Спящее искупление - Сэди Винчестер

Рук медленно поставил стопку панкейков на кухонный остров и неловко переместился за него, прикрывая нижнюю часть тела от моего взгляда.

— Любимая, я могу всё объяснить, — начал он, но Зора уже выпрямилась после серии глубоких вдохов.

Она уставилась на меня, указав пальцем в сторону Рука.

— Ты позволила ему трахнуть тебя, Ли-Ли? — Ее темные брови сошлись вместе.

Несколько раз моргнув, я не сочла нужным отрицать это и просто пожала плечами.

— Ли-Ли? — Рук вопросительно посмотрел на мою подругу. — Это Ли-Ли? Кинли?

Закатив глаза, Зо раздраженно вскинула руки в воздух.

— Да, Рук! Кин-ЛИ — это Ли-Ли.

После вчерашних ночных занятий в моем организме осталось недостаточно кофе, чтобы разобраться в том, о чем говорят эти двое. Я подошла к кофеварке для приготовления эспрессо и начала готовить себе латте.

Краем глаза я заметила, как Зора подошла к кухонному островку, уперев одну руку в бок, а другую положив на край столешницы. Её взгляд был практически раскалён до бела, когда она уставилась на меня.

— Ты вообще в курсе, что делает его… — она изобразила нелепое движение рукой, имитируя дрочку, с подёргивающимися пальцами, — ну, его… придаток, делает?

Это зрелище заставило меня хихикнуть, и это только заставило Зо нахмуриться еще больше.

Держа в руке дымящийся латте с большим содержанием кофеина, я осторожно сделала первый глоток, прежде чем ответить ей.

— Да, и он уже знает, что я не в восторге от того, что он преследует меня с помощью спермы демона. Почему тебя это волнует?

Она вздрогнула и покачала головой.

— Ли, — Зо с трудом сдерживала ровный тон, — потому что это влияет на меня. Этот, — она кивнула в сторону Рука, — теперь может отслеживать тебя. И теперь это всё объясняется — почему я начала чувствовать все твои эмоции. Потому что ты… потому что он… и… аааа!

Странно, почему я все еще была в неведении относительно всего, из-за чего она выходила из себя. Я подула на свой напиток, чтобы попытаться еще немного его охладить.

Зора закатила глаза.

— Сколько раз я тебе говорила, что у меня есть брат-близнец, этот придурок? — Она приподняла брови, ожидая, когда у меня, наконец, зажжётся лампочка над головой. Когда этого не произошло, она продолжила.

— Побочный эффект нашей близнецовой связи в том, что когда он, блядь, оставляет после себя какую-то часть, эта связь распространяется и на меня — эмоционально. — Она метнула убийственный взгляд в сторону Рука, давая понять, кто виноват во всём этом.

А, вот оно что. Я посмотрела сначала на Рука, потом на неё. Теперь, когда она это озвучила, действительно, между ними было нечто общее.

— Зо, откуда мне было знать? — Не то чтобы это хоть что-то изменило бы.

Наконец, пытаясь сгладить ситуацию, Рук посмотрел на свою сестру.

— Зора-букашка, такие вещи… случаются.

— Не Зора-букашкай мне, блядь, тут, — проворчала она и потянулась за панкейком, лежавшим поверх стопки перед ней.

Рук поморщился и поднял руку, заикаясь, когда его сестра приготовилась откусить от него.

Заметив паническое выражение на лице своего близнеца, Зо остановилась и перевела взгляд с него на пушистую лепешку.

— Неужели это…?

Он кивнул. — Рукпанкейки.

С отвращением на лице она тут же выпустила шоколадный блинчик, и тот с легким шлепком приземлился на столешницу.

Я протянула руку, схватила брошенный завтрак и без раздумий откусила кусочек.

— Я не могу говорить ни с кем из вас прямо сейчас. — Зора покачала головой и повернулась, чтобы выйти из кухни, крикнув на выходе: — Я позвоню тебе позже, Ли-Ли!

Пожав плечами, я посмотрела на Рукка и ухмыльнулась.

— Рукпанкейки?

Он гордо улыбнулся.

— Тот же секретный ингредиент, что и в моих сэндвичах с АП и Дж. В каждом кусочке — частичка меня.

Я посмотрела на наполовину съеденный шоколадный панкейк в руке — и вспомнила про ежевичный джем в тех самых сэндвичах.

И тут меня, наконец, осенило.

Его чёртова демоническая сперма.

— О, черт возьми, Рук! — Я швырнула в него его гребаным Рукпанкейком.

Глава тринадцатая

Я дал Кинли несколько дней, чтобы успокоиться и, надеюсь, оправиться от ужасной встречи с Атласом. Оглядываясь назад, я должен был помешать ему выйти за дверь, чтобы пойти с ней на свидание. Эти новобранцы всегда все портили, у них не было достаточно опыта, чтобы справляться с такими ситуациями. Хотя сказать, что с Кинли требовался особого деликатный подход, было бы преуменьшением века.

Для меня было непостижимо, что такому неопытному хранителю дали такое ответственное задание. Как я уже говорил Атласу, все это дерьмовое шоу с искуплением его предыдущей формы камбиона и назначение к падшему ангелу для присмотра было более чем странным и необычным.

Было несколько старых свитков, которые могли бы свидетельствовать о первенстве, стоящем за этим, но у меня еще не было возможности ознакомиться с историческими текстами нашего рода. Если бы Кин впала в какую-нибудь ярость, связанную с убийством, я был бы слишком занят, сопровождая души на суд, чтобы даже подумать о небольшом чтении.

Эти мысли преследовали меня до тех пор, пока я не исчерпал себя, думая обо всех потенциальных последствиях и о том, что могло привести к таким поворотам событий. Я откинулся на спинку своего мягкого кресла и закрыл глаза, чтобы дать им отдохнуть, но в конце концов крепко задремал.

Я провел пальцами по длинным платиновым прядям ее волос.

— Кинли, нам не следовало этого делать, — напомнил я ей.

Она одарила меня самой ослепительной улыбкой в мире.

— Ты слишком много беспокоишься. — Ее рука легла на мою грудь, чтобы уложить меня на спину, когда ее обнаженное тело опустилось вниз по моей груди. Ее твердые соски скользнули вдоль моего тела, оставляя след из мурашек на моей коже. Руки Кин расстегнули кожаный ремень на моей талии, прежде чем расстегнуть брюки, проникнуть внутрь и вытащить мой твердый член из боксеров.

Я не сводил с нее глаз, восхищаясь каждой ее миниатюрной черточкой, начиная с пухлых губ, ее мерцающего ледяного оттенка глаз и заканчивая милой морщинкой на переносице всякий раз, когда она смеялась.

Кинли поцеловала кончик моего члена, заставив меня слегка вздрогнуть от первого импульса удовольствия. Мое тело жаждало ее ласки, и я чувствовал себя бессильным помешать ей подарить ее мне.

— Я хочу попробовать тебя всего, Сай, — промурлыкала она, прежде чем засунуть головку моего