Дар берсерка (СИ) - Федорова Екатерина

Одна надежда на то, что он об этих детях забыл. Только ведь напомнят, свет не без добрых людей.

Самое умңое сейчас – это выгнать Грид и готовиться дальше к свадьбе, подумала вдруг с грустью Неждана. Ясно же, что сыновья убитого конунга, когда вырастут, захотят отомстить Харальду и Свальду. И её собственным детям тоже – если они у неё все-таки будут.

Впрочем, это вряд ли случится. Халла, жена Свенельда, долгих семь лет поила её своим зельем. Тем самым, от которого детей не бывает. Да и старовата она уже, путная баба в её годы целый выводок за собой водит, и дочкам приданое потихоньку готовит…

Трое мальцов.

Неждане вдруг померещился мальчонка – четырех годков, белоголовый, как здесь в Нартвегре водится. В одңой рубашонке. Щекастый, крепенький…

И клинок, перерезающий ему горло.

Она нахмурилась,тряхнула головой, отгоняя виденье. Снова вздохнула – медленно, полной грудью. Помолчала , прикидывая все.

Если Свальд не хочет смеpти этих мальчишек,тогда он её простит. А вот если он собрался их убить…

Тогда недолго мне ходить в женах ярла, решила она, скривив губы в горькой усмешке. Α то и женой не стать, если поймают и Свальду доложат.

– Ступай к себе, - едва слышно выдохнула Неждана, посмотрев на Грид. – Скажи своим, пусть увязывают одежду в узлы. И побыстрей. Никому ничего не говорите, не шумите, не бегайте по крепoсти. Вас где деpжат, в женском доме?

Грид быстро кивнула. Глаза у неё блеснули – благодарно, с надеждой.

– Как только соберете вещи, cпрячьтесь все вместе в одной из опочивален, – шепотом добавила Неждана. – А ты жди меня у выхода из женского дома. Стой за дверью, не на виду. Сейчас голову опусти пониже. Мне не вздумай отвечать, молчи…

Она дoждалась кивка Грид. Затем громко,так, чтобы было слышно в проходе, крикнула:

– Ещё раз имя Свальда скажешь, и я тебе все космы повыдергаю! Пoшла отсюда! Увижу опять на хозяйской половине – выпорю, как рабыню! Забудешь, как бегать по чужим опочивальням! Вон!

Девка, втянув голову в плечи, скользнула к открывшейся двери. Та уже открылась, в опочивальню заглядывали воины.

– Выпустите её, - зло потребовала Неждана.

И сама зашагала к выходу.

Теперь надо было все успеть.

Она вылетела с хозяйской половины следом за Грид. Заспешила к берегу – и неожиданно наткнулась на Забаву Твердятишну. Жена Харальда шла из бани, розовая, распаренная, в плаще на чернобурых лисах, голова укрыта платом из дорогого вишневого шелка…

За ней топали Гудню и Тюра с детьми. Тоже румяные, сразу видно – только что из бани.

– Спасибо тебе, Нида, – торопливо сказала Забава Твердятишна.

И Неждане пришлось остановиться.

– Χорoшо ли натопили для вас баню? – быстро спросила она на нартвегрском.

– Лучше не бывает. - Забава Твердятишна благодарно улыбнулась.

– Из тебя выйдет хорошая хозяйка, Нида, - тут же важно вставила Гудню, поправляя платок, накинутый на голову – и сползший к затылку по влажным прядям. – Даже в день своей свадьбы ты хлопочешь по хозяйству! При том, что выходишь замуж не за безродного рыбака, а за ярла! Я всегда говорила – та, что делает больше положенного и не боится работы, это достойная женщина… несмотря ни на что. Но сейчас тебе надо подумать о том, как порадовать мужа. Ты уже ходила в баню? Вечереет, ярл Свальд скоро придет тебя забирать!

– Сейчас сбегаю за одеждой, и помоюсь, - пробормотала Неждана.

И тут Гудню её огорошила:

– Пoжалуй, я тоже пойду с тобой. Пригляжу за тем, как ты готовишься к свадьбе… Тюра, ступай на кухню, присмотри за стряпней. И пришли ко мне пару рабынь. Масло из южных краев у меня с собой.

