Проклятый кордон (СИ) - Нико Дарья

— Магия дома переменчива, — пояснил страж. — Порой он вот так реагирует на магический фон, изменяет охранные заклинания.

— А сейчас он защищается или наоборот? Снаружи стало еще хуже?

Страж чувствовал ее напряжение. Безошибочная интуиция, или «гости» уже не ждут ничего хорошего?

— Вам не о чем беспокоиться, — Рэйвен врал вполне естественно.

Лучше так, чем волновать «гостей» раньше времени. Если стражам не хватит собственных сил, людям придется узнать часть неприятной правды о происходящем на этих территориях.

Все уже закончилось, но Рэйвен не спешил отпускать руку Асты, а она не отстранялась от него. Мало ли что. Но тут их слуха достиг звон, а следом заливистый лай.

— Фасти, — простонала Аста и все же отошла от стража, направившись к открытым дверям библиотеки с самым удрученным видом, — если это те напольные вазы возле центральной лестницы, я за оба века своей жизни не расплачусь.

Рэйвен удивился ее словам, но ничего не успел сказать, девушка бросилась разбираться с неугомонным питомцем.

§§§

Дом предчувствовал удар, заранее возводя щиты для охраны тех, кто жил в его стенах. Посреди ночи Аста проснулась от тревожного чувства. Сознание тут же подсунуло ей неприятную мысль — что-то случилось. По нервам пробежал холодок. Она приподнялась на постели и уставилась в окно. За ним стелился густой мрак, и только где-то вдалеке, высоко в небе, виднелись короткие вспышки, совсем не похожие на молнии. В комнату на секунду прорвался луч ущербной луны и тут же исчез.

Аглаунд жалобно подвывал.

— Заткни его, Аста, — заворочалась в своей постели Лорна.

Сестра поднялась, машинально погладила пса, жавшегося к ее постели, и с тревогой стала прислушиваться. Но толстые стены не пропускали ни звука.

— Фасти, за мной.

Они вдвоем высунулись наружу. Нэл уже была здесь, Хин топтался рядом с сестрой. Мальчик нервничал, и она прижимала его спиной к своему боку, поглаживая по голове.

— Что случилось? — спросила Аста, испугавшись звука собственного голоса в звенящей тишине дома.

Оба синхронно пожали плечами.

— Папа попросил присмотреть за Хином, а сам спустился вниз, — пояснила Нэл и вдруг застонала, схватившись за голову, брат развернулся и неловко поддержал ее.

— Опять приступ? — подбежала к ней Аста.

— Еще хуже, — процедила девушка сквозь зубы и не в силах оставаться на ногах, опустилась прямо на пол. Она чувствовала, как стальные прутья ввинчиваются ей прямо в череп.

— Давай-ка обратно в комнату, — Аста готова была ее отвести.

— Нет, надо выяснить что происходит, — заупрямилась она. — И папа там один.

— Да что вы тут устроили? — зашипела на всех вышедшая из спальни Лорна и покачнулась из-за внезапного головокружения. Ухватившись за дверную ручку, сумела не упасть. И тут же выругалась себе под нос.

Хин, зная, что отец запрещает ему слышать плохие слова, сам себе заткнул уши. Аста кинулась в противоположную сторону к сестре.

— Может, не стоит выходить из комнаты?

— Нет уж, — отодвинула ее рукой Лорна и пошла по коридору к лестнице.

Проклятый дом. Проклятый кордон. Неприязнь к этому месту перерастала в ненависть. Они здесь якобы для собственного же блага, потому что снаружи еще опаснее. Лорна была готова прямо сейчас покинуть стены дома. Ни в какой безопасности она себя не чувствовала. И что там за магия их охраняла, не имела понятия. От плохого самочувствия она не спасала, зато заставляла пространство вокруг двигаться, что вряд ли можно считать нормальным. Лорна до сих пор опасалась, что стены, пол и потолок снова задвигаются. Этот трюк привел ее в изрядное замешательство.

Ее отчаянная храбрость послужила примером, и остальные спустились вслед за ней. Даже Нэл, неуверенно державшаяся на ногах. Но отходить от лестницы никто не спешил.

— Стражи ушли, — выныривая из полумрака, объявил Дамиш. — Стряслось, видимо, что-то.

