Последнее письмо (СИ) - Грэйс Райли

План не сработал. Это означало лишь одно: ему следовало взять коробку, спуститься на второй этаж и собрать вещи, которые были ему дороги. Затем мужчина бы навсегда покинул тринадцатый дом.

— Прости меня, Киару… — вздохнув, Ричард в очередной раз покачал головой, затем наклонился, подхватил коробку и сделал шаг к лестнице. Второй шаг дался ему уже легче. — Мне надо тебя отпустить… не думать о тебе постоянно… но сделаю я это потом, когда попрощаюсь с домом… Извини, родная, Джин его не оставлю… но я даю тебе слово, что позабочусь о девочке.

Перед тем, как открыть дверь, за которой была лестница, чтобы спуститься на второй этаж, Ричард замер. Он понимал, что его супруга мертва, но не мог не говорить вслух, надеясь на то, что услышит голос любимой.

Ричард только сейчас, потеряв супругу, осознал, насколько же сильно был привязан к девушке. Сам того не ожидая, он допустил, что любимая стала его слабостью и вот теперь, не знал, что делать в одиночестве. Киару умудрилась стать для него смыслом жизни, а сейчас ему приходилось учиться жить заново. Ему оставалось надеяться лишь на то, что когда боль утихнет, он сможет смириться с тем, что Джозеф забрал самое ценное.

— Надеюсь, тебе сейчас лучше… — на выдохе произнёс мужчина, открывая дверь.

Напоследок, он обернулся и ещё раз взглядом прошёлся по чердаку.

Дом изменился.

В тринадцатом доме больше не было хозяйки. Ричард, на словах подаривший дом Киару, оставался владельцем по бумагам, но без супруги не хотел признавать это место своим.

И всё же Ричард не смог сразу покинуть чердак. Взгляд зацепился за лоскутный уголок.

Поставив коробку на пол, мужчина подошёл к дальнему углу и слабо улыбнулся. Плед, который супруга вышила из разных лоскутков.

— Я и забыл… — наклонившись и взяв разноцветное покрывало в руки, Ричард встряхнул его от пыли и прижал к груди.

Глава 15

Ричард понимал, что пытается оттянуть неизбежное: момент, когда двери тринадцатого дома закроются за ним навсегда. Именно поэтому он схватился за лоскутное покрывало, словно утопающий, увидевший соломинку. Но мужчина знал, что не изменит своего решения: без Киару ему не нужен был этот дом. Он не смог бы остаться здесь жить из-за того, что стены особняка хранили в себе слишком много счастливых воспоминаний. В этом месте Ричард позволял себе быть самим собой, снимая привычную маску и расслабляясь.

— Я не могу тебя отпустить… — покачнувшись, мужчина с трудом удержался на ногах, крепче прижимая к себе плед. — Ты мне нужна…

Ричард надеялся на то, что ему станет легче, если он будет разговаривать вслух. Мужчина пытался справиться с горем своими силами, не показывая никому, насколько ему невыносимо. Он ловил себя на желании последовать вслед за Киару, но понимал, что пока Джозеф жив, не может позволить себе такой роскоши. Ричард был в ответе за тех, кто ушёл вслед за ним, проигнорировав прямой приказ создателя клана «Ночной Огонь».

Это был не первый раз, когда Киару исчезала из его жизни. Только этот раз отличался от прочих: теперь он видел смерть супруги и знал, что та мертвее мёртвых.

Именно сейчас Ричард вдруг осознал, что если бы не Марк и не колдун, то у него не поднялась бы рука лишить жизни Киару. Он бы не смог решиться на убийство любимой, даже несмотря на то, что последние обрывки памяти растворились в хаосе тьмы, а девушка, потеряв последние крупицы разума, превратилась практически в гуля. С тем лишь отличием, что обращённый в вампира дампир, потеряв душу, становится бессловесной марионеткой в руках своего создателя. Джозеф обратил Киару, а значит, именно его приказы марионетка выполнит без раздумий.

Ричард тяжело вздохнул. Мотнув головой, он безуспешно попытался отогнать навязчивые мысли, не дававшие спокойно жить. Тяжёлые, гнетущие эмоции мужчина постарался заменить размышлениями о новом клане, который вынужден будет создать, чтобы обеспечить защиту другим. Ему оставалось лишь надеяться на то, что забота о других даст стимул жить ровно столько, сколько будет необходимо, чтобы оказаться в безопасности, чтобы младшие не боялись гнева Джозефа за неподчинение.

Ричард усмехнулся. Вампир не остался в «Ночном Огне», понимая, что Киару будет сурово наказана за смерть Стэфана: Джозефа не убедить, что девушка лишь ранила его сына, а убил тот, кто помог создателю клана проснуться. Индигиан не оставил бы в живых супругу Ричарда. Кровь за кровь. Закон, из-за того, что Ремингтон утаил правду о событиях давних дней, будет на стороне Джозефа.

Тяжело вздохнув, Ричард заставил себя сделать шаг назад, затем второй, третий. Он уже знал, что не оставит плед на чердаке, возьмёт с собой, несмотря на то, что никогда не любил подобные вещи. Вот только лоскутное покрывало было особенным: Киару использовала рубашки Ричарда.

— Вот и всё… — на выдохе произнёс Ричард, встряхивая плед, а затем, постаравшись сложить в квадрат, положил в коробку. — Тебе бы понравилось, что я не забыл это чудовище…

Глава 16. Прошлое

Эль была последней, кто пришёл в тринадцатый дом. Ричард был рад, что сестра благополучно добралась до временного убежища. До тех пор, пока девушка не переступила порог дома, мужчина старался не думать о том, что с ней могло произойти что-то плохое. Сейчас, когда неизвестны следующие шаги Джозефа, бывший глава клана «Ночной Огонь» предполагал, что Индигиан попробует уничтожить каждого, кто принял сторону Ричарда.

— Успешно? — поворачивая ключ в замке, спросил Ричард. Перестав быть главой клана, мужчина не перестал беспокоиться за тех, кто остался в клане.

Ни у Элизабет, ни у Кимберли выбора не было. Впрочем, глупо было надеяться на то, что семья предаст отца и мужа и решит уйти подальше от того, кто никогда не причинит вреда своим близким. Гнев Джозефа, из-за смерти сына, будет направлен вначале на Киару, а затем на Ричарда и Самуэля, как организаторов «смерти» Джозефа.

Ремингтон даже мог понять, почему остался Кристофер: безответная влюблённость в Кимберли. Никто не ждал, что Аарон или Джона уйдут из клана вслед за Ричардом, особенно после того, что натворили. Но в «Ночном Огне» оставались Кристофер и Джессика. С одним всё было ясно: ради Кимберли мужчина принял решение, что не уйдёт вслед за Самуэлем. У Джессики же в клане не было ни к кому сильных привязанностей и Ричард надеялся на то, что