Карусель душ - Пенн Кэссиди

Я могла видеть карнавал внизу под нами, освещенный, как маяк, в море тьмы, которым была призрачная протока. Здесь, наверху, были только мы, запертые в нашем личном мире. Здесь, наверху, я могла хоть раз в жизни быть снисходительной и эгоистичной. Я могла наслаждаться удовольствием, о существовании которого даже не подозревала. Так могло бы продолжаться вечно, если бы я этого захотела.

Его бедра встретились с моими, толчок за толчком, мы оба тяжело дышали и ругались каждый раз, когда он достигал точки. Влажные шлепки нашей кожи были самой эротичной вещью, которую я когда-либо слышала.

Аттракцион снова пришел в движение, и мне показалось, что теперь он двигался быстрее. Если бы я не была так полностью поглощена этим мужчиной, с его членом, погруженным в меня, я, возможно, немного испугалась бы.

Я трахала его жестко и быстро, вращая бедрами и поднимая одну ногу на сиденье скамейки. Это поставило меня под немного другим углом, когда головка его члена терлась о неуловимое местечко, от которого у меня мерещились звезды.

Мышцы Баэля перекатывались под кожей с каждым толчком, и его глаза не отрывались от моих, пока он входил в меня снова и снова. Прилив адреналина от пребывания так высоко в небе был опьяняющим.

Но Баэль не позволил мне долго молчать; он наклонился, чтобы запечатлеть мои губы в страстном поцелуе, от которого искры пробежали по каждому нервному окончанию в моем теле. Его пальцы впились в плоть на моих бедрах, сильнее прижимая меня к себе, пока наши тазы не соприкоснулись с громким хлопком, который эхом отразился от металлических прутьев вокруг нас.

— О боже… — простонала я. — Блядь, блядь, блядь! — Теперь это было песнопением каждый раз, когда он входил в меня. Каждый раз, когда я подпрыгивала у него на коленях, по моему телу прокатывалась очередная волна удовольствия.

Я почувствовала, что балансирую на грани. Пройдет совсем немного времени, и я полностью разобьюсь под его прикосновениями. Его рука скользнула между нами, чтобы яростно погладить мой набухший, пульсирующий клитор, пока все не побелело под моими закрытыми веками и чистый экстаз не захватил меня полностью.

Мои бедра задрожали и сомкнулись вокруг его талии, когда я сильно кончила, стенки моей киски сжались по всей длине. Огонь пробежал по моим венам, когда я заставила себя расслабиться и просто позволить себе почувствовать это — быть в моменте и позволить своему телу впитать его.

Меня подняли прежде, чем я осознала, что происходит, настолько обезумев от удовольствия, что мне потребовалось мгновение, чтобы обвить руками шею Баэля.

Он уложил меня на пол между стоящими друг напротив друга скамейками и устроился между моих раздвинутых бедер, его член все еще был глубоко внутри меня. На нем были только жилет и кожаные штаны, поэтому он выскользнул из него, обнажив всю верхнюю часть тела, сплошь покрытую татуировками и пирсингом. Его длинные темно-русые волосы волнами ниспадали на широкие плечи, а мускулистые руки изгибались в лунном свете.

— Соберись, грустная девочка, — сказал он, его глубокий голос был гортанным от животной потребности. — Я и так с трудом могу контролировать себя рядом с тобой. Мне нужно, чтобы ты сидела очень тихо ради меня, — предупредил он. Это предупреждение было всем, что мне было нужно.

Он начал входить в меня сильнее и быстрее, чем раньше. Ощущение было ошеломляющим; мое тело, уже чувствительное и гудящее от интенсивного оргазма, полученного мгновениями ранее. Но я не жаловалась. Это было именно то, что мне было нужно прямо сейчас. Я жаждала большего. Я хотела, чтобы он использовал меня до тех пор, пока от меня ничего не останется.

Я запустила пальцы в собственные волосы, застонав и пытаясь держаться как можно тише, следуя его приказам. Было трудно не отвечать на его толчки или не хвататься за его тело. Он продолжал безжалостно вколачиваться в меня, наши тела ударялись друг о друга в мелодичном ритме.

Пристальный взгляд Баэля не отрывался от моего, пока он двигался внутри меня с невероятной силой и точностью. Его пронзительные глаза были полны дикой похоти, но я также чувствовала в них что-то более глубокое — что-то новое. Просунув руки под мои бедра, он закинул мои ноги себе на плечи, заставляя свой член проникать в меня глубже, ни на секунду не теряя инерции.

Меня никогда раньше так не трахали — так основательно и яростно. Ну, меня жестоко трахали, но Остин всегда воспринимал это как рутинную работу. Я обычно лежала там неподвижно, позволяя ему тереться об меня, пока он не выдыхался, что обычно длилось максимум пять минут.

Это было по-другому. Это было как отдача, так и принятие. Баэль отдавался сильно, быстро и страстно, а я жадно брала, умоляя о большем.

Моя голова была в тумане, когда он прижал меня к земле. Его грубые руки ласкали мои бедра, и удовольствие, которое он посылал по всему моему телу с каждым толчком, было ошеломляющим. Он тихо говорил мне на ухо, его голос был успокаивающей песней.

— Я не остановлюсь, пока ты не кончишь, — прорычал он, входя в меня глубже. Мое тело дрожало под ним, когда я подчинилась его воле.

— Скажи мне, что ты останешься, Мория, — внезапно сказал он. Я распахнула глаза, ошеломленно встретившись с ним взглядом. Он не переставал двигаться, жестко трахая меня, подчеркивая каждое слово толчком. — Останься. Со. Мной. Позволь мне обнимать тебя так каждую ночь. Позволь мне трахать тебя до тех пор, пока ты не забудешь ту жизнь, которую знала до меня.

Мой рот открывался и закрывался, но из него не вылетало ни слова, только стоны. В голове роилось так много мыслей, что я пыталась собрать их все воедино. Я отказывалась давать какие-либо обещания, пока мой разум мне не принадлежал, но я знала, что он никогда не заставил бы меня принять это решение. Я хотела прямо тогда сказать ему, что останусь. Что я исследую эту загробную жизнь вместе с ним и создам здесь для себя дом.

— Я дам тебе все, чего ты когда-либо жаждала, — выдохнул он между толчками. Я могла сказать, что он был близок к тому, чтобы кончить. Его член утолщался внутри меня, и его пальцы дрожали от напряжения, когда он сжимал мою кожу, словно