Когда расцветает магнолия - Таша Лучик

Терзаемая этими мыслями, Люся покинула дом подруги. Закрыла дверь, прикрепив к ней записку. Но стоило ей дойти до калитки, как у двора, мягко шурша шинами, притормозила тёмная машина. Из неё вышел высокий широкоплечий мужчина и пошёл к калитке.

Люся застыла, словно громом поражённая. Несколько долгих секунд она смотрела на подошедшего к ней незнакомца, а её сердце, пропустив удар, вдруг забилось часто-часто.

— Ты… — выдохнула Люся, задохнувшись от радости и внезапного облегчения.

Дверь с пассажирской стороны открылась и из салона высунулась Дина.

— Вы знакомы? — удивлённо спросила она, переводя взгляд с подруги на врача.

Люся, сунув переноску в руки парня, с радостным визгом бросилась к подруге, стиснув её в объятиях, плача и смеясь одновременно.

— Господи… Ну, и напугала же ты меня!

— Я и сама здорово испугалась, — невесело улыбнулась Дина, пытаясь выбраться из салона автомобиля.

— Стой, — крикнул ей мужчина. — Не надо! Я сейчас помогу.

И вернув переноску с Белкой обратно Люське, легко подхватил на руки Дину.

— Я сейчас дверь открою, — спохватилась Люся, на ходу доставая ключ.

Впустив мужчину с его драгоценной ношей в дом и освободив из заточения радостно визжащую Белку, Люся поспешила ретироваться.

— Ну, я вижу, что ты в хороших руках, — щебетала она, пока этот Апполон в очках укладывал Дину на диван. — Потом мне все в подробностях расскажешь. Белку я уже покормила. А меня мои монстрики мелкие ждут. Пока-пока.

Нагнувшись, она быстро чмокнула подружку в щеку. Но Диана успела схватить её за запястье.

— Ты что, оставишь меня одну с незнакомым мужиком? — прошептала она. — А если он какой-то маньяк?!

Бросив взгляд на “маньяка”, возившегося со своим саквояжем и одновременно играющего с Белкой, Люся едва сдержалась, чтобы не прыснуть со смеху.

— Ну, что ты? Какой же он маньяк, — стараясь говорить серьёзно, Люся пыталась мягко освободить руку. — Смотри, как с Белочкой играется? Животные превосходно чувствуют людей, их не обманешь. Да и человек, любящий животных, априори не может быть плохим.

— Угу, — угрюмо отозвалась Дина. — Говорят, Адольф Гитлер тоже очень любил свою овчарку.

— Нашла, с кем сравнивать, — улыбнулась Люся.

— Люсь, ну, подожди хотя бы пока он уйдёт…

Но тут Люське наконец удалось выскользнуть из цепкой хватки подруги, сковывавшей запястье, словно наручники.

— Прости, дорогая, я не могу. Правда. У меня же там дети одни. Ну, ты же понимаешь! Пока.

И Люська проворно шмыгнула за дверь, оставив её один на один с незнакомым мужчиной. Дина обиженно посмотрела ей в след и обессиленно откинулась на подушку.

“Что ж, — подумала она. — Если даже Люське наплевать, какой смысл мне уже трепыхаться? Главное, что Белочка в порядке”.

Сил как будто не осталось совсем, а голова болела так, что хотелось только темноты, тишины и покоя. А ещё хотелось отключиться. Хотя бы ненадолго. И Дина, прикрыв глаза, сама не заметила, как провалилась в глубокий сон.

* * *

— Это он? Правда? — радостно спрашивала Амелия, нетерпеливо дёргая Марка за руку.

Демон загадочно улыбался, не торопясь с ответом.

— Думаю, что да. Он и есть, собственной персоной.

Амелия запрыгала на месте, хлопая в ладоши. Затем, повинуясь какому-то порыву, внезапно обвила руками шею демона и поцеловала его в щёку.

— О, Марк! Я так рада! Так рада… Пусть они будут счастливы! Ведь они будут счастливы, правда же?!

— Конечно же, будут, — он с нежностью прижимал к себе хрупкую фигурку, наслаждаясь запахом её волос.

Теперь он знал, что ангелы пахнут ванилью и фиалками. От её близости, от внезапно охватившего счастья у него слегка кружилась голова.

— Разве может быть иначе? — Марк поднял за подбородок личико девушки, любуясь её глазами нереального глубокого синего оттенка.

— Она это заслужила, — прошептала Амелия.

Марк, не в силах больше сдерживаться, прильнул к её губам. Целовал долго, нежно и отчаянно. Он не мог знать, что ждёт их впереди, и как долго им ещё дадут побыть вместе. И понимая свою ничтожность, своё бессилие перед высшей волей, он отчётливо понимал и то, что от него не будет ничего зависеть — выбора, даже шанса, на выбор у него больше не будет. Единственное, чего ему хотелось — просто любить, просто быть любимым. Подарить хоть немного счастья своей любимой — ведь она его тоже заслужила, и побыть хотя бы эти секунды счастливым самому.

Оторвавшись от губ Амелии, он заглянул в её удивлённые, широко распахнутые, но такие счастливые глаза, и поспешил прижать её снова к себе, пряча улыбку.

О том, что это всё-таки он, повинуясь внезапному повелению своей интуиции, подтолкнул их подопечную не обойти ту злосчастную подмёрзшую лужу, а шагнуть прямо на лёд, он решил умолчать.

И если бы Марк мог видеть своё отражение в зеркале, то заметил бы, что в его белых волосах появилась узкая чёрная полоска, тянувшаяся от левого виска к затылку. Ибо вред, нанесённый даже из лучших побуждений, свыше расценивался как зло.

Глава 20

Утром её разбудил аромат кофе и чего-то ещё вкусного, похожего на оладьи. С трудом открыв глаза, Дина обвела мутным взглядом свою гостиную. Сначала она решила, что ей просто приснился сон с чудным кофейным ароматом, потом мелькнула мысль, что на её кухне хозяйничает Люся. Но медленно прояснявшаяся в памяти картина вчерашнего вечера её разочаровала. Ведь Люся вчера сбежала, бросив её беспомощную наедине с незнакомым мужчиной. Предательница. Кстати… А где этот самый мужчина? Может, ушёл?

Но запах, доносившийся из кухни, подсказывал, что незнакомец не только не ушёл, но ещё и нагло и самоуверенно обосновался на её территории.

Дина попыталась встать. Голова всё ещё достаточно сильно болела и слегка кружилась, но теперь её хотя бы не столь сильно тошнило. Напротив, от аромата еды проснулся, пусть ещё и вялый, но аппетит. С трудом придав своему будто ватному телу вертикальное положение, она обнаружила приставленные к спинке дивана костыли. Как раз то, что надо. И средство самозащиты тоже неплохое. Так, на всякий случай.

Неуклюже управляясь с костылями, Дина поковыляла на кухню, откуда тотчас-же вылетела Белка, радостно виляя хвостиком и будто улыбаясь во весь свой розовый ротик. Прислонив один костыль к стене, Дина наклонилась, чтобы погладить её. В этот момент в дверях показался её вчерашний “помощник”, решивший остаться