Иллюзии (СИ) - Наталья Совушкина

— Вот увидишь, у нас всё будет хорошо!

— Спасибо, Олька! Чтоб я без тебя делала?

— Можешь не верить, но на самом деле это я так о себе забочусь. Я правду тебе говорю. Ты просто меня плохо знаешь.

Я многозначительно хмыкнула, Ольга всегда так говорит. Мы посидели еще немного в тишине старого дворика. Потом она улыбнулась, махнула рукой и скрылась за массивной дверью, а я поспешила домой, переваривая новости.

И так всегда, подруга опять всё за меня сделала и договорилась с родителями. Я не знаю, как ей это удается? Родители Ольги вечно были заняты какими-то делами, я с ними почти никогда не пересекалась. Когда мы учились в младших классах, частенько бывая у неё в гостях, я видела при этом только деда Костю, который собственно и занимался с нами. За долгие годы дружбы я только раза три видела теть Яну, Олину мать. Невероятная красавица! При первой встрече я застыла, не веря своим глазам, и потом еще долго мучила подругу, допытываясь, действительно ли эта девушка ее мама. А отца я вообще видела только пару раз, да и то, издали, ну и на фото. Однако это не мешало ему частенько оплачивать наши совместные походы в различные кружки и секции, даже путёвки в санаторий и в прошлом году мы были на море! И всё потому, что Ольга очень нуждается в дружеской поддержке, а моя мама не в состоянии выдержать финансовый груз всех Ольгиных увлечений, которые последние лет пять сыплются из неё как из рога изобилия.

Нет, я не вовсе пассивная, и меня нельзя назвать ведомым человеком, который во всём будет потакать подруге. Нет! Я вполне самостоятельна и учёба мне даётся хорошо! И друзья у меня были. А вот отца — нет. Подозреваю, что он расстался с матерью еще до моего рождения, и поэтому на него мне плевать с большой колокольни. Нельзя любить и страдать из-за человека, с которым, возможно никогда не виделся и, скорее всего, не увидишься. Наверняка ему нет дела до моего существования. Когда я была маленькая, мама рассказывала, что отец у меня красивый, умный, добрый и просто чудесный, только вот он работает в научной лаборатории где-то на краю света, а туда детей не пускают, и показывала мне фотографию, где ее обнимает какой-то мужчина.

Единственным доказательством реальности его существования, кроме потертой фотографии, был симпатичный медальончик, внутри которого спрятался странный черно-синий камешек. Когда я была маленькая, я часто открывала медальон и любовалась яркими искрами в глубине камешка и в своем детском воображении видела себя принцессой, похищенной разбойниками или пиратами, которая с помощью волшебного медальона, конечно же, преодолев все невзгоды, находила своих родителей… Но со временем камешек потускнел, и медальончик я носила уже просто по привычке, да и цепочка оказалась коротковата, чтобы снять его через голову, а замочка не было.

Когда появился Федор я была уже достаточно взрослой. Мама ходила счастливая-счастливая, но я не ревновала, тоже радовалась. Как же! У меня появился отец! Все как у других ребят.

Федор был высокий, красивый и веселый, и он мне нравился. Всего несколько месяцев счастья, после чего он пропал, а Лидочка ходила бледная, и я тоже замкнулась и не хотела ни с кем общаться. Постепенно меня все оставили в покое. Только Ольга не захотела, а Ольга всегда добивается своего. Она невероятно целеустремленная и яркая.

Чем только она не увлекалась: танцы, плаванье, лошади! И чем бы она решила заняться, в финансовой поддержке родители ей никогда не отказывали. Может потому что родители подруги были вечно заняты и таким образом пытались компенсировать ей недостаток своего внимания?

Но это совсем не значит, что они во всем шли у нее на поводу и не имели возможности влиять на нее. Когда её отец сказал, что дочери полезно будет заниматься ушу, открутиться не удалось, ни ей, ни мне. Дело в том что, она и меня умудрялась тащить за собой во все свои секции. Скорее всего, в её увлечениях моя дружеская поддержка была не очень-то и нужной, это был повод вытащить меня, но он работал.

Кажется, только от её увлечения танцами мне и удалось открутиться. Всё остальное мы прошли вместе, плечом к плечу. Просто когда Ольга захотела научиться танцевать, я как раз сама, по собственной инициативе записалась в кружок «Мастер» при каком-то клубе и наотрез отказалась сопровождать подругу на танцы из-за накладывающихся по времени занятий.

Ольга уезжала к учителю бальных танцев, я бежала в маленькую комнатку в полуподвальном помещении. Там я попадала в сказку, где маленький седой старичок с длинной бородой, с зелеными глазами, задорно поблескивающими за стеклами смешных очков, показывал нам, как из проволоки и стекляшек, можно смастерить красивые сувениры и украшения, а из ненужных деталей и шестеренок, пуговиц, бусин и кусочков кожи создавать удивительные браслеты и броши. Пока Оля в роскошном платье кружилась в вальсе и разучивала па, меня и еще несколько девчонок учили крутить проволоку, паять, шлифовать. Составлять композиции из казалось бы не совместимых элементов. А еще Гаригардьян Дридорович рассказывал истории-сказки о волшебных камнях, их происхождении и сочетаниях.

Жаль, что кружок просуществовал чуть больше года, и чем-то помешал городским властям. Когда я прибежала на занятия после весенних каникул, здание уже начали покрывать зелёный сеткой, якобы ставя на капитальный ремонт, а на дверях клуба висел замок. «Якобы», потому что и сейчас, спустя почти четыре года оно всё также и стояло закрытым и затянутым в уже порванную, пыльную зелёную сеть, но уже с выбитыми стеклами в окнах, а ремонт так никто и начал…

И сейчас я была безумно рада Олькиному предложению. Да кто б был не рад посмотреть мир? Кто в здравом уме откажется от предложения побывать в загадочных горах? Поработать годик в лаборатории на полном обеспечении, заработать денег, да еще и после этого попасть в ВУЗ на престижное место вне конкурса? Осталось только уговорить Лидочку.

Дома вкусно пахло обедом. На кухне работал телевизор, передавали новости региона и сводку происшествий. Диктор вещал о проводимых полицией мероприятиях, что-то о предупреждении преступлений среди молодежи и прикрытии очередного притона.

— Как дела? Все нормально? — выглянув из кухни поинтересовалась мама, внимательно оглядывая меня с головы до ног. Я молча пожала плечами. Ответить я бы всё равно не смогла, во рту была зажата веточка рябины, чудом сохранившая свой осенний наряд.