Между вороном и ястребом (СИ) - Арнаутова Дана Твиллайт

- Грегора замутило. Тошнота усилилась, когда он увидел, что каблуки сапог позолочены гуще, чем пояс, на руках боевика красуется по полдюжины перстней на каждой, а в левом ухе - серьга с крупным сапфиром

- Остальные были одеты в том же варварском стиле, разве что золота на них сверкало поменьше, а оружия висело больше. Грегор задумался, было ли это требованием этикета - все же Майсенеш среди них старший! - или зависело от возможностей каждого... Вспомнил, как боевик предупредительно заверял, что охрана постаоается ни з коем случае не затмить его самого Содрогнулся и решил, ради собственного душевного спокойствия, об этом больше не думать!

- Сам он привычно оделся в черное, связал волосы в хвост, оставив голову непокрытой, а из драгоценностей, кроме родового и мажеского перстней, с которыми не расставался, надел родовую дворянскую цепь, усыпанную сапфирами и бриллиантами, а к ней - орденскую цепь со Звездой Архимага На черном камзоле драгоценности горели вызывающе ярко, и Грегор подумал, что если карлонцам этого окажется недостаточно, значит, говорить о серьезных делах с ними еще рано.

- Единственной уступкой карлонским вкусам, которую он все же сделал стала верховая лошадь, та самая итлийская кобыла, которую конюхи нарядили согласно указаниям Майсенеша Грегор едва не поежился, садясь в седло, но утешил себя тем. что это ненадолго Портал решили открыть прямо во дворе Академии, а на той стороне, как заверил Майсенеш, придется проехать совсем немного, да и то больше для того, чтобы показать почетному гостю столицу, а этого самого гостя - горожанам

- Насколько Грегор понял из несколько сбивчивых объяснений Майсенеша. визит столь важного лица должен был усилить авторитет боярина Войцеховича при карлонском дворе, и отказать любезному хозяину в столь важном для него деле Грегор посчитал неучтивым и неблагодарным.

- Латрия. как называлась столица Карлонии. Грегора... заинтересовала. Здесь не чувствовалось духа благородной древности, как в Дорвенне, но это и понятно. Карлония как самостоятельное государство гораздо моложе Дорвенанта Всего каких-то лет сто пятьдесят назад она представляла собой разрозненные княжества вроде тех, что сейчас граничат с Доовенантом и Фраганой. Род карлонских королей по длине родословной не мог сравниться даже с итлийскими торговыми принцами, не говоря уж о династиях Фраганы Дорвенанта и Арлезы И то. что Латрию король Якуб Сеятель заново выстроил на месте прежнего города, им же в ходе войны и сожженного, очень чувствовалось. Много светлого камня, еще не потемневшего от времени, широкие улицы с ровными мостовыми, единый стиль построек и архитектурных украшений. Там. где фасады домов в Дорвенне украшали сплошные гербовые львы, латрийцы предпочитали изображать девиц, причудливо одетых в длинные широкие платья без пояса, простоволосых и босых, держащих в руках снопы колосьев, птиц, яблоки и прочие дары Всеблагой.

- Да, город определенно выглядел новым А еще - шумным, жадным, ярким и нахальным, словно рыночная торговка, горластая и угодливая одновременно. Здесь было мало по- настоящему красивых зданий, но на те что имелись, посмотреть стоило. Грегору показали храм Трех Господарынь. как в Карлонии и Влахии называют Благих Леди, величественное бело- золотое здание с округлыми, действительно какими-то женственными линиями. Рассказали, что у Трех Господарей тоже имеется главный храм, но он расположен дальше, за королевским дворцом, и туда милорда Великого Магистра тоже непременно сопроводят. Благосклонно кивая Грегор ехал во главе маленькой процессии, обозревая достопримечательности карлонской столицы, мимо которых лежал их путь.

- Городская ратуша, украшенная барельефами в виде драконьих голов... Конная статуя короля Якуба Сеятеля - в каменных руках великого монарха Грегор уже без всякого удивления увидел не меч. а чугунный шестопер. Согласно объяснениям Майсенеша это значило, что монарх не погиб в бою. Как именно он закончил жизненный путь, Грегор понятия не имел потому что никогда не был силен з истории - а уж тем более карлонской Ради интереса он спросил об этом - и узнал, что славный король Якуб преставился в возрасте ста одиннадцати лет от напряжения вызванного плотскими утехами с молодой женой. Судя по завистливым вздохам, сопровождавшим рассказ Майсенеша. карлонцы такой смертью восхищались, Грегор же испытал омерзение. Даже если это правда... нашли, чем гордиться!

