Отвергнутые (СИ) - Лаврова Ульяна

— Зачем, если, мы все равно умрем, ты же сам сказал!

— Гейла, — протянул он, — да, мы в непростой ситуации, но я сделаю все, чтобы спасти тебя. Поешь, пожалуйста, я составлю тебе компанию. Давай одну ложку ты, а вторую я.

Секунда, и стены камеры огласил мой громкий, истеричный смех. Он был таким же неуместным в этой ситуации, как его терпеливые и мягкие слова.

Тем не менее я успокоилась и мне стало легче. Хоть я и понимала, что это временно.

— Хорошо, но с одним условием, — я решила для себя получить еще больше выгоды, раз он так просит, — ты рассказываешь мне что-нибудь о себе.

Теперь я смотрела на него серьёзно.

— Хорошо, следующая ложка твоя, только нос зажми, — он поморщился.

“Не уж-то все так плохо?” — подумала я, но проверять не рискнула.

Зажав нос, я взяла ложку и не раздумывая запихала ее в рот. Безвкусная, склизкая масса перекатывалась во рту, а желтые комки хрустели на зубах. Жевать оказалось плохой идеей, подавляя тошноту, я проглотила.

— Твоя очередь, — произнесла я гнусаво, так и не разжимая носа.

Спустя еще десять ложек, проглоченных мной, да я их считала, тарелку мы все же осилили.

Медек отодвинул тарелку в угол камеры и сел рядом.

— Рассказывай, — произнесла я твердо, смотря ему в глаза.

Он отвел взгляд, теперь он смотрел куда-то сквозь решетку, но думаю, мыслями он был далеко.

— Гейла, скажи мне, почему ты ушла вчера? Предполагаю, что ты все вспомнила, в этом была причина?

— Да, — мой голос звучал грустно.

Мне было больно и обидно. Обидно за все, что случилось и особенно, за то, что не случилось, между нами.

— Так я и думал, раз ты вспомнила, мне будет проще тебе объяснить.

В камере повисла тишина, он молчал, а я не торопила. Почему-то я была уверена, сейчас он скажет что-то очень важное.

— Мой отец, — начал Медек свой рассказ, — всегда желал власти, хотел быть сильнее всех. Способы же достижения этого, могли быть любыми и, как правило, не самыми гуманными. Он наметил для себя две цели. Уничтожить оборотней как народ и при этом получить их силу. Как ни странно, у отца было много последователей, желающих того же. В основном это были маги высшего уровня. Из года в год они придумывали, как стать сильнее за счёт оборотней, отлавливали их и ставили над ними эксперименты. В один из таких экспериментов, им удалось извлечь из оборотня его зверя и пересадить в другого человека. Но зверь не прижился, и погиб вместе с человеком. Умер и тот оборотень, у кого отобрали зверя. Это их не остановило, они снова и снова пытались это осуществить, но человек никак не мог принять зверя, так же как зверь человека. Вот тогда-то мой отец и обратил внимание на меня. Мне тогда было четырнадцать лет. К тому времени я уже прошёл свой первый оборот, мама помогла, не знаю как ей это удалось. Она была обычной волчицей, не имела силы Альфы, но смогла достучаться до моего сознания. Отец решил, раз у них не получается с людьми, надо поэкспериментировать с оборотнями. Но с кем попало он не хотел. Я до сих пор помню, как он вошел ко мне в комнату и объявил, что сегодня в мое сознание будет подсажен еще один волк. Мне было страшно. Но, эксперимент прошел удачно, мой волк не был доволен, но все же нашел общий язык с незваным гостем, мы выжили. К сожалению, одним волком мой отец не ограничился.

