Дар Богов. Игры эгоистов - Анастасия Пальгунова

– Скажите пожалуйста, могут ли мои родители повидаться с вами и поблагодарить? Мы скромно живём. Но, если бы они накормили вас простым ужином, то были бы счастливы и спокойны. Это ведь не обременит вас? – он так настаивал и просил, что я сдалась, так и не начав противиться.

– Я согласна, только мне нужно предупредить свою подругу. Иначе, она будет волноваться.

– Пойдёмте вместе с ней! Так вам будет спокойнее, я ведь прав? – догадался парень.

– Хорошо, ты уговорил меня. Надеюсь, что сможешь уговорить и её, – и, улыбнувшись, я пошла вместе с ним в сторону часов.

Там уже стояла злая, как огнелис, Себастия. Её голубые глаза снова стали цвета штормового моря, как будто говорили: «Непослушных матросов за борт! Перевернём корабль!» Я порадовалась, что приняла предложение мальчика. Присутствие других людей успокаивало бурю на время.

– Привет, – выдавила я, и, заплетающимся языком, начала объяснять. – А я тут встретила мальчика. Ну, того, про которого я тебе рассказывала.

Себастия смерила меня взглядом, ничего не ответила и переключила внимание на парнишку. Тот, не растерявшись затараторил:

– Госпожа, не ругайтесь, пожалуйста. Это я её задержал. Ой! Я ведь, не сказал, как меня зовут! Я Норд. А ваша жрица спасла мне жизнь. Я буду вам очень признателен, если вы примите благодарность моих родителей и посетите скромный ужин нашей семьи, – с очаровательной улыбкой, словно сам бог Аквалон, он посмотрел Себастии в глаза.

Та колебалась, с подозрением осматривая мальчика, и над чем-то раздумывая. В этот момент к нам подошли двое людей, одетые в простые тёмно-синие одежды. Тучный мужчина, лет сорока, с запасом на чёрный день в виде круглого пузика, и женщина примерно его же возраста, пышного телосложения.

– Норд, а мы тебя везде ищем! – добродушно улыбнувшись, сказала дама. – Куда ты запропастился?

– Мама! Я встретил жрицу, которая меня спасла. Ну тогда, когда я потерял память и очнулся в чужой деревне весь в ранах.

Рассказал парнишка, а затем обнял женщину и потянул за руку к нам. Остановившись, он нерешительно добавил:

– Правда, я ещё не знаю её имени.

– Ох…Где твои манеры? Сколько раз я просила тебя представляться и узнавать имя у людей сразу же! Простите его, ради Богов. Я Атея Фарин, а это мой муж Ридий Фарин – сказала женщина и в растерянности взглянула на нас. – Госпожи, простите, но кто же из вас спас моего Норда?

– Это она, – схватив меня за юбку, показал мальчик.

Прежде, чем его мама успела отвесить ему тумаков, я представилась:

– Аврелия Илувала. Можно просто Аврелия, – и я присела в реверансе, запоздало сообразив, что получилось чересчур формально.

Не дожидаясь вопросов, герцогиня тоже представилась:

– Себастия Илувала, или Себастия.

Открыв рот от удивления, Атея молчала, хлопая глазами. Ридий, видимо спасая положение, сказал:

– Не каждый день встретишь герцогинь такой знатной семьи на простом базаре. Что ж, простите нам грубость и неотёсанность. Вы спасли нашего единственного сына. Мы так счастливы, что встретились с вами и нам очень важно отблагодарить вас. Прошу, не могли бы вы хотя бы отужинать с нами?

– Если вы настаиваете. Для нас это большая честь, – решилась Себастия, но затем добавила. – Только, нам надо предупредить друзей.

– Конечно, конечно, – радостно ожила Атея и тут же засуетилась. – Ой, а что вы любите? Что лучше подать на стол?

– Мы всеядны и не откажемся от простой еды, – улыбнувшись ответила я.

Разговаривая о вкусностях, мы двинулись в путь. Норд радостно прыгал впереди, Себастия, о чём-то думая, шла позади, а я, с супружеской парой, по центру. Мы проходили мимо шумных и оживлённых улиц, минуя несколько мраморных памятников в честь Императоров нашей страны. О каждом Ридий что-нибудь мне рассказывал, словно проводил экскурсию. Норд иногда подбегал поближе, слушая его истории и вставляя парочку своих. То о том, что на той улице вкуснейшие пирожки, то, указывая на другую, делился секретом, про лучшее в мире виноградное мороженое.

Так мы и добрались, до низкого двухэтажного домика белого цвета в конце улицы. На его окнах висели горшки с разноцветными цветами, о которых Атея с любовью начала рассказывать. Слушая её болтовню, я поняла, как давно не ходила в гости просто так, как обычно это делали в моём мире. А ещё о том, как я устала от роскошных замков и дворцов, с их формальностью и законами. Если бы мне когда-нибудь сказали, что я утомлюсь от жизни в роскоши, я бы им не поверила. Хотя, возможно, во мне заговорила ностальгия и тоска по дому. Норд, внимательно наблюдавший за мной, подошёл и сказал маме:

– Ты совсем замучила Аврелию своими цветами. Пойдём уже в дом.

– Ах, да. Простите, я не контролирую себя, когда дело доходит до моих растений!

Себастия задержалась снаружи, видимо связываясь с Мартином. Внутри пахло свежей выпечкой, да так, что у меня потекли слюни. В общем-то, это был самый обычный, но от того уютный дом. Маленькая гостиная представляла собой одновременно и кухню, и столовую. Уютная софа стояла рядом с камином, на котором готовили еду. Близь очага расположилась столешница для посуды и кухонной утвари. Напротив окна был обеденный стол, а справа от него, опершись о стену, стоял шкаф, забитый под завязку самыми разными книгами. Наверх уходила узкая и крутая лестница. Я даже задумалась, как же туда протискиваются хозяева?

Норд, перепрыгивая через две ступеньки, поманил меня рукой наверх. Взобравшись, я увидела две крохотные комнаты, одна из которых принадлежала мальчику. Пригласив меня к себе, он залез под кровать и что-то долго там искал. Я оглянулась: узкая лежанка напротив окна, рядом стол, заваленный книгами и бумагами – вот и весь интерьер.

Видимо найдя, то, что искал, мальчик встал и отряхнул колени.

– Я хочу подарить тебе это. Мой учитель дал мне его за успехи в учёбе. Говорят, оно помогает увидеть истинное я человека. Если ты, когда-нибудь начнёшь сомневаться в окружающих тебя людях, то просто попроси их в него посмотреть.

Он протянул мне свёрток, похожий на книгу, завёрнутый в шерстяную ткань. Бережно взяв его в руки, я ответила:

– Спасибо большое. Послушай, в прошлый раз ты мне очень помог с тем камнем. Я тоже хочу тебя отблагодарить.

Я уже хотела протянуть ему кошель с деньгами, как он жестом меня остановил и сказал:

– Если это было для тебя действительно важно, то деньги мне