Ups & Downs - Изольда Северная

— Твой язык — тоже хорошее орудие. Но все же попробуй отбить свою свободу тем, что у тебя сейчас в руках.

Шер вновь ощетинилась.

— По-хорошему вы не хотите, да?

— Так же как и ты, эйки. Так же как и ты. — Продолжать насмехаться Блэквуд.

Шерри судорожно облизнула губы, тяжело вздыхая, вбирая в себя воздух, разбавленный алкоголем. От такого коктейля, приправленного адреналином и страхом, кружилась голова.

Нет, он точно ненормальный. Совершенный псих.

— Ладно. — Она выпрямилась, после чего быстро подставила клинок к своему горлу. — Ну а так? Я убью себя, и если ты, правда, следил за мной всю неделю, то знаешь, что я совершенно чокнутая! Терять мне нечего. Я сделаю это… — Кажется, на мужчину это подействовало. Он напрягся, прищурился, а улыбка сошла с его губ. — И на тебе будет висеть убийство! Ну как ты это объяснишь, а? Как ты будешь убирать мое тело?.. крови будет много, Блэквуд!

— Эйки… я накажу тебя после этого. Ты выживешь, клянусь. Но я жестоко накажу тебя. — Проговорил с абсолютной серьезностью Блэквуд, вырывая у нее выдох полный удивления.

— Ты… кто ты такой, чтобы мной распоряжаться…

Она не закончила. Ее прервал мерный однотипный звук… телефонный звонок. Взгляд Шер метнулся к телефону, стоящему совсем близко к ней — на столике. Туда же устремились глаза Блэквуда.

Девушка перевела взгляд на своего похитителя, он так же посмотрел на нее, качая головой — «не стоит этого делать».

Но черта с два. Ей нужно всего лишь добежать снять трубку и крикнуть — ПОМОГИТЕ! И все… кто бы не звонил, поймет, что с Блэквудом что-то не так, раз в его квартире какая-то девушка орет о помощи. И приехав сюда, они увидят весь этот разгром….

Идеальный план для того, кто не собирался умирать. Кто умирать боялся.

Потому она рванула к вожделенному телефону, зная, что успеет. Ведь она была ближе, в два раза ближе к ней, чем сам мужчина, у которого на пути еще и диван стоял.

Но, видимо, тут был какой-то математический просчет. По всем законам, мужчина не должен был оказаться раньше и застыть перед ней, загораживая своим телом путь к спасению.

И в этот момент она ударила со всей силы своего отчаянья и страха.

И это было Эпической битвой. Войной. Шер еще никогда не стремилась так победить, как сейчас. Она еще никогда не дралась всерьез, а теперь применяла всю свою силу, изливая всю свою злость и ярость на врага.

В ход пошло все. Клинок долго в ее руке не продержался. Мужчина быстро поймал ее руку, нажимая на какую-то парализующую точку так, что пальцы сами выпустили оружие.

Но она продолжала сражаться — ногтями, кулаками, зубами. Она вырывалась и пиналась, когда Блэквуд пытался схватить ее. И все это время кроме звуков их борьбы слышался этот звонок телефона. Пока человека, звонившего ему, не отправили на голосовую почту.

О да, она заехала по его наглому лицу, слушая этот долгожданный резкий звук. Мужчина только зарычал, хватая ее крепче, пытаясь обездвижить. Словно ей нельзя было наносить телесные повреждения. Серьезно, он как будто пытался предотвратить даже те ранения, которые она может нанести сама себе.

— Аарон, прошу тебя… — Женский сладкий голос зазвучал в комнате после звукового сигнала. Но кажется, никто из них не обратил на это внимания. — Ты же знаешь, как я скучаю, когда ты не звонишь. Когда ты не прикасаешься ко мне…

Еще один удар ногой с ее стороны, из-за чего мужчина загибается с шипением. То, чем его одарила природа, может и казалось каменным, но свойствами камня оно все же не обладало. Шер не могла себе отказать, потому нанесла еще несколько ударов, прежде чем окончательно выбилась из его рук. Далеко она не ушла, поскальзываясь на луже элитного алкоголя и падая на паркет. Хеннеси? — подумала она, проскользив по инерции, пытаясь помочь себе руками подняться, так как ноги не могли уже справиться с этой задачей в одиночку.

— Без тебя очень одиноко, потому умоляю… — Мужское сдавленное проклятье звучало как приговор, а ведь Шер уже почти поднялась. Она рухнула обратно на пол, утянутая мужской ладонью, обхватившей ее лодыжку, понимая, что завтра будет вся в синяках и царапинах. Но до завтра еще надо дожить. А пока… — Тут такая скука, серьезно, мне так тоскливо без тебя… — Шерри яростно отбивалась, наконец, удачно заехав по его руке каблуком, заставляя мужчину разжать ладонь со сдавленным проклятьем. И Шер опять поползла прочь, чувствуя, как дорогой коньяк пропитывает ее волосы и одежду. — Позвони мне, хорошо? Я буду очень-очень ждать. — Он снова схватил ее, теперь за обе щиколотки, резко потянув на себя, так что Шер волей-неволей пришлось проехать на животе этот путь. Ее юбка непозволительно задралась. Блузка была кое-где порвана, как и чулки с многочисленными стрелками. Что говорить о ее прическе и макияже. И она, измотанная и запыхавшаяся, все еще пыталась дергаться, когда мужчина одним сильным движением перекинул ее через плечо, крепко удерживая у своего тела. — Целую, твоя Джуди.

Шерри продолжала бить кулаками, царапать его спину и извиваться в его руках в течение всего пути до своей камеры… которая оказалась, по всей видимости, его спальней. Потому в итоге ее кинули на кровать королевских размеров. Когда же Шер дернулась, готовая к новому раунду, ее за руки подтянули к изголовью, а потом послышался щелчок… секунда, еще один…

Дернувшись раз, и еще другой, словно пытаясь оспорить простую истину, Шерриден убедилась в том, что теперь прикована к чертовой кровати наручниками. Причем настоящими наручниками, без всяких там секс-шопных штучек. И держались они прочно, не поддаваясь, даже когда она в течение целой минуты выбивалась как окаянная.

Мужчина буквально упал на пол, прислоняясь к кровати. Его тяжелое дыхание смешивалось с ее — хриплым и частым.

— Женщина… в твоем роду были знатные войны, не так ли? — Усмехнулся он в итоге, вытирая с лица кровь. Там, на его щеке, с правой стороны виднелся глубокий порез. Скорее всего, от бутылочных осколков. Да, все его руки были в таких же порезах. И ее тоже, что скрывать.

— Видимо в моем роду… женщины часто встречались с такими дикарями. — Бросила она, пытаясь отдышаться. Кажется, даже в таком отчаянном положении она не собиралась сдаться.

— О, тогда я прав — в твоем роду много дикой крови. — Вновь хохотнул он.

— Чего?! Ты себя переоцениваешь, Блэквуд! — Прошипела Шерри, продолжая звенеть своими кандалами. — Думаешь, что все от тебя без ума? Ты глубоко ошибаешься, чертов варвар! Ты… ты…

— Ну, скажи, давай. — Он тяжело вздохнул, прикрывая веки. — Говори, эйки. Это твое право. Завтра… завтра таких прав у тебя не будет.