Янтарь и Лазурит - Чайный Лис

Но и здесь ему не дали посидеть спокойно, а прервали чаепитие восклицаниями:

— Господин-монах, господин-монах, беда! Принцесса!

Запыхавшийся пухлый евнух, который служил нуне, остановился возле его скамьи и схватился за живот. Сюаньму резким движением руки с грохотом поставил пиалу на стол и встревоженно поднялся.

— Что случилось с принцессой?

Евнух махнул рукой и опёрся о стол, пытаясь отдышаться — определённо не привык к подобным пробежкам. Внешне Сюаньму сохранял невозмутимый вид, но внутри всё сжималось, а на душе скреблись кошки. Не успел он получить внятный ответ, как из рукава пухлого евнуха вылез мышонок, которому он дал имя Чжи, и пискнул:

— Принцесса передаёт, что угодила в ловушку генерала.

— Где она? — холодно спросил Сюаньму, стараясь не выдавать своего беспокойства.

Он совершенно не представлял, каким человеком был этот знаменитый генерал, а принцесса сбежала из дворца в очередной раз. Монахов пороли и лишали еды, заставляли сидеть в уединении и осознавать свои ошибки, когда они совершали что-то неправильное, но Сюаньму не знал, как наказывали королевских особ. Он не хотел, чтобы нуна страдала.

Евнух наконец-то начал приходить в себя и смог ответить:

— Я отведу.

Сюаньму слышал, как тот тяжело дышал, но всё равно спешил на помощь к своей госпоже, чем вызывал уважение. Чжи вновь спрятался в его одежде и не показывал носа.

Очень быстро пробежав весь Сонбак, они подошли к небольшому светлому домику с огромным садом из белых цветов, у стен которого стояли королевские стражники. Запах не сразу донёсся до них, а только ближе к входу, однако стоило этому произойти, как перед глазами Сюаньму мелькнуло море и пушистые белые хвосты, но видение исчезло так же быстро, как и появилось, стоило ему моргнуть. Не успел он осознать увиденное, как из домика раздался радостный голос нуны:

— Монах Шуаньму, какая неожиданность!

Всё-таки искажённое Шуаньму звучало гораздо хуже, чем Рури.

Он вынырнул из пучины воспоминаний и более ясным взглядом посмотрел в открытое окно, из которого махала нуна. Дверь отворилась, и на пороге появилась фигура в тёмных одеяниях со сверкающими в лучах солнца металлических наручах и другими подобными элементами. Несмотря на внушительный доспех, передвигался он свободно и бесшумно. Волосы молодого мужчины были убраны в высокий хвост, также украшенный металлической заколкой. Должно быть, он и являлся генералом Ю.

— Монах Шуаньму, — прозвучал его мелодичный голос, — принцесса Юнха много успела рассказать о вас, зачем пожаловали?

Пока он говорил, скрестив руки на груди, запыхавшийся евнух уважительно поклонился, прошмыгнул мимо него и зашёл к своей госпоже.

Не было похоже, чтобы нуне угрожала какая-то опасность.

— Принцесса в порядке, поэтому я пойду, — проглотив подступившую обиду, заключил Сюаньму и развернулся.

— Нет! — решительно крикнула нуна и выбежала во двор. Её недовольный взгляд устремился к молодому мужчине в чёрном. — Так вы хотите отблагодарить моего спасителя, генерал Ю?

Она фыркнула, и в следующий миг уже оказалась возле Сюаньму и потянула его за руку назад, но вдруг остановилась и усмехнулась:

— А знаете, генерал Ю, мы, пожалуй, пойдём, не будем вас задерживать.

Сюаньму видел, как тот сердито сверлил взглядом их руки, но после этих слов улыбнулся.

— Что вы, монах Шуаньму спас жизнь моей будущей невесты, как я могу не отблагодарить его и не пригласить выпить с нами чай?

Услышав слово «невеста», Сюаньму вздрогнул, посмотрел сначала на нуну, затем на генерала, и сглотнул. А чего ещё мог ожидать простой человек, прибывший из другой страны? Который вдобавок к этому являлся монахом. Уж точно не свадьбы с принцессой другого королевства.

Однако он также почувствовал, как пальцы нуны на его руке сжались. Её дыхание стало тяжёлым, она сделала глубокий вдох и выпалила:

— Вашей невестой? Это когда нас поженить успели?!

Генерал Ю приподнял бровь, а нуна только сильнее вцепилась в руку монаха. Евнух и какая-то девушка — по всей видимости служанка — встали за её спиной и попытались утихомирить её, напоминая об этикете и правилах приличия.

— Принцесса Юнха, неужели король не сообщил вам?

Голос генерала звучал радостно и местами высокомерно. Он не казался Сюаньму плохим человеком, однако по нему было видно, что тот ощущал себя победителем — гордо держался, уверенно говорил и радовался своему преимуществу. Монах бы не удивился, если бы в безвыходной ситуации генерал всё равно сумел выкарабкаться — такая сильная аура предводителя окутывала его. Но это было лишь первое впечатление.

— Мне нет дела до того, что там сказал король, — сердито фыркнула нуна и попыталась утянуть Сюаньму за собой, подальше от дома генерала, только Сюаньму остался стоять на месте.

— Оя-оя, — с весёлостью в голосе среагировал генерал Ю. — Нельзя так говорить про короля, принцесса Юнха, иначе последует наказание.

Однако его слова не убедили нуну.

— Чихала я на ваши правила и наказания, у меня другие планы на эту жизнь.

Сюаньму не заметил, как всё произошло. Вот генерал Ю стоял на пороге дома со скрещенными на груди руками, а в следующий миг с самодовольной улыбкой уже наклонялся к лицу нуны. Та пискнула и спряталась за спиной монаха, цепляясь за его тёмно-синий халат обеими руками, взгляды Сюаньму и генерала пересеклись. В насыщенных янтарных глазах — почти такого же цвета, как у нуны, — отчётливо читалось недовольство, однако затем на его лице вдруг проявилась улыбка.

— Какие же планы у принцессы? — поинтересовался он, прекрасно владея своими эмоциями.

— Не ваше дело, генерал Ю.

Нуна перестала прятаться за спиной Сюаньму, теперь уже решительно схватила его за локоть и потащила прочь. Их тут же окружили четыре стражника, однако не попытались остановить, а лишь последовали за ними вместе с евнухом и служанкой.

Сюаньму не понимал, почему нуна так холодно относилась к генералу, но при этом с ним самим общалась очень тепло. Он не верил, что генерал был плохим человеком.

Не успели они уйти, как тот снова обратился к нуне:

— А что мне делать с вашим подарочком, принцесса Юнха?

В руке генерала оказался небольшой крепко завязанный мешочек, который он придерживал двумя пальцами и помахивал из стороны в сторону.

Сюаньму знал, что это.

Более того, именно он этим утром поймал назойливых хицубокуши-но-муши в лавке свитков и чернил и отправил хозяина, друга нуны, с благовониями к водоёму для их изгнания. А теперь по неведомым ему причинам мешочек оказался в руках генерала Ю, который только сегодня вернулся в Сонбак.

Сюаньму ничуть не злился на Джинхёна: он привык, что далеко не все люди прислушивались