Беглянка (СИ) - Матрикс Велл

— Его можно узнать у Пьера, — уточнила я.

— А при чем здесь Пьер? — явно удивился Шарль.

— А что, разве не вы подговорили его устроить это похищение, чтобы эффектно меня спасти, вызвав симпатию? — с сарказмом спросила я.

— Вас привел сюда Пьер? — потрясение в голосе Шарля было неподдельным.

— Вы удивлены?

— Он не мог этого сделать. Пьер обязан вам жизнью и не стал бы вас убивать!

— Он сказал, что хочет остаться вашим наследником, — пожала я плечами. — Ничего личного. И его вряд ли можно обвинить в убийстве. Я сама согласилась сюда прийти.

— Тогда, скорее всего, он не знает код, — хмуро произнес Шарль.

— Почему вы так решили? — удивилась я.

— Потому что он не стал бы оставлять себе возможность вас спасти, — заявил кадхаи. — Случайно открытая дверь просто не позволила бы ему передумать. И, если он решился избавиться от вас, значит, это без шанса все исправить.

— А вдруг вы ошибаетесь? — я поежилась, в очередной раз поразившись расчетливости Пьера. — Вдруг он знает код, и сможет привести вам помощь, если вы останетесь, после того, как выведете меня отсюда?

— Нет. Я не выпущу вас из своего поля зрения больше, — холодно перебил меня Шарль.

— Боитесь, что снова сбегу?

— А вы не сбежите? — осведомился он мрачно.

Следовало признать, что попытаюсь. Но знать об этом Шарлю совсем не обязательно.

— Послушайте, вы меня даже здесь нашли. Вам точно не нужно опасаться моего бегства.

— Зато вам стоит опасаться, — все так же холодно ответил Шарль.

— Чего? — я удивилась.

— Оказаться без моей защиты. Или вы полагаете, Пьер не решится закончить начатое?

— Ему больше не удастся меня обмануть, — даже обиделась я на столь нелестное мнение о моих умственных способностях.

— А он и пытаться не будет, — презрительно заявил кадхаи. — Нападение хищника, случайно съеденная ядовитая ягода, неудачное падение — вы считаете, ему будет проблематично организовать несчастный случай?

— Он не станет, — не поверила я. — Иначе зачем бы ему заморачиваться со схроном?

— Пьер явно не хотел, чтобы я узнал о его участии в вашей смерти. Но теперь я знаю, и у него развязаны руки.

Я озадачилась:

— А разве это не должно работать наоборот? Вы же сразу поймете, что это он сделал. Или что, у вас тут запечатленных можно убивать без последствий?

— Нельзя. И то, что Пьер сделал — непростительно. Я лишу его права наследовать титул, как только мы вернемся.

— Вот, и у него уже нет причины меня убивать.

— Он будет мстить. Ведь вы разрушили его жизнь, — спокойно заметил Шарль.

— Я?! — потрясенно уставилась я на кадхаи. — На секундочку, это он запер меня в лабиринте, обрекая на долгую и мучительную смерть!

— С его точки зрения, он просто устранял угрозу своему будущему. А вы все равно его разрушили. Он убьет вас, чтобы отомстить и вам и мне.

— Это какая-то психопатическая логика, — ошарашенно заявила я. — Он что у вас, больной?

— Видимо, да, — неожиданно согласился Шарль.

— То есть, вы можете ошибаться, приписывая племяннику те мотивы, какими руководствовались бы сами?

Это было глупо, но я хотела его уколоть.

— Я никогда бы так не сделал, — в голосе Шарля послышалась злость. — Долг жизни для меня — не пустой звук. И я никому не устроил бы долгую и мучительную смерть! Но и Пьера я бы в таком не заподозрил.

Последняя фраза прозвучала печально.

Не очень удобно разговаривать с маской без черт лица, так что о настрое Шарля я могла только догадываться. Но все равно поняла, что лучше эту тему закруглить. Поэтому вернулась к более насущному:

— Но вы же понимаете, что, пока я здесь, даже ваше присутствие не спасет меня от истощения и последующей смерти? Сколько времени вам понадобится на то, чтобы найти прорыв? Мы можем кружить здесь вечность!

— Вам не о чем беспокоиться, Шайна.

