Северная королева (СИ) - Верещагина Анна Верещагина

— Кто ты?

— Самая обычная путница, — прохрипела я, держась за поврежденное горло.

Незнакомка приняла мой незамысловатый ответ и со вздохом поблагодарила:

— Спасибо за попытку выручить нас, но нам не вырваться из этой клетки. Город ночью закрыт, а утром нас изловят прямо у ворот…

Я не привыкла долго думать, потому лишь коротко бросила:

— Собирайтесь! — и поднялась на ноги.

Женщина метнулась в комнату, а я быстро осмотрелась — взгляд зацепился за черепки от кувшина. Их следовало убрать — вдруг зоркий глаз Тоэи сумел запомнить витиеватый рисунок. На негнущихся ногах прошла в комнату, где женщина будила свою воспитанницу. Не особо вглядываясь, я вошла в умывальную и сбросила черепки в туалетное отверстие — так надежнее!

В коридоре, при свете масляных фонарей, мне удалось рассмотреть девочку. В том, что она дочь Этильреда я не сомневалась — малютка имела ярко-рыжие волосы, такие же были и у ее родителя, почти красные, благородного оттенка ягодного вина.

В своих покоях первым делом смыла с лица краску, женщина помогла мне в этом деле, поливая из кувшина на руки. Здесь она запоздало представилась:

— Мое имя Линнель эрт Корвен. Можно звать и Лин. Я была кормилицей малышки и единоутробной сестрой ее матушки.

Я в удивлении вскинула брови:

— Вам потому так легко удалось ускользнуть из Золотого замка?

Линнель печально улыбнулась:

— Не легко… но нам помогли. Не все рыцари участвовали в том пиршестве. Кое-кто спасся…

Ее слова заставили меня нахмуриться и недоуменно спросить:

— И что произошло дальше? Как эрт Белосу удалось вас схватить?

— Досадная случайность… нелепая ошибка провидения, — неопределенно ответила она и пояснила. — Знаете, мне сложно довериться людям, после всего произошедшего! — одарила меня выразительным взором.

Я кивнула, отлично понимая ее чувства:

— Мне, как никому другому, знакомо предательство, но я не враг вам. Считайте и меня жертвой Беккит.

Линнель ждала продолжения, и я призналась:

— Мое имя Ниавель эрт Озош, рождена я была на благодатных землях Ар-де-Мея, а сейчас вынужденно двигаюсь в Нордуэлл, чтобы стать женой тамошнего лорда, — вздохнула и потерла жутко зудящие после сурьмы очи.

Лин молча покачала головой, а я заговорила снова:

— У меня есть некоторые мысли, как вам помочь, — поманила ее в комнату.

Девочка в наше отсутствие осматривала содержимое одной из шкатулок, что я везла с собой, и с восторгом улыбалась, перекладывая драгоценности.

— Эрра, — позвала ее я, — выберите то, что вам по душе, — сообщив это, откинула крышку одного из сундуков.

— Ниавель, — Лин подчеркнуто обратилась ко мне по имени, — я все еще не понимаю, как ты намерена помочь нам.

Не отвечая, я вытянула из недр ларя несколько платьев, придирчиво оглядела освободившееся место, немного поразмыслила и перво-наперво, отбросив наряды прочь, достала мешочки со смесью нужных трав. Девочка выбрала изумрудное колье и теперь перебирала крупные камни, заманчиво играющие в свете зари.

— Это вам подарок от меня, маленькая эрра, — произнесла я, и девочка учтиво поклонилась, отвечая не по-детски серьезно:

— Госпожа, я ценю, что вы для нас делаете, только не ведаю, сумею ли по достоинству отблагодарить вас.

— Лучшей наградой для меня станет ваше спасение, — откликнулась я, передавая холщовые мешочки Лин. — Это краска для кожи и волос. Внутри находятся написанные моей рукой листочки с рекомендациями.

— Там краска, которая сможет изменить цвет моих волос? — не поверила девочка.

— По крайней мере, продавец уверял меня в этом, — оповестила я и добавила. — Завтра наш отряд должен двинуться дальше — демон ждет меня, так что задерживать нас не станут! Стража смениться совсем скоро, не хочу напоминать, что это значит! Нас досматривать не осмелятся, потому предлагаю вам спрятаться в сундуках с моими вещами. Как появится подходящий момент, я вас выпущу, — вопросительно поглядела на обеих собеседниц.

Девочка первой кинулась ко мне, обняла и прошептала:

— Госпожа, я никому не называю свое истинное имя, чтобы не навлечь беду, но вы должны его знать! — и на самое ухо. — Белль!

