.

Нейда хлопочет над моим коленом. Я вижу, как беззвучно шевелятся ее губы: она что-то

причитает себе под нос, но вслух высказать не осмеливается. Лишь выражение лица выдает ее

недовольство.

Колено нещадно ноет — слишком большая нагрузка на него пришлась, что даже магия жрицы не

сразу притупляет боль. Но сейчас меня волнует не это.

Я прячу глаза от Дейрона. С тех пор как мы вернулись в комнату, он не проронил ни слова. Я

чувствую на себе его осуждающий и непонимающий взгляд, и не знаю, как ему объяснить то, что

произошло.

— Можете быть свободны, — наконец произносит Дейрон жрице.

Я вздрагиваю от тона его голоса — холодного и строгого.

— Я еще не закончила, — мягко возражает Нейда.

— Идите, — настаивает Дейрон.

Нейда медлит, не решаясь уйти. Я киваю ей, и она нехотя, но выходит из комнаты.

Когда