Северная королева (СИ) - Верещагина Анна Верещагина

Простые, но крепкие дома, выстроенные из камня и окрашенные глиной, теснились на узких улочках, ведущих к центру, где располагалось жилище старосты. Пока Фрон с пафосом всем и каждому объявлял о том, кто мы такие, будто никто и так этого не понял, я разглядела, что с востока к нам приближается туча. Зрелище, представшее моим глазам, было удивительным: золотые тона запада по самой середине небосвода натыкались на сумрачную преграду, наступающую с противоположного края. Усиливающийся ветер подтверждал опасения — на нас надвигалась гроза.

Мы ужинали, когда она разразилась, и в окно мне было видно, как буйствует ветер, гоняя мусор, а следом небеса разверзлись, и с них на землю ухнули потоки воды. Темное небо с росчерками золотых молний и грозные удары грома, заставляли сердце замирать.

Гроза меня не пугала, я опасалась другого. И это чувство только усилилось, когда я провожала тоскливым взором две удаляющиеся в ночь фигуры, скрытые под тяжелыми плащами. Ослабевшая стихия прикрыла бегство Линнель и Белль, смывая все следы.

Разлился утренний свет, прогоняя ночную непогоду. Заиграли солнечные лучи с каплями воды, затанцевали бликами в многочисленных лужах, разбудили свежие бутоны, являя миру всю красоту весны. Впереди нас ожидал Край Тонких Древ. Историю этой земли я знала, но вот гостить довелось впервые. С увлечением рассматривала диковинные леса этого края. Все деревья в них были тонкими, но их стволы плотно сплетались меж собой, создавая причудливые фигуры. Трудно поверить, что все эти деревянные скульптуры созданы природой, а не руками человеческих мастеров или легендарных волшебников. История говорила нам следующее: некогда это был цветущий край, который и назывался иначе. Пока в один ужасный день Хранитель Врат бездны Ур не встретил и не возжелал дочь местного правителя, да не посватался к ней. Строптивая красавица отказала Уру, и гнев этого Хранителя оказался страшен. Землетрясения, ураганы, наводнения терзали эти земли, сея смерти и разрушения. Когда Ур сумел усмирить свой норов, весь край превратился в безжизненную пустошь, где прятались озлобленные группки несчастных выживших жителей. Чтобы помочь им, мудрая Террия дала земле новую силу. Только деревья, проросшие из оставшихся семян, росли слишком слабыми. Люди опять взмолились Хранительнице земли, и она сжалилась, применив новую магию. Вот так и выросли эти леса — сила природы заставила деревья держаться друг за друга, чтобы выстоять перед любой бурей.

Порой дорога выбегала из дубрав и вилась между зеленеющих полей, а замок правителя показался нам как раз перед наступлением сумерек.

Расположенный на высоком холме, он возвышался над местностью, властвовал над ней. Обнесенный каменными стенами, освещенный заходящими лучами дневного светила казался непоколебимой твердыней, готовой до последнего отстаивать свою свободу.

В замке нас приняли весьма радушно, со всеми прилагающимися почестями, устроили очередной пир. В затемненном зале, наполненном грохотом кубков и гомоном сотен мужчин, мне стало неуютно. Сославшись на усталость, вышла на улицу, полной грудью вдыхая прохладный воздух.

Чем ближе к Нордуэллу, тем слабее становилось дыхание весны, и сильнее холодало. По узкой лестнице поднялась на крепостную стену и вгляделась в окружающий пейзаж. Ночь медленно наползала, очерчивая туманные силуэты приближающихся гор. Здесь, на самой вершине холма, открывался превосходный вид. Мне нравилось стоять и смотреть — внизу пестрела ухоженная деревенька, освещенная светом многочисленных факелов; и крепость, живущая ночной жизнью, но чаще мой взор устремлялся к горам — на север, а за ним стремилось сердце, истосковавшееся по родным просторам.

За спиной раздался мимолетный шорох, и я вынужденно оглянулась.

— Напугал? — мягкая улыбка озарила хмурое лицо правителя эрт Даррна, батюшки Нереи.

Это был человек среднего роста, с темными волосами, в которых серебрились седые пряди. Черты его лица были довольно грубыми — так что я не смогла уловить сходства между родителем и его дочерью. Спохватившись, что бесцеремонно пялюсь на мужчину, торопливо качнула головой:

— Нет, что вы. Просто задумалась.

