Скажи мяу, ведьма, или Дорога проклятых кошек - Виктория Александровна Килеева

Ларе даже в голову не пришло его задерживать. Она надела лежавшее на кушетке лавандовое платье, расчесала волосы и спустилась вниз, прижимая книгу к груди.

Кота нигде не было. Обойдя дом, Лара выглянула на крыльцо. Над двором летал встревоженный Крэх. Заметив Лару, он понёсся к ней.

– Андреаса не видал? – спросила она.

Ворон сел на крыльцо и закаркал.

– Что ты пытаешься сказать? Ты не знаешь, где Андреас?

Крэх неистово покачал головой и указал крылом в сторону открытых ворот.

– Он убежал в лес?

Ворон снова замотал головой, показывая на ворота. Лара заперла их и вернулась к дому.

– Ка-ар-р! – осуждающе неслось ей вслед.

– Я тебя не понимаю, извини!

Затворив дверь, она продолжила поиски.

– Кис-кис, ты где? – звала Лара, шагая по коридору четвёртого этажа. – И правда, я наколдовала слишком большой дом.

По стёклам заструился дождь. Она открыла окно, чтобы подставить руку холодным каплям, и озабоченно подумала: «Если Андреас на улице, то может замёрзнуть и простудиться».

Она обратила внимание на дым, что поднимался над лесом. В голову, как пушечные ядра, влетали жуткие воспоминания, которые хотелось забыть, – кирасиры, деревня, пожар…

«Я должна была их спасти и не спасла!»

Лара бросилась вниз по лестнице, по пути листая книгу заклинаний. Запнулась. Чуть не упала. Быстро распахнула дверь…

На крыльце стоял канцлер в сопровождении четырёх охранников. Когда он снял шляпу и слегка поклонился, его красивый бархатный голос вновь разрезал её жизнь пополам:

– Доброе утро, сударыня.

Серебристо-серые глаза пробежали по пустой обложке книги и с интересом остановились на Ларе. Та молча захлопнула дверь.

– Открывай!

В дверь стучали и стучали.

«Уходите!» – внутренне молила Лара, в ужасе наблюдая, как вздрагивает от стука засов.

Так же дрожала и она.

«Надо его остановить!»

Её непослушные пальцы перебирали шуршащие страницы, чтобы найти оглавление. Бумажный шелест становился громче, навязчивее, заглушая стук, а нужная страница никак не находилась, Лара была больше не властна над своими руками.

Но потом поняла – это не она листает книгу, а Андреас. Бывший кот сидел у камина, вытянув ноги к огню. Над ней голубел балдахин, и жар добирался до самого мозга, плавя и без того разрозненные мысли.

«Я, похоже, в бреду», – осознала Лара и медленно села на кровати.

– Андреас, – усталым голосом заговорила она, – давай не будем превращать друг друга в животных. Теперь я знаю, это нестерпимо больно. И мне жаль, что я столько раз причиняла тебе боль. И я знаю, что ты тоже человек, но слишком горд, чтобы в этом признаться…

Андреас являл собой чистое изумление.

– Если тебе интересно, то по звериной сути я тоже кошка, – вздохнула Лара. – Как и ты.

Андреас вскочил, роняя книгу.

– Лара! – Он сжал её в объятиях, смеясь.

– Можешь опять называть меня «киса».

– Будто камень с души упал. Ты не представляешь, как я рад… – Когда Андреас склонился к её губам, Лара запоздало отстранилась.

– Постой, я твоя хозяйка…

– Ты мне не хозяйка, – возразил бывший кот.

– А кто?

– Ты мой личный человек. – И Андреас её поцеловал, смущённую, растерянную и почти счастливую.

Почти – потому что, отдаваясь его губам, она не верила, что исправила всё. Потому что за их поцелуями всегда следовала расплата.

Лара почувствовала необыкновенную лёгкость, словно земля ушла из-под ног. Она решила, что это из-за поцелуя, но, оторвавшись от Андреаса, увидела небо и закричала.

– Не бойся, – мягко сказал тот.

Но как можно видеть свои ноги болтающимися в воздухе и не бояться?

– Как мы очутились на крыше?! – Лара глянула вниз и обеими руками вцепилась в Андреаса. – Как мы будем спускаться?! Тут рос дуб, куда он делся?!

– Успокойся, киса, это сон.

– Ты уверен?

– Я проверял.

– Тогда ладно, – сдалась она.

Признать, что это сон, было намного приятнее, чем поверить в горячечный бред.

– Сейчас будет дождь, – предупредила Лара.

Андреас свёл тёмные брови.

– Нет, не будет.

– Почему?

– Это и мой сон, а я мокнуть не желаю.

На краю сознания тускло вспыхнуло воспоминание. Она повернулась в сторону леса и увидела клубы дыма.

– Андреас, там горит деревня! Её подожгли кирасиры!

– Какие кирасиры? – задал он бесполезный вопрос.

Лара с возмущением тряхнула волосами.

– Надо слезть и спасти их! Где книга?

– Наверное, осталась в комнате. Лара, не суетись, им уже ничем не помочь.

– Ты не хочешь даже попытаться?!

Андреас покачал головой, поражая своим равнодушием.

– Не хочу.

– Но там же люди! Мерле, Юрген, их семьи… У Юргена три младших сестры! Ты понимаешь, что с ними сделают?

– Зато теперь они не будут свидетельствовать против тебя на суде, и тебя не отправят на виселицу.

– Меня бы всё равно отправили на виселицу, – бросила Лара, – потому что магия – это проклятие!

Она увидела, как в ворота въезжает чёрная карета, запряжённая шестью лошадьми, и положила руку на колено Андреаса.

– Сиди смирно. Даст бог, он нас не заметит.

Оглушительный стук неустанного канцлера вновь заставил её вздрогнуть. Казалось, что и крышу затрясло. Прижав к поверхности ладонь, Лара ужаснулась: крыша и правда тряслась от каждого стука.

«Это невозможно…»

Из-за очередного, особенно сильного удара Лару подбросило вверх. Андреас не успел её схватить, и она полетела вниз. Лара была так поражена, что не сообразила зацепиться руками за край, даже вскричать не успела!

Вместо земли она упала на камни и застонала. Хотя по ощущению Лара летела не четыре этажа, а всего один, у неё нещадно болела спина.

– Я слишком стара, не мешай! – достиг её слуха родной резкий голос.

Лара заморгала, прогоняя восставший в глазах туман, и с трудом опёрлась на локти. День сменился ночью, а она лежала на рыночной площади, посреди которой разверзлось огненное озеро. На фоне беспокойного пламени чернел бабушкин силуэт – она держала за шкирку извивающегося кота.

– Приди и возьми… Возьми и прими…

– Мя-я-я-яу!

– Андреас! – Лара вскинула руку. – Ши-ги-шин… Нет!!!

Поздно. Не успела она кончить заклинание, как бабушка разжала руку и гневно повернулась:

– Ты откуда знаешь «ши-ги-шин»?

Лара не отвечала. Сил хватило только на то, чтобы встать и броситься к жертвенной бездне. В глазах кипела лава. Кота нигде не было.

– Верни Андреаса, старая сука! – неожиданно для себя заорала Лара, вцепившись в бабушкину косынку, повязанную на груди.

Так же внезапно она отлетела на мостовую от удара в живот.

– Когда ты успела запомнить заклинание? Ты же бестолочь, каких свет не видывал, – ворчала бабушка.

Меньше всего Ларе хотелось подниматься и спорить. Хотелось, свернувшись, лежать до утра на мощёной площади и никого не видеть. Услышав знакомое шарканье, она скривила губы.