Моя блестящая леди (ЛП) - Бек Макмастер

Ее инфицировали случайно. Женщины по закону никогда не проходили кровавый ритуал, из-за опасений, что жажда слишком повлияет на их нежную психику. Единственным исключением стала герцогиня Казавиан, но за ней стоял Великий дом.

В первую же ночь Перри обрезала волосы и надела предоставленную форму — другой одежды в Гильдии не было. С тех пор она не меняла своего облика.

— Простите, сэр. — Перри глубоко прерывисто вздохнула. — Гаррет — мой напарник. Я чувствую себя… такой беспомощной.

— Знаю. — Линч сжал плечо подчиненной. — Если кто-то и может такое пережить, то только Гаррет. Он упрямый ублюдок.

И поморщился от своих же слов.

— Знаю, — ответила она со слабой улыбкой. — Мне просто не нравится видеть его таким.

— Мне вообще не нравится видеть своих ястребов в таком состоянии.

Прошло сорок лет с тех пор, как он создал группу Ночных ястребов. За это время умерло много хороших мужчин. Совету было плевать на грязнокровных, но каждый из них принадлежал Линчу. Так и держа руку на плече Перри, он нахмурился, осознав, что в последнее время редко кого касался.

Когда-то было по-другому. Он ел с подчиненными, шутил, но эти привычки умерли вместе с ними. Линч постепенно отказался от совместных приемов пищи, погрузился в работу, пока имена погибших ястребов не стали означать лишь еще один удар, его ошибку, и больше ничего.

Так почему Линча так подкосило то, что теперь здесь лежит Гаррет?

Ответ пришел быстро. Гаррет сблизился с ним, юмором не давая себя оттолкнуть.

«Боже мой, сэр, сегодня вы так элегантны! Ну же, улыбнитесь, и половина здешних дворянок выстроится в очередь отсюда до самого сити».

Перри прижалась лбом к его руке, будто ее успокаивало прикосновение Линча.

— Не могу поверить, что он это сделал. Гаррет всегда утверждал, что героизм для дураков.

— Может, он пытался произвести впечатление.

— На миссис Марбери, — нахмурилась она.

Мысль о возможных отношениях Гаррета с миссис Марбери испортила Линчу настроение. Чтобы это скрыть, он сказал:

— Ну, там еще были ты и я, но вряд ли он желает затащить в постель кого-то из нас.

Перри застыла:

— Да, сэр, вряд ли. — Она прижала колени к груди и уперлась в них подбородком, так что ее плечо выскользнуло из-под руки командира.

— Прости.

— Не стоит, сэр. Вы ведь правы. — Перри криво улыбнулась, будто пытаясь его успокоить, но в серых глазах застыло потерянное выражение. — Вы вовсе не в его вкусе.

Линч чуть не подавился.

— Проклятье, очень на это надеюсь.

Она похлопала его по руке:

— Вам надо поспать, я за ним присмотрю.

Воспользовавшись предлогом, он встал, хотя о сне думал в последнюю очередь. Да, отдых нужен, но дел слишком много. А чувство вины — жестокая госпожа. Линч украдкой посмотрел на Гаррета. Нет. Сегодня выспаться не получится.

— Если его состояние изменится, пришли мне весточку, — прошептал он.

— Так и сделаю. — Перри точно знала, о чем речь. Она накрыла руку Гаррета своей, словно пытаясь удержать его на пороге смерти.

Линч тихо удалился. За дверью он все еще слышал слабые хрипы, когда поврежденные легкие Гаррета с трудом втягивали воздух.

В груди что-то сжалось, и Линч отошел от палаты. Проклятые госпитали, как же он не любил здесь находиться.

Глава 6

Дверь кабинета распахнулась, и Линч поднял голову. Глаза заболели от яркого света, но затем постепенно привыкли, и он, моргнув, уставился на раскиданные по столу бумаги. Половину из них покрывали путанные записи от руки — нацарапанные соображения, которые он сделал прошлой ночью, когда мысленно разбирался в событиях вчерашнего дня. Мячи-вертуны. Липкий осадок на подоконнике. Сладковатый запах от тела Фэлкона. И трижды подчеркнутая фраза: «Откуда у миссис Марбери пистолет?»

Дойл пошел прямо к камину и бросил туда щепок, отчего в комнату пахнуло дымом.

— Вы будто провели три ночи в таверне, накачиваясь джином. Да и пахнете так же.

— Ты преувеличиваешь, — сказал Линч, убирая волосы от лица. Он, должно быть, задремал. — Я-то знаю, как пахнет в таверне.

Он поднялся и, пошатываясь, побрел в угол к шкафчику с напитками. В одном из графинов плескалась густая вязкая кровь. На мгновение зрение стало четче, а цвета будто исчезли. Дрожащей рукой Линч откупорил графин, налил себе стаканчик и выпил, глядя в окно на серое утреннее небо.

В животе вспыхнуло желание, будто от страстной женской ласки. Пришлось через силу отставить стакан и снова закрыть графин. Линч четко отмерял себе дозу — необходимое зло. Как бы ни хотелось большего, он держал себя в узде. То был один из методов управлять своими неестественными желаниями. А еще медитация.

— Как дела у Гаррета?

— Еще дышит, — ответил Дойл, вытирая руки о штаны.

У него на лице застыло непонятное выражение. Они никогда не говорили об этом, но каждый Ночной ястреб рисковал, выполняя свою работу.

С каждым часов возрастала надежда, что вирус жажды исцелит Гаррета. Он мог выжить. Может быть.

— Вот, — пробурчал Дойл, вытаскивая из кармана письмо. — На нем золотая печать.

Значит, от Совета. Линч сломал печать ногтем большого пальца, быстро просмотрел послание, и лицо его заледенело.

— Что такое? — прямо спросил Дойл.

— Меня вызывают к одиннадцати в Башню, — отозвался Линч, направляясь в свои покои, смежные с кабинетом.

Дойл двинулся следом:

— Ага, значится, дурные вести.

— Не уверен. — В последний раз его вызывали, чтобы угрожать. Очень похоже на принца-консорта. Хочет напомнить о своей безграничной власти? Или все намного хуже? Линч чертовски устал от того, что его дергали, как марионетку. — Прикажи седлать мою лошадь.

— Так точно.

— А еще мне нужны сопровождающие…

Дойл сдержался и не стал выразительно на него зыркать. Слуга знал свое дело.

— Пришлю в конюшню пару новичков. Эти юнцы еще писают в штаны от одного вашего имени.

— Лучше бы им этого не делать в палатах Совета.

Линч вылил в чашу кувшин горячей воды и быстро побрился. Дойл не так уж неправ. С налитыми кровью глазами и густой щетиной он походил скорее на негодяя, чем на уважаемого командира Гильдии.

Слуга открыл шкаф, вытащил черный бархатный камзол, который Линч носил при дворе, и накрахмаленную белую рубашку.

— Тогда лучше приодеть вас. Сюртук серый или черный?

— Черный. — Линч снял тяжелую кожаную броню и нижнюю рубашку. Полностью раздевшись, он быстро вымылся. — К своему возвращению я хочу видеть на столе вчерашние доклады. А также итоговый отчет доктора Гибсона по телу лорда Фэлкона. Если можно, пусть его кровь снова проверят в латунном спектрометре. Знаю, уровень вируса был в норме, но хочу убедиться, что нет изменений. Вирус жажды обычно остается в тканях в течение нескольких дней после смерти. Поглядим, в обычных ли он пределах. И отправь Бирнса снова переговорить с наследником Хэвершэма.