— О, нет, мне есть, о чем беспокоиться! — раздраженно возразила я. — У меня запас воды на пару дней при жесткой экономии. И еды столько же! Может быть, кадхаи и не умирают от голода и жажды, но я-то человек!

— У вас не будет проблем с водой. Я — мастер стихий и мне не составит труда создать столько воды, сколько вам нужно. А от голода я вас вылечу.

— Голод — не болезнь! — возразила я сердито.

И как я могла забыть о магии Эйлимхаи? Да, рядом с ним жажда мне не грозит.

— Это состояние организма, которое можно исправить, — заметил он. — Но вам в принципе не о чем переживать. Схроны редко делали большими, так что нам не понадобится много времени, чтобы отыскать прорыв. К тому же хаоты всегда приманиваются броней, и нам не придется гоняться за ними по всему лабиринту. А если идти в сторону, откуда будет появляться наибольшее количество хаотов, то придем к прорыву.

— Пытаетесь меня убедить, что нас ждет небольшое приключение на пару часов? — скривилась я.

Планы… еще бы все шло согласно планам.

— Уверен, это не займет много времени.

И ведь впрямь уверен. Я только вздохнула. Все равно от меня тут ничего не зависит. Прислушаться ко мне Шарль не хочет, его долг важнее моей безопасности. Выбраться в одиночку из этого схрона я по-прежнему не могу. Так что все, что остается — это следовать за кадхаи.

— Пойдем тогда? — предложила я. — Раньше начнем…

Дольше провозимся, проворчала я про себя спустя еще пару часов и несколько битв Шарля с хаотами.

Броню кадхаи не снимал, что вполне понятно, учитывая, что нас окружают враги. И наблюдать за ним было довольно странно. Затянутая в сияющий металл фигура совсем не ассоциировалась у меня с Шарлем. Это был настоящий рыцарь, что защищал меня от страшных чудовищ, рядом с которым я была в безопасности. А Шарль был угрозой, от которой следовало держаться подальше. И, глядя, как ловко справляется с хаотами кадхаи, я просто поверить не могла, что это тот самый Шарль, из-за которого я вообще оказалась здесь.

И кадхаи действительно приманивал хаотов, которых в лабиринте оказалось неожиданно много. Поэтому за ту пару часов, что мы ищем прорыв, уйти от места, где появился Шарль, удалось не больше чем на сотню метров.

Наверное, будь Шарль не один, то управиться можно было бы быстрее. Или наоборот, будь он один. Но кадхаи не просто сражался с чудовищами, он защищал меня.

Следовало признать, ему удалось произвести на меня впечатление. Не то, чтобы меня часто защищали. Более того, обычно это я выступала в роли защитника. Все же я была сильнее большинства тех, с кем меня сталкивала жизнь. Ощутить себя слабой было интересным опытом. При других обстоятельствах я бы точно не осталась равнодушна к тому, кто с оружием в руках сражается за мою безопасность. Возможно, если бы Шарль начал с этого, а не с угроз, я бы отнеслась к нему совсем иначе.

А не будь у меня Вирона, я и вовсе была бы очарована.

Увы, за этой броней скрывался мужчина, не чурающийся насилия, эгоистичный и властный. И, стоит ему снять броню, все очарование развеется.

И я напоминала себе, что он бьется вовсе не ради меня. Им движет долг, и более того, он отказался увести меня отсюда, и опасности я продолжаю подвергаться в том числе из-за его эгоизма.

Мы снова шли вперед после очередной расправы над хаотами, и я решилась заговорить:

— Как вы думаете, далеко еще до этого прорыва?

— Не имею ни малейшего представления.

— А вам не тяжело постоянно в броне?

— Пугаю? — осведомился он странным тоном.

— Нет. Скорее наоборот, — призналась я честно. — Беспокоюсь о своем будущем. Вдруг вы устанете так, что не сможете держать меч.

— А наоборот от пугаю — это что? — озадаченно спросил он.

У них в броне что, мозги отключаются? Но вслух я это спрашивать, разумеется, не стала. Опасно так-то злить вооруженных людей.

— Привлекаю, наверное, — предположила я.

— Не веселю? — стало понятно его удивление.

— В вашей броне нет ничего смешного, — уверила я.

— Привлекаю, значит, — задумчиво произнес он.