Дикий дракон для принцессы (СИ) - Анна Осокина

Но когда Саркайн неожиданно поцеловал меня, когда прижал к себе с таким неистовым жаром, что я зажглась и сама от его пламени, внутри вспыхнула надежда.

— Бежим со мной! — прошептал он мне в губы, и в тот момент мне так хотелось поддаться его уговорам! От свободы нас отделял всего один потайной коридор. Я так жаждала поверить Саркайну в том, что он защитит меня от всего, что мы можем быть счастливы вместе где-то очень далеко от моего королевства! Валенсия подходит на роль королевы гораздо лучше меня, она правила бы справедливо и мудро. И я уже почти готова была согласиться на это безумство, но долг перед родиной, перед моим народом, перед матерью-королевой, в конце концов, приковывал меня к этому месту гораздо надежнее любых кандалов.

— Не могу, Саркайн! — воскликнула я, внутренне умирая от этих слов. — Я не имею права предать королевство!

Мать с детства учила меня, что правительница не может ставить свои интересы выше интересов народа. Королева может быть счастлива, только когда процветает ее государство. Мое призвание в том, чтобы принимать те решения, которые не навредят большинству. И я захлопнула свое сердце. Сделала правильный выбор, заведомо зная, что больше никогда не испытаю таких чувств, как сейчас к этому дракону. Но это не имело значения.

Я открыла проход и приказала Саркайну уходить, надеясь на то, что наемники выполнят свою часть сделки и проводят его из города. Пришлось пронзить себя кинжалом, я целилась в плечо недалеко от сердца так, чтобы можно было сказать, что пленник попытался убить меня моим же оружием, но промахнулся. Боль от лезвия жалила и покрывала мир темно-серой пеленой, но все же она не могла сравниться с тем, как разрывалось мое сердце на куски в тот момент, когда я поняла, что больше не увижу Саркайна.

«Ну вот и все, — промелькнуло в голове, когда проход закрылся. — Вот и все. Я сделала выбор, о котором буду жалеть всю оставшуюся жизнь».

Из последних сил прильнула к каменной стене и резко приложилась лбом к ней, сразу ощутив, как по лицу потекла кровь. Сползла на пол, ощущая слабость во всем теле. Нужно было создать видимость борьбы, чтобы ни у кого не осталось сомнений в том, что пленник чуть меня не убил. Выждала еще некоторое время для верности, чтобы Саркайн ушел подальше. Я сражалась с дурнотой, которая подкатывала от боли, а потом громко закричала и наконец позволила себе уйти в спасительное небытие. Глаза постепенно закрывались, когда я увидела, как двери распахнулись, и внутрь влетели сразу все дракайны, которые охраняли вход. Только мне было уже все равно. Тьма поглотила меня всю без остатка.

Я пришла в себя в своих покоях, когда Портайн вытащил из моего плеча клинок. Резкая боль заставила глухо застонать, голова кружилась, и я наверняка упала бы, если бы уже не лежала.

— Обратись, моя принцесса, — сказал лекарь. — Это ускорит заживление. — Он протянул мне бутылочку. — И выпей.

— Что это? — прошипела я.

— Это лекарство снимет боль.

Я одним махом проглотила горьковатую жидкость и скривилась.

— Где она?! — услышала я резкий возглас матери в коридоре. — Где Элайна?

Через минуту она уже стояла возле моего ложа, где надо мной продолжал суетиться лекарь.

— Помоги мне, — попросила его и протянула руку. Портайн помог подняться, и я отпустила дракайну изнутри себя наружу, ощутив, как чешуя, покрывая тело, в некоторых местах рвет нежную ткань платья. С наслаждением расправила крылья и сложила их за спиной. Плечо болело, но кровь перестала течь, как только кожа покрылась чешуей. Конечно, не все раны можно было залечить простым обращением. Если бы у меня были задеты внутренности, это не помогло бы, но рана была неопасная.

— Что произошло? — с ходу налетела на меня королева. — Портайн, оставь нас!

— Но мне нужно…

— Она обратилась, раны заживут, — отрезала мать, оглядев меня с головы до ног. Лекарь поклонился и вышел из покоев, закрыв за собой двери.

Я смотрела на королеву и не испытывала угрызений совести. Я все сделала правильно. Пускай я не буду счастлива и свободна, но Саркайн не должен страдать за меня. Пусть бы все прошло успешно! Только бы наемники не подвели! Я знала, что ход открыт, но боялась того, что с Саркайном может произойти по дороге из города. Хотя так быстро хватиться его не могли. Он должен успеть! Должен!

— Элайна. — Мать села рядом. — Что случилось?

Я понимала, что придется врать и уже тысячу раз прокручивала в голове этот разговор. Королева положила мне под спину несколько подушек так, чтобы мне было удобно лечь на сложенные крылья.

— Я пришла к пленнику, — начала я, хмурясь, как будто вспоминая. — А он словно взбесился. Не знаю, что на него нашло, мы хорошо ладили… Он ударил меня головой об стену, а потом вонзил мне в грудь мой же кинжал! О, это было так ужасно! — я зажмурилась, словно в ужасе, а на самом дела боясь того, что мать по глазам догадается о лжи.

— И что потом? Куда он подевался? Все решетки на окнах целы, в очаге горел огонь, да и там решетки не выломаны, мимо стражи он не проходил. Не мог же он испариться?

— Я… не знаю… — Взялась за голову, которая, к слову, все еще раскалывалась, несмотря на зелье Портайна. — Когда он ударил меня, я, кажется, лишилась чувств.

Мать прикусила губу, размышляя о чем-то. Она несколько раз покачала головой, будто вела мысленный разговор.

— Вы… успели возлежать? — вдруг спросила она.

Этого вопроса в тот момент я никак не ожидала и уставилась на нее, не веря своим ушам.

— Мама, меня только что чуть не убили.

— Да, — подтвердила королева. — Но не убили. Мне нужно знать.

— Я…

Вопрос поставил меня в тупик. Я не могла ответить положительно, потому что это означало бы, что я уже наверняка подарю королевству наследницу, а я вовсе не была уверена, что прошлая ночь принесет плоды. Но