- Затем они миновали Фонтан Речных Дев - изящную мраморную чашу, увитую по краю цветочным барельефом. В середине чаши высилась необработанная плоская глыба очень светлого, почти серебристого камня На ней развалились три бронзовые девицы, обнаженные до пояса, с распущенными волосами.чьи пряди не столько прикрывали, сколько подчеркивали женские прелести, и длинными рыбьими хвостами, которые девицы спустили в воду. От вызывающей, прямо-таки непристойной чувственности этого произведения искусства Грегор поморщился, зато карлонцы из его сопровождения воззрились на фонтан влюбленно и почему- то зашарили по карманам и поясным кошелькам.

- Монетку надо кинуть, милорд! - объяснил Майсенеш, подтверждая слова делом и ловко зашвыривая в чашу серебряный флорин. - На удачу в любви!

- «Удача в любви? - повторил про себя Грегор. - Какая глупость! Если эта нелепость и способна кому-то принести удачу, то разве что нищим да уличным мальчишкам, которые наверняка обчищают фонтан, как только очередной дурак проедет мимо. Что касается любви право, я начинаю сомневаться, что она вообще существует'»

- Не удостоив больше фонтан ни единым взглядом, он продолжил путь, разглядывая дома и встречных карлонцев. Как и ожидалось от приличных кварталов столицы, люди здесь были хорошо одеты, хотя, на вкус Грегора. слишком броско. Впрочем, женщины носили платья пристойной длины и вполне скромного фасона так что излишняя пестрота красок местных дам не портила. Зато мужчины' Мимо их процессии несколько раз проезжали всадники наряженные даже ярче Майсенеша! Они словно соревновались между собой, сочетая в одежде зеленый с оранжевым красный с голубым и желтым, розовый с малиновым1 А шапки карлонского фасона, с ярким верхом и меховой оторочкой, у них. вдобавок, были еще украшены крупными цветными пряжками, из-за которых торчали вверх пучки разноцветных птичьих перьев

- А шапки-то теперь иначе носят — пробормотал Майсенеш. провожая очередного карлонского дворянина хищным взглядом. - Как это я упустил? Ну. ничего...

- И Грегор с содроганием понял, что в ближайшее время ему придется увидеть дурацкие перья и на своих сопровождающих.

- Миновав слизочно-желтую громаду королевского дворца - Майсенеш клятвенно заверил, что драгоценного гостя ждут и там, но позже - их процессия свернула на восток от сердца Латрии. Обогнула рыночную площадь, храм Великого Безликого, которого в Карлонии почитали отдельно от остальных Благих в силу его двойственной природы, и добралась до того, что Грегор сначала посчитал отдельным кварталом, состоящим из нескольких маленьких особняков. Но потом заметил длинную общую ограду, удивительное сходство темно-бурых черепичных крыш, словно возводил эти дома один и тот же архитектор, общую линию сада...

- Подворье славного боярина Ласло Войцехозича. - подтвердил его невысказанную лсгадку Майсенеш и вполголоса что-то бросил по-карлонски одному из спутников. Тот хлестнул коня и пустился к виднеющимся вдали огромным воротам, а боевик продолжил: - Здесь живет весь род боярина. Дети с внуками, племянники, двоюродные и троюродные братья со своими женами и детьми... В Карлонии считают, что большая семья - зеличайшая милость богов, и на тех, кто селится здали от родни, смотрят косо. Честному человеку от своих скрывать нечего, у него и счастое. и беда на виду. Отец Войцеховича тоже здесь жид и дед его. и прадед.

- Почтенная семья со старыми традициями, - одобрительно кивнул Грегор, сворачивая в указанную сторону. - А Ставсры?

- Гостят у боярина. По карлонским законам домом в Латрии могут владеть только подданные карлонского короля, остальные, будь они хоть князья хоть послы, должны либо снимать жилье, либо гостить у кого-то - И добавил с некоторой гордостью: - Это потому, что карлонец у себя в доме полный господин, над ним только боги и король1 И если до богов далеко, то король в любой момент со своих подданных любую службу спросить может. - Немного поколебался и закончил: - Ну. или позвать ответ перед собой держать