Медек замолк, а я все не могла поверить в услышанное. Мне бы даже в голову не пришло, так издеваться над оборотнями. Два волка, многие с одним никак не справятся, а то что Медек произнес дальше, повергло меня в шок:

— Во мне семь разных сущностей. Когда они только появились во мне, они рвали мне сознание своими требованиями и желаниями. Для меня же, в моем сознании, не осталось места. Они буквально ломали моё тело, каждый хотел своего. Я не понимал, где я и кто. Шло время и они затихли, возможно смирились друг с другом. Мне даже показалось, что я наконец взял над ними верх. Но спустя время заметил, любая моя эмоция возвращала хаос, и все начиналось заново. Я стал контролировать свои переживания и моё состояние улучшилось. Я наконец обрел надежду, найти общий язык со всеми моими волками. В какой-то момент отец понял это и тогда начался мой персональный ад. Он находил все новые способы спровоцировать меня. И с каждым разом эти способы становились все более изощренные. Так же у него появилась новая цель, волков во мне объединить в одного. Меня поселили в лабораторию. Маги делали со мной все, что хотели, благодаря им, я стал еще сильнее и выносливее. И стал устойчив к магии и ядам. Вместе с тем, они создавали средства, чтобы сдержать меня, одним таким зельем ты и воспользовалась, когда привязала меня к кровати. Видимо, оно досталось тебе от моего отца.

Я кивнула. А он продолжал:

— В общем, король кроил из меня наследника, которого хотел видеть, а так же солдата-убийцу по совместительству. Но убивать я не хотел, тогда он начинал меня пытать, так чтобы я обратился. К тому времени, они все же смогли из семи волков, сделать одного. Он получился настоящим монстром и превосходным убийцей. Я, как мог сдерживал оборот, но не всегда это выходило. Когда я обращаюсь, я не контролирую его, я даже не понимаю, что происходит, а после, я вижу результат его работы. Он уничтожает все и никого не жалеет. В один из таких оборотов я убил свою мать.

— Это был не ты, — тихо выдохнула я.

— Это не так важно. Это все равно я.

Я покачала головой. И снова тишина. У меня не было слов, как можно было так издеваться над своим сыном.

И снова Медек продолжил:

— Но не об этом сейчас. Эта тюрьма была построена последователями моего отца. Они не прекратили попытки наделить магов вторыми сущностями. А чтобы отделить человека от волка, надо вынудить того обернуться. Деление как раз происходит в этом промежуточном этапе. Как правило, маги мучают и вынуждают сделать оборот. Проще всего с парами. Пара на все согласится лишь бы мучения его избранной прекратились. Поэтому, долго мы в этой камере не пробудем, маги следят за всеми, за нами уже скоро придут. Единственный способ выбраться отсюда, это выпустить моего зверя. Этот монстр разнесет все и никого не пожалеет. Все здесь будут мертвы и маги и оборотни. Он убьет даже тебя, потому что контроля у меня над ним нет. У меня лишь одна призрачная надежда на то, что у тебя будет шанс убить его, тем кинжалом, который дала тебе ведьма. Если она сказала любого в этом мире, значит любого. Ведьмы, как правило, не ошибаются.

Он повернул голову и посмотрел мне в глаза.

— Еще раз, запомни, после того как он все здесь разнесет, ты должна будешь убить его. Дождаться, когда он уничтожит магов, а после убить.

— Но он, это ты! — он пожал плечами.

— Значит, ты должна убить меня.

— Нет, — тихо прошептала я.

Еще сутки назад, я злилась на него и хотела, чтоб он сквозь землю провалился. Сейчас даже представить себе не могла, что останусь без него. И нет, это был не просто страх. Он был мне действительно дорог.

— Да, — с нажимом произнес он.

— Ни за что! — я не выдержала и из моих глаз снова брызнули слезы, — нет!

Я сама не поняла как, но оказалась в углу, сжавшись в комочек, я все шептала и шептала, что ни за что не убью его.

Зверь

Медек

Мое сердце сжималось при взгляде на Гейлу. Она не могла принять мой рассказ, не могла принять того, что ей надо убить меня. Но, я ничем не мог ей помочь, а также считал, что поступил верно. Пусть лучше знает, с чем ей придётся столкнуться и как действовать. Я очень надеялся, что у нее все получится и она выживет. Мои размышления прервали два мага, которые подошли к нашей камере. Да, я ждал их, но где-то в глубине души надеялся, что будет шанс выбраться отсюда не обращаясь к зверю.

— Выходим, — скомандовал один из них и открыл дверь камеры.

Я посмотрел на Гейлу. На приход магов она никак не отреагировала. Тогда я подошёл к ней, протянул руку:

— Идем.

— Я не хочу, — ответила она меланхолично.