— То есть мы здесь одни? — поинтересовался Хин.

Взрослые встревожено переглянулись. Невинный вопрос заставил их всех поежиться.

— Стражи говорили, что в доме безопасно, — заявила Аста, стараясь придать голосу уверенность.

— Они много что говорят, а нам нужно поменьше их слушать, — злилась Лорна. — И как в этом проклятом особняке зажечь свет?!

На этот вопрос ей никто ответить не смог, потому что ночными прогулками до этого момента никто не занимался, а все остальное время дом был освещен по необходимости. Почему сейчас он оказался погруженным во мрак, оставалось неясным.

Нэл подумала, что кристалл перемещения остался в комнате. Пускай это и малодушие, но будь он под рукой, в ней было бы больше уверенности.

Аста нервно кусала губы и вглядывалась в те самые сполохи, что увидела еще из окна своей комнаты. Кажется, они стали появляться чаще. Стражи там? Сражаются?

Аглаунд боднул хозяйку в плечо, она прижалась к нему крепче, так было спокойнее.

— Да чего вы, в самом деле, испугались-то? — вдруг гаркнул Дамиш, заставив всех вздрогнуть. — Подумаешь, света нет. А стражи ушли — у них здесь служба, в конце концов. Нам о ней подробностей знать не обязательно, сторожить нас никто не обещал, так что давайте по кроватям и спать.

Его громкий голос несколько приободрил. Их в самом деле никто не должен защищать, да и отчего? Угрозы никакой нет и не видно ее. Если что и случилось, то там, далеко, у барьера. А это не одна лига. Хотя Аста понятия не имела, какое расстояние разделяет особняк и барьер. Но будь он так близко, его можно было видеть, хотя бы с того места, куда Грэв перенесла ее, сыграв злую шутку.

— Пойдемте спать, — прервала она свой внутренний монолог.

Фасти вдруг утробно зарычал, выступил чуть вперед, отталкивая боком хозяйку, желая, чтобы она держалась позади него. Пес низко опустил голову, вонзаясь взглядом в пустоту.

— Может, он у тебя с ума сошел? — бросила Лорна, желая немедленно найти объяснение такому поведению животного.

Знание о том, что Фасти, чистокровный аглаунд, не может ошибаться и ему не может мерещиться, заставляло сердце сжиматься от страха. Она нервно сглотнула и проследила за его взглядом. Он привел ее к высокому окну. Таковых в огромном холле первого этажа было целых восемь. Целых восемь широких кристально чистых стекол, которые внушают куда меньше надежности, чем прочные стены, обрамлявшие их. Почему они раньше не придавали им значения? Зачем в доме, призванном быть крепостью, такие окна?

Аста проигнорировала слова сестры и потянулась было к питомцу, но в ту же секунду витражное окно разлетелось в дребезги. Оглушительный звон заполнил пространство целиком, осколки полетели во все стороны, искрясь и переливаясь в лунном свете, который снова пробился сквозь тьму. Казалось бы, они падали целую вечность и засыпали собою все вокруг. Если бы люди не стояли так близко к лестнице, их бы всех посекло.

Снова наступила тишина. Столь резкая, будто они все потеряли слух, но вот всхлипнул Хин.

— Не бойся, сынок, — отец прижал его к себе, Нэл тоже льнула к боку родителя. — О, боги.

Слова оказались опрометчивыми. Им было чего бояться.

Внутрь дома, сквозь разбитое окно, медленно вползало порождение. Оно было огромным и отвратительным. Бесформенное, дрожащее, как у медузы, тело с десятком жирных, закрученных в страшные жгуты щупалец. Оно ползло прямо по стене, заставляя двигаться свою безмерную тушу сквозь возникший магический заслон. Дом пытался удержать тварь, не дать ей проникнуть, но она проявляла настойчивость и не обращала внимания на то, что магия жжет ее. Тяжелое, массивное нечто продолжало двигаться и, в конце концов, полностью втащило себя в дом. Магия оставила на нем свои следы, раны подсвечивали бледным светом, оно стало двигаться медленнее. Но это не имело значения, так как оно теперь тоже было внутри.

Порождение начало спускаться к полу. Те лисы, что напали на них в тот раз, теперь показались милейшими существами. От вида этого начинало тошнить.