— Нравится? — эрт Даррн облокотился о край зубчатой стены и посмотрел вдаль.

— Вид чудесный.

— Да. Серединные земли тем и хороши, что отсюда хорошо просматривается, как юг, так и север. Порой мне чудится, особенно в солнечные дни, что там, — указал в противоположную горам сторону, — блестит море…

Я поняла, к чему он клонит, и попробовала утешить:

— Нерея, скучает по вам…

На губах правителя мелькнула печальная усмешка:

— Не старайтесь, эрра, вы превосходно воспитаны, но я великолепно знаю характер своей девочки. Кстати, как она?

— Держится, — сдержанно оповестила я, не ведая, что еще добавить.

Эрт Даррн снова подарил мне горькую улыбку:

— У Нереи никогда не было подруг, как и у ее матушки. Есть такая порода женщин, которые не терпят рядом соперниц.

Я промолчала, потому что слова были не нужны, и только спустя некоторое время молвила:

— Не мне осуждать тех, кто живет в Золотом замке…

— Слухи правдивы? — насторожился эрт Даррн.

— Смотря какие? — постаралась увильнуть от ответа, но уклониться от него не удалось, правитель пронзительным взглядом наблюдал за мной и ждал.

— Нерее нечего опасаться, Беккитта привечает лесть, — только и выговорила я.

Эрт Даррн отвернулся, пряча эмоции, отразившиеся на лице, но через пару минут на меня вновь смотрел радушный правитель, умело скрывающий истинные чувства.

Чем дальше отряд продвигался на север, тем слабее становилась весна. В лицо дул студеный ветер, пахнущий талой землей, нагретой первыми, еще робкими, лучиками солнца, принося свежесть горных озер и первых, слабых травинок, пробирающихся сквозь слой прошлогодней листвы навстречу свету.

В один из вечеров, расположившись на большой поляне, я размышляла о своей дальнейшей жизни, чем ближе Нордуэлл, тем сильнее накатывала паника, грозя разом снести все тщательно выстроенные разумом барьеры и ввергнуть меня во власть безумия. Темнота мягким облаком окутывала природу, по небосклону плыли редкие тучки, а между ними, холодными искрами, зажигались звездочки. Вокруг поляны, как молчаливые стражи, вытянулись величавые сосны. За ними стеной стоял густой кустарник, за которым слышался плеск быстрой речушки, и, несмотря на вечернюю прохладу, я решила окунуться в ее воды. С собой позвала насупленного Фрона, который с момента отъезда из Веруна со мной разве что парой слов обмолвился. Однако, обещание свое он выполнил, и теперь почти на каждом привале меня тренировал один из рыцарей. Вопросов о том, куда направляется наша троица, не было — эрт Гивей сумел осадить всех любопытствующих еще в первый день.

Рыцарь, выбранный Фроном, поступил в гвардию Беккитты совсем недавно, не знаю, что ему наплел эрт Гивей, но молодой мужчина без лишних разговоров стал обучать меня. Фрон следил за нами пристальным ледяным взглядом, не выпуская из рук бурдюк с вином, который сделался его постоянным спутником.

Сегодня я была настроена решительно, поэтому атаковала первая, бросаясь в бой без сомнений. Короткий меч, одолженный у Фрона, привычно запел в моих руках, требуя ускориться. Эрт Лагор — мой новый учитель, сумел отбиться и теперь сам атаковал. Мой выпад, и клинки со звоном ударили друг о друга. Я увернулась от очередной атаки, но тут же вынужденно отступила, чтобы уйти от прямого удара, плавно переместилась, целясь в спину противника.

Эрт Лагор одобрительно кивнул, а Фрон едко заметил:

— Если демон передумает брать тебя в жены, можешь смело проситься ему в охранницы!

— Гляжу, к тебе вернулось прежнее расположение духа! — ядовито откликнулась я.

— Придержи острый язычок, птичка моя, — эрт Гивей бросил предупреждающий взгляд, которому я не вняла:

— Иначе что?

— Найду ему другое применение, — насмешливо сообщил он, делая явственный намек на наше соглашение.