— Ниа, — с улыбкой молвила я в ответ, обнимая будущую королеву Золотого берега.

Примерно час ушел у нас на обсуждение всех деталей, а потом я, переодевшись, отправилась в комнату Фрона.

Оттолкнув храпящего не хуже десятка рыцарей мужчину на самый край кровати, забралась на другой и, несмотря на непроходящее волнение, уснула, едва моя голова упала на подушку.

Утро, скользнув золотым лучом по покоям, осветило мое лицо, заставляя покинуть уютные объятия сна. Новый день начался с боли, звона тысячи колоколов, топота сотен ног и стонами эрт Гивея. Пришлось помучиться, открывая глаза, и тут же столкнуться с заспанными очами Фрона.

— Ниа? — он явно не ожидал увидеть меня в своей постели. — Мы? Я? — заикнулся Фрон, и я показательно зевнула, а из-за занавеси послышался голос Тоэи.

Эрт Гивей зарылся лицом в подушки, очевидно, страдая головной болью и стараясь мучительно припомнить все, что было вчера вечером. Я не собиралась облегчать ему ни задачу, ни состояние, выползла из кровати, позвала служанку и велела приготовить ванну.

Пока Тоэя где-то ходила, Фрон вывел меня из себя своим бесконечным нытьем и приказами: то он стонал, что ему плохо, то ворчал, то огрызался и требовал узнать, из-за чего на улице стоит такой шум. Я готовилась к его убийству, но рассудив, что скоро попутчику предстоит узнать нерадостную весть, пожалела его и подала вино в драгоценном кубке — пусть взбодрится.

Проворные слуги принесли бадью, наполнили ее до краев теплой душистой водой, а мои чаяния оправдались — Тоэю занял Фрон, потому она не стала помогать мне при купании. Молоденькая служанка, приставленная ко мне, с ужасом рассматривала синяки на моем теле, решив, что это любовник грубо обошелся со мной ночью. Я встрепенулась, услышав громкую брань эрт Гивея, донесшуюся из-за занавеси — вероятно, Тоэя сообщила ему последние вести. Выкинув из головы все думы о Фроне, я занервничала, потому как ничего не знала о Белль и Лин. Удалось ли им укрыться в сундуках? Где сейчас эти лари? И когда я сумею выпустить будущую королеву и ее тетушку?

Позабыв о собственной боли, которая только усилилась утром, я старательно прикрыла легкой тканью платья все синяки, особенно в этом помог высокий воротник. Эрт Гивей, натянув свободные штаны, как сумасшедший, стрелой умчался в коридор, а я, изобразив изумление, проследила за ним и перевела взор на Тоэю:

— Ты знаешь, что его так встревожило? И отчего так рьяно бьют в колокола? — во мне пропадала великая лицедейка.

Служанка смерила меня въедливым взглядом и с явной неохотой известила:

— Ночью кто-то убил двух стражников, охраняющих особо важных пленников.

— Глупо, что всего два стража оберегали здешние темницы! — посетовала я.

— Пленницы содержались в другом месте, — Тоэя пристально ловила каждое мое движение.

Зря! Я нарочито лениво зевнула, скучающе взглянула на пейзаж за окном, а затем раздраженно поинтересовалась:

— И в связи с этим меня сегодня решили оставить без завтрака?

Служанка вспомнила о своих непосредственных обязанностях и удалилась из покоев, чтобы позаботиться о моей утренней трапезе.

Выехали мы из Веруна уже после полудня — как я ждала путешествия! Фрон с угрюмым видом, ни на кого не глядя, забрался в карету и занял одно из сидений, безмолвно предлагая нам с Тоэей ютиться на другом. Пока он накачивался вином из бурдюка, я гадала о судьбе моих новых знакомых и переживала все больше и больше, делая вид, что интересуюсь видом из оконца.

Наш путь по Серединным землям продолжался. Дорога, змеей петляющая между холмов, уводила все дальше и дальше от Золотого берега. Вот она юркнула в широколиственный лес, где дубы, грабы и клены пологом густой листвы, защищали измученных путников от солнца. Ночевать по решению неразговорчивого и злющего, как стая грыров, Фрона остановились в небольшой деревеньке. Солнце устало скатывалось вниз, за горизонт, озаряя своими лучами изумрудную листву. Полосы света, струившиеся с небес, окрашивали местность теплыми тонами. Я спрыгнула с подножки кареты и осмотрелась.