Сладкое очарование - Аня Баст

В комнате наступило молчание. Она вдруг обнаружила, что думает об этом. В конце концов, она вспомнила опозоренную семью Мэган, которая была выслана из, Розовой Башни после того, как у их ребенка стал проявляться характер Ансилийца. Их семья происходила из богатого рода, и материально их поддержали лишь часть фей. Скорее всего, они бы сейчас бедствовали, если бы Темный Король не принял их. Они потеряли все. Ее семью постигла бы такая же участь, обнаружив, какая она была в детстве.

Она посмотрела на него прищуренными глазами. — Ты любил свое место в Суде Силии больше, чем меня?

— Нет! — клятвенно произнес он. — Мне нет дела до этого чертового Суда Силии. Я оставил бы его на следующий день, если бы не ты. Я заботился о твоем месте в суде, Белла. Это — то, что я защищал.

Она какое–то время пристально смотрела на него и в гробовой тишине прошептала — я никогда не любила его больше, чем любила тебя Ронан.

— Теперь я это знаю, хотя не понимал этого тогда. Я сделал ошибку, и я заплатил за это. Я не смог двигаться дальше после того, как позволил тебе уйти. Я нашел в тебе родственную душу, и разлука с тобой медленно уничтожала меня все эти годы. Однако, лучше я, чем ты, Белла. Много лет назад я думал, что изгнание из Розовой Башни, действительно может погубить тебя.

— Ты был неправ. Все, в чем я нуждалась это ты. Она хотела еще что–нибудь добавить… но в горле пересохло. Белла медленно выдохнула и встала с кровати. Ей нужно было какое–то время, чтобы переварить то, что он сказал ей. Все эти годы она думала, что он скажет что–нибудь… лучше уж, что угодно, чем это.

Встав с кровати, она повернулась к нему. Кажется, в конце концов, она нашла слова для него. — Почему ты не сказал мне этого тогда, почему ты отказался от меня? Почему позволил мне все эти годы жить с этим, считать, что я сделала что — то не так, или что ты использовал меня неким образом?

— Я думал, что было бы лучше, если б ты ненавидела меня. Я предполагал, что, если бы я сказал тебе, что знал о твоей Ансилийской крови, ты поссорилась со мной. Возможно, ты хотела покинуть Суд Силии, чтобы быть со мной, но я не мог позволить этого.

— Да, ты прав. Я бы так и поступила.

Он поднялся с кровати дошел до ванной и вернулся назад. — Ты вращаешься в высших кругах Силии, Белла. У тебя были деньги, ты вела нормальную жизнь. У тебя были роскошь и слуги. Если бы Летняя Королева выгнала тебя из Суда Силии, то ты потеряла бы все это. Ты жила бы в бедности. Ты не представляешь, как это было бы тяжело.

— Не обращайся со мной как ребенком, Ронан! Не думай, что я глупая томящаяся от любви девушка, которая наивно полагает, что жизнь была бы солнечной, пока мы были вместе.

— Я уже тогда знал, что уехать из Суда Силии было бы очень трудно. Разве ты не догадываешься, знай, я, что во мне течет хоть капля крови Ансилийца, я согласился бы на это?

Она сжала свои кулаки и издала недовольный возглас. — Все, чего я хотела — это быть с тобой Ронан.

Я бы — она издала еще один недовольный возглас — оставила всю эту роскошь и богатство, чтобы связать мою жизнь с второй половинкой. Она просверлила в нем дыру своим пристальным взглядом. — Я уже тогда знала, что ты был моей родственной душой, Ронан. Знала это.

Ронан просто молча стоял и смотрел на нее с непонятным выражением на его лице.

Белла втянула воздух, чтобы унять в себе дрожь, и махнула рукой. — Ты делал это сейчас, на всем протяжении с… Из любви и желания защитить меня, ты принял своевольное решение, которое разрушило мою жизнь. Теперь я это выяснила.

— Это разрушило мою жизнь также, Белла. Я могу только сказать, я думал, что поступал правильно.

Она скрестила руки на своей груди. — Ты был не прав — она тяжело выдохнула. — И почему ты рассказал мне все это теперь?

— Потому что сейчас я знаю, что ты всегда любила меня, как и я любил тебя. Потому что теперь мы можем быть вместе.

Она с каменным выражением уставилась на него. — Кто сказал, что мы можем быть вместе, и ты не опоздал?

— Я знаю, что еще не слишком поздно. Я знаю это, потому что ты приходила ко мне в тюрьму и доказала, что у тебя все еще есть чувства ко мне — он сделал паузу, и сжал челюсти. — Я знаю, что еще не слишком поздно, потому что ты — принадлежишь мне. Тогда. Сейчас. Навсегда.

Она повернулась и пошла к ванной, чтобы он не мог видеть выражение ее лица. Когда она дошла до двери, у нее едва ноги не подкосились, и чтобы не упасть оперлась рукой на дверной косяк. — Почему ты никогда не приезжал ко мне за последние тридцать лет? Почему ты не рассказал мне всего этого раньше?

— Я думал, что ты ненавидишь меня — его голос раздался, прям за ее спиной и его близость заставила ее плечи напрячься. — До того как ты приехала ко мне в тюрьму, я мог предполагать что угодно, кроме одного, что ты все еще любишь меня.

Белла закрыла свои глаза и сжала свои зубы, поскольку ее мир переходил немного налево.

— Я не знаю, что сказать.

— Фандир приходил ко мне. Этот объект, который я для них украл, я, никогда не планировал позволить им заполучить это. Я никогда не планировал позволить Летней Королеве заполучить это, но сейчас, когда я знаю, что мы сходимся во взглядах, это дает нам шанс. Летняя Королева будет торговаться за то, что я должен дать ей; возможно, она даже согласится защитить наш союз, независимо от того, сколько Ансилийской крови будет в наших детях.

Боги, он хотел, чтобы они были вместе.

Он делал все это для нее.

Его руки легли ей на плечи, тепло от его тела проникло через ткань ее свитера в ее кожу. Он повернул ее к себе лицом, чтобы она могла заглянуть в его глаза. — Только дайте мне шанс, Белла, это все, о чем я прошу. Я знаю, что свалял дурака в первый раз. Дайте мне шанс доказать тебе, я говорю правду — он слегка поднял ее подбородок, вынуждая ее заглянуть в его лицо.

— Я никогда не прекращал любить тебя. Это никогда не прекратится.

Она моргнула, ее огромные карие глаза смотрели в одну точку. — Я не могу сделать этого. — Я..

Он опустил свою голову и прервал ее слова поцелуем. Белла напряглась и почти отпрянула, но чувственность его губ, после стольких лет была подобно питательному лечебному бальзаму на старые раны. Его губы слегка коснулись ее, как будто у него было все время мира, он смаковал ее. А потом нежно прикусил ее нижнюю губу, и она растаяла.

Ронан издал низкий, голодный горловой звук, и прижал ее к своей обнаженной груди, его губы скользили по ее. Он легко разомкнул ее губы и его язык сплелся с нее.

Его вкус заполнил ее рот, его аромат дразнил ее нос, прижатая к его крепкому, теплому телу, она с трудом могла вспомнить, когда с ней происходило нечто подобное. После очень многих лет искра страсти все еще была между ними.