Вспышка (СИ) - М. Александра

— О, вы только посмотрите! Какие очаровательные малышки почтили это чудесное заведение своим присутствием! — Громко, с ехидной усмешкой проговорил он. — Как приятно видеть среди этих отвратительных морд такие милые, светлые, красивые лица!

На мгновение в трактире повисла тишина, и все взгляды теперь были устремлены на них. Эмма почувствовала себя не то, чтобы неловко — она почувствовала себя отвратительно. Альда, судя по всему, чувствовала то же самое.

— Не пристало таким малышкам ходить по таким злачным заведениям, — Произнёс первый, не отпуская Эмму, и посмотрев на Альду. Эмма переводила взгляд с одного оборотня на другого, злобно сверкая глазами. Она чувствовала, как в груди зарождается огонь — она испытывала страх вперемешку со злостью, и огненная магия, похоже, чутко реагировала на такой эмоциональный коктейль.

— Только подойди, — Прошипела Эмма.

— И что же ты мне сделаешь, а, малышка? — Оборотень приблизился своей мордой к её лицу, и рассмеялся хриплым, омерзительным смехом, обдав девушку зловонным дыханием из своей пасти. Эмма сморщилась, попытавшись отвернуться, но оборотень продолжал крепко сжимать её щёки своими грубыми горячими пальцами.

— Что вам нужно? — Альда смотрела на них со смесью ужаса и паники на лице, пытаясь вырвать свою руку, но он держал её крепко, и только ухмыльнулся.

— Эй, куколка, а твои родители знают, чем ты занимаешься, по каким местам гуляешь? — Он сощурился, глядя на неё, а Эмма всё это время чувствовала накатывающую волну злости, которая тут же отзывалась в ней огненной магией. Она искоса посмотрела на Альду, еле живую от страха. Кажется, девушка боялась даже пошевелиться, глядя на оборотней, которые с каждой секундой чувствовали свою власть над ними всё сильнее. Где-то за спинами Эммы и Альды неслышно и легко поднялся со своего места Гуннар, и, оставшись незамеченным, проскользнул к выходу из трактира и ретировался.

— Отвали, — Прорычала Эмма, свирепо глядя на оборотня, однако сама была едва жива от страха. Она каждую секунду лихорадочно соображала, как же выкрутиться из этой ситуации. Оборотни, похоже, нисколько не собирались так просто отпускать девушек.

— А ты вообще кто такая? — Хмыкнул он, снова приблизившись к ней лицом и принюхиваясь. — М-м-м… Пахнешь ты соблазнительно, милочка.

— Тебе сказали — отвали! — Вскричала вдруг Эмма, моментально выйдя из себя. Не помня себя от страха и злости, она отскочила на шаг, гнев вдруг захлестнул её с головой. Она почувствовала жар в груди, почувствовала, как заметались искры вокруг её пальцев, и она, стараясь успокоиться, сделала глубокий вдох.

— Не груби мне, девочка, иначе ты станешь моей закуской, — Прорычал оборотень со злостью, и тут Эмма окончательно потеряла над собой контроль. В её глазах загорелся огонь, грудь обожгло, она чувствовала, что огненная магия рвётся наружу, и, если сейчас её не выпустить, она просто потеряет сознание. Ноги подкосились, она снова сделала глубокий вдох, перед глазами у неё встала пелена, становилось тяжело дышать, но она успела заметить испуганный и удивлённый взгляд трактирщика, с интересом наблюдавшего за сценой. В следующую секунду Эмма, едва держась на ногах, вскинула руки, и направила рвущуюся струю огня в стену, в надежде, что огонь ни в кого не попадёт. Кто-то закричал, раздался звон разбивающихся бутылок, упавших на пол, и в ту же секунду трактир заволокло дымом. Пламя стремительно разрасталось, охватывая обитые деревом грязные стены, а из рук Эммы продолжал вырываться огонь. Девушка с ужасом смотрела на свои руки, но ничего не могла сделать.

— Ты что делаешь, сумасшедшая?! — Завопил один из оборотней, кинувшись на пол.

В глазах лысого трактирщика промелькнул испуг, он вскинул руки, и из них тут же хлынула огромная струя воды. Направив её на огонь, он сосредоточенно закрыл глаза, однако огонь не желал поддаваться, продолжая распространяться и разрастаться. Альда вскочила на ноги, взмахнув руками, и Эмма увидела, как из её рук тоже немедленно хлынула вода, однако водяная струя была совсем слабой.

