Большое путешествие - Ева Шафран

— Мама, это самое важное, что сейчас нужно сделать, пожалуйста, ради меня, — взмолилась Лана. — Только так Валкар избавится от проклятья окончательно.

— Так это он… Он приплывет, — пробормотала женщина, аккуратные тонкие брови поползли на лоб.

— Да, мама, ты его увидишь, ты узнаешь, как сильно он меня любит, — Лана улыбалась, но слёзы полились ручьем, она понимала, что может никогда не увидеть Валкара. Но изо всех сил старалась не думать об этом. — Мама, прошу тебя, умоляю тебя, пожалуйста! Пожалуйста, сделай это ради меня, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

— Лана… — мать ошарашено смотрела на свою дочь, которая сидела перед ней на коленях в странном черном костюме с капюшоном и в слезах молила её отнести какую-то сумку монстру, который держал её в плену почти год. Это было выше её сил и понимания.

— Пожалуйста, я умру без него, — увидев, что мать колеблется, а в её глазах сверкнуло недовольство, Лана уверенно добавила: — Я покончу с собой, если ты этого не сделаешь. Прошу тебя… прошу…

— Господи, — Анита зажмурила глаза, прижав ладонь к груди, — хорошо, я это сделаю, потому что ты так сильно просишь. Только не вздумай ничего с собой делать!

— Спасибо! Спасибо, мамочка, — Лана порывисто обняла мать за ноги, прижимая лицо к её животу.

— Но что происходит? — подозрительно нахмурилась Анита. — Почему ты так напугана?

— Об этом позже, но сейчас ты должна уйти через чёрный выход, прийти на южное побережье, где старый причал. Возьми шлюпку у причалу, это я её привязала специально для такого случая. — Лана вздохнула, руки начали подрагивать от волнения. — На шлюпке тебе нужно доплыть до корабля. Он будет ждать тебя дальше от берега.

— Но как я, позвольте, это сделаю? — спросила женщина.

— Там на дне лодки лежат два весла, — ответила Лана и, проигнорировав удивленный взгляд матери, продолжала: — Это легко. Ты приплывешь к кораблю, тебя поднимут, отдашь эту сумку Валкару. Потом они сами решат, что делать. Главное — это отдать им сумку. Ты меня поняла?!

— Да, да, я все поняла, — Анита смотрела на дочь с тревогой, в глазах женщины мелькало сомнение. — Ты правда так его любишь? Этого монстра?

— Да, мама, да, — Лана улыбнулась, пытаясь унять усиливающуюся дрожь, — это он, только он. — Наши жизни связаны.

— Хорошо, — Анита протянула руку и погладила дочь по щеке. — Ты моя маленькая Лана. Я хочу, чтобы ты была счастлива. Я сделаю то, о чём ты просишь, но пока не могу благословить тебя, вас, — она поморщилась, — на что-то большее.

— Спасибо, мама, — Лана всё же не удержала новую порцию слёз, поднялась на ноги и крепче стиснула мать в объятиях. — Я так тебя люблю. Прости меня за все.

На улице рядом с домом раздался грохот. Лана испуганно дернулась.

— Тебе нужно идти, прямо сейчас, жди корабль. И иди так, чтобы никто тебя не узнал, не заподозрил. Накинь плащ с капюшоном.

— Не переживай, я в детстве была ещё тем сорванцом, я всё сделаю, — Анита подмигнула и подошла к шкафу, чтобы взять дорожный плащ. Но задумчивый взгляд женщины выдавал её сомнения и внутреннюю борьбу. Происходило что-то важное, ей бы остаться в доме и решить проблемы, но она уже обещала дочери выполнить её просьбу. К тому же, её не на шутку встревожила угроза наложить на себя руки.

Лана вышла на лестничную площадку и аккуратно глянула вниз на первый этаж.

— Там пока никого, тебе нужно торопиться, иди, мама, — Лана схватила мать за запястье и потащила вниз. В гостиной слышны были звук с улицы — шарканье сапог на крыльце. Голоса гудели на повышенных тонах. Кто-то вот-вот войдет в дом! Девушка провела мать на кухню, потом мимо склада с продуктами к чёрному ходу, толкнула дверь в огород — никого, путь был свободен.

— Удачи, мама, сделай всё так, как я сказала, — Лана обняла мать ещё раз.

— Доченька, с тобой всё будет в порядке? — Анита безпокойно оглянулась на дом.

— Да, я разберусь, ты иди, и не возвращайся пока домой, главное отдай им сумочку со всем содержимым, — быстро проговорила Лана и захлопнула дверь.

Девушка бежала назад к себе в комнату. Счёт шёл на секунды. Нужно было отвлечь всех от чёрного хода, чтобы за мамой никто не пошёл. Как только Лана вбежала в свою комнату, парадная дверь внизу с грохотом распахнулась, первый этаж огласила возня и крики. Потом был грохот тяжёлых сапог по лестнице, кто-то с шумом начал проверять все двери на втором этаже, и наконец, дверь в комнату Ланы отлетела к стене. Девушка встретила вошедших твёрдым взглядом. Поднялась им навстречу, с достоинством распрямила плечи и вскинула подбородок, как и подобает леди.

— Леди Ланелия Лангоф, вы арестованы за соучастие в нападении на стража музея, — глухим голосом выдал старший по званию. Это были солдаты из Гайльмора, все в чёрно-сером, с угрюмыми лицами. — Вас опознали стражи на выходе из музея. Вы пойдёте с нами.

— Добрый вечер, джентльмены, — вкрадчиво отозвалась Лана, удивившись, что чёрно-серые отморозки из тюремщиков уже тут как тут, — что ж, пройдёмте.

Шагнула вперёд и протянула руки, на которые ей тут же надели тяжёлые металлические кандалы. Ни один мускул не дрогнул на лице девушки. Солдаты переглянулись, наверное, ожидая слёзы и истерику, и повели её вниз, где их ждала полностью железная чёрная карета. Лану затолкали в отделение для преступников и закрыли снаружи на засовы. Карета тронулась. Девушка сидела в кромешной темноте, окон здесь не было. Лана сделала глубокий вдох и медленно выдохнула, внутри будто всё перегорело, она больше не могла плакать, все слёзы уже вытекли, наступило спокойствие, глубокое, задумчивое состояние. Она понимала, что скорее всего выяснят настоящую цель их визита, её приговорят к смертной казне, и она больше никогда не увидит Валкара, маму, папу, Габриеля, которого схватили вместе с Керресия по её вине. Отчаяние и тоска сжали грудь, но усилием воли девушка прогнала их и сосредоточилась на том, что нужно готовиться к долгой и скорее всего мучительной смерти. Ну что же, в этом у неё уже было кое-какой опыт.

Глава 7

/Мальтазард/

Валкар Рек’Кенсар сверлил темноту взглядом, Лане нужна была помощь, он чувствовал её отчаяние, что-то пошло не так, и теперь она в беде. Из-за него, из-за того, что он сказал ей про камень.

— Капитан, — позвал Монтео, — с ней всё будет в порядке, она сильная. Она ведь выжила с нами.

— Если она пострадает из-за меня,