По следам Грааля (СИ) - Вейс Амаранта

«Нам понадобился магический артефакт, чтобы сделать это. Как же ему удалось найти ответы?». Я почти спросила об этом, но историк уже продолжил рассказ.

— Как только я поведал о содержимом, тот человек «порекомендовал» всё забыть. Оставить работу всей жизни и просто забыть! — темперамент мужчины наконец выбрался на волю. Историк активно жестикулировал, иногда используя ругательства на итальянском. — Конечно же, я был против. Но вскоре стало ясно, что все угрозы — не шутки. Они начали следить за моей семьёй. Я не мог подвергнуть дочь опасности. Уговорив её уехать в другое место, я покинул дом. Покинул мою Бьянку. И из-за чего? Из-за какой-то несуразицы на древнем языке.

—Ну-ну, если бы вы действительно считали так, то упомянули бы имя женщины, которой принадлежат эти слова.

Марко стушевался, и я поняла, что Фабьен попал в точку.

—Почему вы не сказали им имя?

—Потому что хотел выяснить, кто она, и почему её пророчество так важно.

В горле пересохло от волнения. Неужели Марко узнал что-то про Альсинию?

На улице неожиданно стало слишком оживлённо. Фабьен подошёл к окну, но встал так, чтобы его не было видно с той стороны. Несколько секунд он напряжённо всматривался вниз, а потом спокойно вернулся на место.

—Два крепких парня устроили драку. Их пытаются разнять.

—Ты разглядел лица?

—Да, — Фабьен закинул ногу на ногу, обхватил острую коленку и снисходительно улыбнулся. — Марко, у нас мало времени. Не пора ли перейти к сути?

—Я готов рассказать всё, но только если вы поможете добраться до дочери.

Историк пытался занять ведущую позицию, но если Фабьен и был недоволен сложившейся ситуацией, то не показывал этого.

—С минуты на минуту, в номере появятся люди. Люди не из церкви, поэтому паниковать не стоит. Вас начнут расспрашивать. Старайтесь не лгать, но уклоняться от прямых ответов. «Вы сильно скучаете по дочери, вот почему вам приятно проводить время с Софьей» — пусть это станет основным мотивом. Я свяжусь с вами позже, и мы ещё раз обсудим сделку.

Мне не понравилось,что он забыл упомянуть и о моём участии в переговорах, однако, ведьмак в очередной раз предвосхитил события. К нам пожаловали гости.

∞∞∞

Эйр мялась на пороге. Вежливо дождавшись приглашения, девушка вошла, а следом за ней промаршировал Фридрих. Немец уступал брату в росте и ширине, но не в воспитании. Ведьмак не пытался наседать, но всё же засыпал нас вопросами.

Покончив с завуалированным допросом Марко, Эйр вызвалась проводить историка. Если дискомфорт имел бы оболочку, наверняка, он выглядело бы в точности, как я и этот парень наедине.

Фридрих недовольно хмурил светлые брови, на его щеке красовалась ссадина, что наталкивало на логичные выводы о том, кто дрался под окнами моего номера. Отвлекающий манёвр?

«Скажи уже хоть что-нибудь!» — я едва не завыла от отчаяния: лучше бы он спорил со мной, как Вигвар. Однако совсем скоро я пожалела, что хотела разговоров с ним.

— Мы ведь в одном ковене. Так не поступают.

Это было так неожиданно, что я немного растерялась.

—Как?

—Как минимум не действуют за спиной друг у друга. Ты уже потеряла ковен. Хочешь испытать это вновь?

Мерзкое чувство мгновенно опутало своими скользкими щупальцами. Сделав глубокий вдох и проигнорировав болезненный укол от слов Фридриха, я рассмеялась. Громко. Издевательски. Словно сумасшедшая.

Пусть катится в Тартар со своим осуждением.

∞∞∞

Два циферблата на бежевых башнях центрального вокзала Праги демонстрировали одно и то же время, точное вплоть до секунд. Здание, как и большинство зданий в Чехии, напоминало замок, который поблескивая на солнце, величественно возвышался над узенькими улицами. Чем ближе ты подбираешься ко входу, тем сильнее тебе кажется, что всё то множество фигур, высеченных прямо в камне, следят за каждым шагом зевак, проходящих мимо.