— ЧТО ЭТО ЗА МАГИЯ?! — Завопил один из оборотней, вскакивая на ноги, а Эмма по-прежнему стояла на месте, глядя на то, что натворила собственными руками. К трактирщику, который раскраснелся и закашлялся от дыма, подключились две ведьмы, из рук которых так же начала изливаться вода, стремясь залить разросшийся, бушующий огонь.

— Эмма! Эмма, уходим! — Завопила Альда, ухватив девушку за локоть, но Эмма не могла даже сдвинуться с места — ноги словно приросли к полу, она смотрела на происходящее глазами, полными ужаса.

Внезапно произошло то, чего не ожидал совершенно никто. Трактир, который заволокло дымом, вдруг ослепило яркой вспышкой, от которой Эмма невольно зажмурилась, а в следующий миг всех накрыло огромной прохладной волной непонятно откуда взявшейся тут воды. Эмма не смогла устоять на ногах и упала на колени, прикрывая голову руками. Словно изливаясь ниоткуда, вода буквально за несколько секунд затушила огонь, и Эмма, мокрая до нитки, решилась открыть глаза. Её взору предстала чудовищная картина — полуразрушенная барная стойка, разбитые, рассыпанные по полу бутылки, обгоревшая стена трактира, поваленные на бок столы, и полные ужаса посетители, так же, как Эмма, прикрывавшие головы — кто — лёжа на полу, кто — стоя на коленях. Оборотни, поднимаясь с пола, изрыгали проклятия, а Эмма глазам своим поверить не могла, но ещё больше не могла понять, что вообще произошло, кто потушил пожар вот так просто, за считанные секунды?!

Кто-то грубо ухватил Эмму за локоть и потащил наружу. Ничего не видя и плохо соображая, что происходит, девушка повиновалась, и, оказавшись на залитой солнцем улице, сделала глубокий вдох, закашлявшись. Рядом с собой она увидела такую же озадаченную и испуганную Альду, которая тоже старалась отдышаться, а рядом с ними, злобно сверкая глазами, стоял Марк. Возле него громко фырчала и била копытами ламуна серебристо-серого цвета. Чёрт, откуда он тут взялся?!

Эмма, откашливаясь, повернулась в ту сторону, где они с Альдой оставили своих ламун — и едва не завизжала во весь голос. Её глазам предстало ужасное, просто кошмарное зрелище: неведомый зверь, огромный, размером с медведя, но больше напоминавший волка, только с очень большими, толстыми лапами с шестью пальцами, вцепившись в шею уже мёртвой ламуны, на которой приехала Эмма, тащил её тушу по дорожке, оставляя за ней мокрый, тёмно-красный кровавый след. Из раны на шее ручьём лилась кровь, и морда зверя была вся измазана ею. Эмма прижала ладонь ко рту, чтобы сдержать крик, рвущийся наружу.

— Не ори, — Угрожающе предупредил Марк. — У неё не было шансов. Скажи спасибо, что вторая цела!

— Кто это?! — Осевшим голосом проговорила Эмма, продолжая с ужасом смотреть на кровавый след, оставленный мёртвой тушей ламуны.

— Уходим, быстро! — Скомандовал Марк, не ответив на её вопрос, и подтолкнув девушку вперёд, к своей ламуне. Он забрался на неё первым, вероятно, ожидая, что Эмма сядет позади него. Альда уже забралась верхом на свою ламуну, с таким же ужасом глядя в ту сторону, куда только что неизвестное существо утащило несчастное убитое животное. В глазах Альды блестели слёзы.

— Садись, кому говорят! — Прорычал Марк, глядя на Эмму свирепым взглядом. — Или ты хочешь, чтобы они вернулись и за нами?!

— Почему я должна ехать с тобой?! — Возмутилась Эмма, хотя возмущаться в этой ситуации было верхом неблагоразумия. Марк скептически изогнул бровь, глядя на Эмму:

— Ну, если хочешь, оставайся, — Равнодушно бросил он. — Но за твою жизнь и здоровье я не ручаюсь.

Эмме этого аргумента было достаточно, тем более, что из трактира на улицу выскочили те самые оборотни, которые только что напали на девушек. Эмма, увидев их, с какой-то несвойственной для самой себя ловкостью запрыгнула на ламуну, усевшись позади Марка, и, как только она села, он дёрнул поводья. Ламуна издала громкий, пронзительный крик, и припустила бежать. Эмма, пошатнувшись от неожиданности, едва не повалилась вниз, на землю, но вовремя ухватила Марка за талию, прижавшись к его горячей спине. И только сейчас, прижимаясь к нему, почувствовала себя в относительной безопасности. Она постаралась прогнать прочь все лишние мысли, искоса глядя на несущуюся рядом Альду, которая была бледна, как полотно и выглядела напуганной.