Скажи мяу, ведьма, или Дорога проклятых кошек - Виктория Александровна Килеева

Виктория Килеева

Скажи мяу, ведьма, или Дорога проклятых кошек

© Килеева В.А., текст, 2023

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023

* * *

Глава 1

Коньяк и девичья фамилия

– Чтоб ты знал, я тебя ненавижу.

– Чего это?

– Стоило мне отлучиться, чтобы проследить за кормёжкой лошадей, как ты коварно воспользовался моим отсутствием и… взял нам комнату всего с одной кроватью!

– Ты ведь давеча сама призывала меня к экономии.

– Призывала. Но не ценой моего спокойствия!

– О, так ты надеялась, что я…

– Иди бери вторую комнату.

– Свободных комнат больше нет.

– Тогда ты спишь на конюшне.

– Свободных мест на конюшне тоже нет.

– Ненавижу тебя!

С силой, удвоенной гневом, Лара хлопнула дверью и отправилась к хозяину гостиницы, в которой ей и Андреасу предстояло провести ночь. Хозяин и его жена, греясь у очага, ужинали наваристым супом.

– Скажите, – начала Лара, – нет ли у вас комнат с двумя кроватями?

– В вашей комнате стоит весьма удобная кровать для двоих, – с неожиданным укором сказал хозяин.

– Да, но я хотела бы спать отдельно.

– Вы и ваш спутник разве не молодожёны? – удивился он.

Лара поняла: любой её ответ – что положительный, что отрицательный – вызовет у мужчины похабную усмешку.

«Шлюха», – ясно сказал его взгляд раньше, чем она придумала убедительное оправдание.

– Мы брат и сестра, – настаивала Лара.

Ни один из супругов ей не поверил.

– Мне больше нечего вам предложить, – равнодушно ответил хозяин, возвращаясь к трапезе.

– Прискорбно.

«Надо продержаться всего одну ночь, – уговаривала себя Лара, поднимаясь обратно в комнату. – Завтра к обеду мы прибудем в Дрезден, и мне больше не придётся изображать неприступную крепость. Скорей бы кончилось это путешествие!»

Когда она вошла, Андреас меланхолично избавлялся от штанов.

– Не раздевайся, – запретила Лара.

– Да что ты там не видела? – отмахнулся тот.

– Вот именно, я видела всё. Пощади мои глаза.

– Мне жмёт!

Лара стремительно и с треском закрыла дверь ногой.

– Но я же терплю!

– Ты в юбке, – парировал Андреас, однако штаны в покое оставил. – Тело должно отдыхать хотя бы ночью.

– Наверное, за годы кошачьей жизни ты чересчур привык обходиться без одежды, – пробормотала Лара, скидывая башмаки.

Андреас не сводил с неё глаз, даже не пытаясь сохранить видимость товарищеских отношений.

– Я хочу, чтобы у нас было как раньше, – сказал он без затей.

Лара села к нему спиной с другой стороны кровати, снимая чулки.

– Как раньше не будет.

– Это говорит твой разум, – ложась, заметил Андреас. – Не может быть, чтобы от той страсти не осталось и следа…

– Не было никакой страсти, – нарочито зевнула Лара и, не оборачиваясь, положила голову на подушку. – Мною владело лишь любопытство.

– Нет, это была страсть!

– Любопытство.

– Страсть!

– Страсть к экспериментам.

– Врёшь! – Ни тени сомнения в голосе. – Я помню, какой ты была, с какими глазами ты садилась сверху, сжимая меня бёдрами, и шептала…

– Пошёл вон! – разозлилась Лара, фурией перекатываясь на другой бок и одновременно – на колени. Заткнуть этот всезнающий рот навсегда было так важно и необходимо, что о последствиях не думалось. – Если ты не прекратишь, я выставлю тебя за дверь! Ты слишком много помнишь, забудь это! Забудь!

Её руки вдавливали ненавистные плечи в матрас. Но его зелёные глаза торжествовали. Только увидев под собой разгорячённое лицо Андреаса, его готовность и желание, Лара пожалела о своём порыве. За полсекунды до того, как он потянулся к ней, она убрала руки и отпрянула.

Андреас шумно выдохнул.

– Ох, Лара… Я бы не смог забыть, даже если бы захотел. – Он раздвинул губы в мечтательной улыбке. – Помнить всякую неудачу, будто она случилась вчера, – ужасная мука. Но помнить каждый миг твоей нежности – не такая уж горькая участь.

– Чёрт бы побрал твою абсолютную память, – проворчала Лара, снова ложась и натягивая шерстяное одеяло до подбородка. – Спи, нам завтра чуть свет вставать.

Она почувствовала, как он касается её разметавшихся волос.

– Просто знай – я не намерен довольствоваться одними воспоминаниями.

Лара отодвинулась и посмотрела на него через плечо.

– Твой голос снился мне в кошмарах. И после этого ты ждёшь какой-то нежности?

– В каких кошмарах?

– В которых я беспомощная кошка, – бросила Лара, с удовлетворением отмечая, что в глазах Андреаса наконец мелькнуло понимание. – Просто знай – чем больше ты будешь бравировать своим упорством, тем упорнее я буду тебя избегать. Спокойной ночи.

«Две ночи подряд – бок о бок с бывшим врагом. О каком спокойствии может идти речь?..»

Лара проснулась от странного сочетания тепла и холода. Холодно было снаружи, а тепло – внутри, под одеялом. Настолько тепло, что создавалось ощущение уютной тесноты. Вылезать из этого кокона не хотелось ни за какие сокровища, хотелось остаться в нём до весны и никуда не ехать.

«Я словно медведица, что ненароком пробудилась от спячки», – подумала Лара и потёрлась обо что-то щекой. Подушкой это не было. Что-то гладкое, приятно-знакомое… Знакомое?

Она распахнула глаза. Собственный бешеный пульс перекрывало чужое прохладное дыхание. Такое же тяжёлое, как и руки соседа по ночлегу.

– Не трогай меня!

– Я замёрз, – сквозь сон пробормотал Андреас, ещё крепче прижимая её к себе.

Грудь Лары оказалась вдавлена в его рёбра. Она едва не задыхалась – то ли от ярости, то ли от нестерпимого жара.

– Какого чёрта ты спишь полуголым, если давно не лето? Сейчас же проснись и отпусти меня, наглый котяра!

– М-м, не мешай…

– Не мешать? – возмутилась Лара и, найдя свои руки прижатыми к животу наглеца, с чувством ущипнула его.

Наглец сонно дёрнулся.

– Лара, к чему так спешить? – Его глаза приоткрылись, чтобы уставиться в её.

– Отпусти меня.

– Разве я тебя держу?

– Держишь.

Андреас не одну секунду обдумывал происходящее, прежде чем разжал руки, и, получив свободу, она отползла к краю кровати. Простыня неприятно охладила пятки. Лара выдохнула, чтобы проверить, насколько в комнате холодно. Когда изо рта пошёл пар, она в ужасе выскользнула из-под одеяла и принялась натягивать чулки.

За окном синел осенний предрассветный мир.

– Воздух ледяной!

– Оттого я и замёрз. – Андреас по-кошачьи свернулся под одеялом.

– Надо согреться. Нам ещё ехать часов шесть, и вряд ли на улице теплее, чем в доме.

– Я знаю быстрый способ согреться, – неожиданно бодро сказал бывший кот.

– Я тоже, – отозвалась Лара, кидая в него подушку. – Нужно просто выпить горячего.

«Или горячительного» – вспомнила она и