Два дня после встречи с Марко, я терялась в догадках, и вот вчера ночью Фабьен выслал адрес и номер поезда, отправляющегося сегодня утром. В запасе оставалось около сорока минут, но на перроны уже стекались пассажиры, образуя единую толпу. Скрипы колёсиков от чемоданов, чешская речь и стук работников вокзала сливались в общий гам, который к удивлению казался приятным.Как и в любом подобном месте воздух полнился запахами историй: горечью расставаний и восторгом долгожданных встреч.

Волосы липли к шее: из-за навесного стеклянного купола духота ощущалась в разы сильнее. Марко приходилось часто снимать очки и вытирать лицо платком. Мы сухо поприветствовали друг друга и больше не обменялись и словом. Так мы простояли минут десять, не дольше, однако из-за глухого молчания казалось, что прошла вечность.

—Скажи, — я немного придвинулась к мужчине, чтобы лучше расслышать, — странно спрашивать это у тебя, но ему можно доверять?

Я опустила взгляд к обуви, очертив носком линию на асфальте, наконец взглянула на Марко:

—Да. Во всяком случае, пока мы ему выгодны.

Марко раскрыл рот, желая что-то сказать, но тут в него врезался один из пассажиров. Телефон историка едва не выпал из рук, но налетевший на него ловко подхватил предмет. В разноцветной рубашке и ярких очках, мужчина причитал какую-ту околесицу, в извиняющемся жесте похлопывая Марко по плечу. И вот он наконец вложил телефон в карман историка и поспешил прочь.

Всё случилось так быстро, но я уверена, что заметила усмешку на его лице. У всех ведунов хорошая интуиция, а будучи мантиком, ты воспринимаешь мир более тонко. Я могла бы списать то выражение на обман зрения, притвориться, что ничего не было. Но я уже знала, что это не так.

—Возьмите карту и ни за что не выпускайте её. Пусть она всегда будет где-то рядом.

—Что? Зачем?

— Так я буду знать, что с вами всё в порядке.

—Что ты собралась делать?

—Хочу вернуть вам телефон.

Я рванула вперед, успев захватить выражение полного ошеломления на лице Марко.

∞∞∞

Приходилось сдерживаться, несмотря на адреналин, подгонявший идти быстрее. Я лавировала между людьми, цепко следя за цветастой рубашкой. Вор двигался непринуждённо, иногда останавливаясь: например, чтобы поболтать с продавщицей сувенирного киоска или попробовать мороженное, щедро расхваленное дедушкой за прилавком.

И вот, когда он завернул к узенькому проходу, который вёл в город, я с силой толкнула вора к стене и приставила карту к шее.

Мужчина поднял руки и затрясся:

—Сколько вы хотите? Можете взять и мороженное. Очень-очень вкусное.

Я прищурилась, мазнув взглядом по каплям, стекающим по его пальцам, а затем ударяющимся об асфальт. Очки в тёмной оправе съехали вниз, открывая вид на ярко-голубые глаза, однако вовсе не цвет показался мне примечательным. Несмотря на жалобное блеяние в голосе, в них плескалось… озорство?

Навалившись на него всем весом, чтобы не сбежал, я попыталась нащупать телефон Марко.

—Спасите! Обкрадывают средь бела дня! Люди добрые! — вопил он, как ненормальный.

—А ну замолчи, — шикнула я, плотнее прижав карту к коже.

Когда телефон нашёлся, я отошла от мужчины и внимательно осмотрела предмет со всех сторон. Остатки магии вибрировали на коже. Он явно, что-то делал с ним.

—Кто ты такой? Из какого ковена?

—Нельзя задавать подобные вопросы, после того, как ограбила меня! — ведьмак поспешил засунуть в рот всё, что осталось от лакомства.

—Ты первым стащил чужой телефон, а теперь рассуждаешь об этикете?

—Ах, и почему все вокруг такие неблагодарные.

Смахнув ладонью остатки мороженного, мужчина выхватил телефон, постучал по нему пальцем и нравоучительно протянул:

—Внутри этого красавчика находится уйма всего, что может вести инквизиторов по следу любителя чаш. А я ведь говорил ему сделать всё заранее, но этот упрямый жандарм никогда не слушает. Эх, иногда я спрашиваю сам у себя: «Стэнли, кому же ты достанешься? Есть ли хоть кто-то, кто сможет оценить всю глубину твоего таланта?».