Спрятанная - Кристин Каст

Кола. Мне нужна огромная доза колы. Возможно, мне повезет, и там осталось еще немного хлопьев Граф Чокула и молока. Вкуснятина, лишь от одной этой мысль мне стало лучше. Мне, правда, нужно было съесть немного хлопьев на завтрак.

Я пошла по тускло освещенному туннелю, проходя мимо ответвлений и других занавешенных дверных проемов, за которыми отдыхали мои друзья, пока мы дожидались заката. Затем я зашла в нишу, которую мы обычно использовали в качестве кухни. Здесь туннель заканчивался тупиком, образуя комнату, где хватало места для нескольких столов, ноутбуков и холодильников под потолок.

— Где-то здесь просто обязана быть кола, — пробормотала я себе под нос, осматривая содержимое первого холодильника.

— Она в другом.

Я по-дурацки взвизгнула, подпрыгнув на месте…

— Боже, Шайлин! Не подкрадывайся так. Ты до смерти напугала меня.

— Прости, Зои. — Она подошла ко второму из трех холодильников, вытащив оттуда целую банку колы с огромным количеством сахара и кофеина и протянула ее мне, примирительно улыбнувшись.

— Разве ты не должна спать? — я села на ближайший стул и начала потягивать колу, пытаясь не показывать, насколько я была раздражена.

— Ага, но я устала и все такое. Я чувствую, что солнце еще не село, но у меня слишком много мыслей в голове. Понимаешь, о чем я говорю?

Я тихо фыркнула.

— Я прекрасно понимаю, о чем ты говоришь.

— Твой цвет показывает это. — Шайлин сказала это как бы невзначай, как будто говорила о чем-то нормальном, как например, цвет моей рубашки.

— Шайлин, я, правда, не понимаю, что это за цвета, о которых ты говоришь.

— Я не уверена, насколько хорошо понимаю это сама. Все, что я знаю, это то, что я вижу цвет, и если не думаю об этом слишком много, то начинаю что-то понимать.

— Хорошо, приведи пример, как это работает.

— Это легко. К примеру, возьмем тебя. Твои цвета не сильно меняются. В основном они пурпурные с серебряным оттенком. Даже когда ты готовилась отправиться для проведения ритуала на ферму твоей бабушки, а ты заранее знала, как тебе будет нелегко это увидеть, твои цвета оставались такими же… — она затихла.

— Ты проверила, потому что? — подсказала я ей.

— Потому что, мне было любопытно. Я проверила цвета кучки-вонючки перед вашим отъездом, но, скажем так, я только что поняла, как навязчиво это звучит.

Я нахмурилась.

— Это не похоже на чтение наших мыслей или что-то в этом духе. Так ведь?

— Нет! — успокоила она. — Но чем дольше у меня это Истинное Зрение, и чем больше я тренирую его, тем все реальнее оно становится. Зои, я думаю, оно говорит мне о людях то, что иногда они предпочитают скрывать от других.

— Как Неферет. Ты сказала, что внутри ее цвет совпадает с цветом глаз дохлой рыбины, а снаружи она просто шикарная.

— Да, именно так. А еще как то, что я вижу в твоем случае. Как сказала бы Крамиша, я лезу не в свое дело.

— Почему бы тебе сначала не рассказать, что ты видишь во мне, а уже потом я отвечу тебе, думаю ли я, что ты сильно лезешь в мои дела.

— Ну, с тех пор как ты вернулась с ритуала в доме твоей бабушки, твои цвета потемнели. — Она остановилась, посмотрев на меня, покачала головой, а затем поправила себя. — Нет, это не совсем точно. Нельзя сказать, что они просто потемнели — они стали более грязными. Как будто фиолетовый и серебряный перемешались и стали мутными.

— Хорошо, — сказала я медленно, начиная понимать, что она имела в виду под вмешательством. — Я понимаю, что ты видишь изменения во мне, и это вроде как странно, особенно после того, как ты сказала, что мои цвета обычно не меняются. Но что это значит для тебя?

— О, да, прости. Я думаю, это значит, что ты в смятении по поводу чего-то, чего-то серьезного. Это беспокоит тебя. Не покидает твоих мыслей. Это отчасти так, правда?

Я кивнула.

— Отчасти это так.

— Ты чувствуешь себя странно, от того, что я знаю это?

Я снова кивнула.

— Да, немного. — Немного подумав, я добавила, — Но правда в том, что я бы чувствовала себя не так странно, если бы знала, что могу доверять тебе, и что ты не разболтаешь всем о том, что мои цвета мрачные и что меня, что-то беспокоит. Вот это будет вмешательство.

— Да, — грустно произнесла она. — Я тоже так думаю. Хочу, чтобы ты знала, что можешь доверять мне. Я никогда не была болтушкой. К тому же, этот дар дала мне Никс, когда я получила метку, и это совершенно невероятно. Зои, я снова могу видеть. — Шайлин выглядела так, как будто готова была расплакаться. — Я не хочу испортить все. Я собираюсь использовать дар, так как того от меня хочет Никс.

Я могла видеть, что она была сильно расстроена, и почувствовала жалость к ней — особенно из-за того, что я была причастна к тому, что она расстроилась.

— Эй, Шайлин, все хорошо. Я понимаю, каково это иметь дар, из-за которого ты несешь большую ответственность и не хочешь все испортить. Черт возьми, ты разговариваешь с Королевой Неразберих, — я остановилась, а затем добавила, — Частично, поэтому я и в смятении прямо сейчас. Я не хочу принять еще одно глупое незрелое и неправильное решение. То, что я делаю и говорю, влияет больше на людей, чем на меня. Когда я принимаю ужасные решения, это все равно, что разрушить карточный домик. Недолетки, вампиры и люди могут пострадать. Это отвратительно, но это не отменяет того факта, что у меня есть дар Никс, и я ответственна за его использование.

Шайлин обдумывала то, что я сказала, пока я потягивала газировку. На самом деле мне нравилось болтать с ней. Это было гораздо лучше, чем зацикливаться на Ауроксе, Хите, Старке, Неферет и …

— Хорошо, а как насчет следующего, — Шайлин прервала мое внутреннее размышление. — Что если я увижу, как у человека меняются цвета? Разве это не моя обязанность сообщить кому-нибудь об этом, например тебе?

— Что ты имеешь в виду? Подойти ко мне и сказать — Эй, Зои, твои цвета все мрачнее. Что случилось?

— Ну, возможно, только если мы друзья. Но я думала о том, что увидела сегодня в Николь. Раньше ее цвета были, как и у остальных в банде Далласа — кроваво-красные, с примесью коричневого и черного — как что-то истекающее кровью во время песчаной бури. Прошлой ночью в конюшнях ее цвета изменились. Они все еще ржаво-красного цвета, но они стали четче, ярче, но не в плохом смысле. Как будто их очистили. Это странно, но я клянусь, я увидела в ней немного синего. Но не такого как небо. Больше похожего на океан. Это заставило меня подумать, что, возможно, плохое уходит из нее, и после того, как обдумала это, мне показалось, что это на самом деле так.

— Шайлин, то, что ты говоришь, по настоящему сбивает с толку, — сказала я.