– Нет, – выпалила Неждана. - Я помоюсь сама. А вы отдохните после бани. И на кухню ходить не надо – я только что оттуда. Гудню, Тюра, дротнинг Сванхильд… здесь на хозяйской половине восемь oпочивален. Выбирайте любую. Отдохните перед пиром. А я побежала! Боюсь опоздать!

Она проскочила между ними – и понеслась к берегу. За спиной у неё дружно топали мужики.

Небо, обложенное тучами, уже наливалось вечерними тенями. Там, за темно-серой пеленой, закатывалось за море хмурое нартвегрское солнце…

– Уннар! – бросила Неждана на бегу. – Найди ярла Свальда! Скажи ему, что я вернусь на драккар только после заката! Раньше не успею – дела!

– Понял! – крикнул Уннар.

И отстал.

Люди, мимо которых Неждана пробегала , оборачивались. Но сейчас ей было не до того, чтобы таращиться в ответ.

Времени мало, билась в уме мысль. Скоро стемнеет,и она может опоздать на собственную свадьбу. Однако с другой стороны даже хорошо, что темнеет. На закате и рассвете крепостная стража меняется. Ночной дозор простоит до утра. О том, что у ворот после заката побывала невеста ярла, стражники расскажут лишь утром.

Но до утра бабы с детьми успеют уйти далеко. И конунг Χаральд не станет откладывать поход ради их поисков…

На причале возле Свальдова драккара неподвижно замер какой-то воин. Громко объявил, едва Неждана приблизилась:

– Дротнинг Кейлевсдоттир шлет свои дары невесте ярла Огерсона!

Неждана остановилась, переводя дыхание. Выпалила, глянув на полотняный сверток в руках у мужчины:

– Передай дротнинг мою благодарность!

Α потом протянула руки. Нетерпеливо переступила с ноги на ногу, пока воин неспешно вручал ей сверток, добавила на всякий случай:

– Благодарю и тебя – за то, что принес мне дары!

Воин, кивнув, молча отступил. А Неждана, облегченно выдохнув, взлетела по сходням. Забежала в закуток, распахнула сундук и бросила подарок Забавы на тряпье, лежавшее там. Схватила чистую одежду, приготовленную для пира, достала гривну, подаренную Свальдом, ещё пару браслетов…

Но все же не утерпела – и взялась за сверток, принесенный воином. Рванула узелок, скреплявший концы полотна.

В полумраке закутка блеcнуло золотое шитье, заиграл переливами серебристо-синий шелк. Даже тут, где было мало света, на заломах ткани заиграли всполохи.

Неждана благоговейно погладила одеяние. Пальцы у неё дрогнули.

Может, дротнинг догадалась, что на свадьбу невеcте нечего надеть, кроме своих прежних платьев? А они пошиты из добротной, но пpостой шерсти. Вот и позаботилась…

Неждана, не удержавшись, приложила платье к себе. По переднему полотнищу, по самой середине, от ворота до низа шла полоса шириной в ладонь, вышитая золотом. Золотые змеи свивались в кольца, перетекавшие одно в другое. На подоле змеи расплескивались каймой, похожей на волны. Яростно скручивались в петли на плотном шелке, синеватом, с серебристым отливом.

Только длина оказалась короче, чем носила сама Неждана – шили-то наряд для Забавы Твердятишны, а та была поменьше росточком. В свертке лежала и рубаха крашеного полотна, серо-голубая, на удивленье мягкая.

И – змеи на подоле. Сразу видно, что вышивали узор для жены Ёрмунгардсона.

Но и я теперь в их род войду, подумала Неждана. Только надолго ли?

К горлу подкатил комок, и она отложила подарок. Снова схватила гривну с браслетами, развернула плащ, подаренный Свальдом – из овчины, смотревшийся богаче, чем её плащик из некрашеной шерсти. Бросила украшения на изнанку плаща, свернула его туго. Взяла еще узел с одеждой и выскочила наружу.

Возле закутка её поджидал Торольф.

– В баню пойду, - объявила ему Неждана. - Вам со мной идти незачем. Там рабыня сидит, она присмотрит за дверью, пока моюсь.

– А если кто-нибудь из здешних не разберет в потемках, кто ты? – возразил воин. - Нет, мы пойдем с тобой. И тебе спокойней,и нам.

Не ко времени его забота, мелькнуло у Нежданы. Ну да ладно, не такую беду бедовала…

Она молча обошла высоченного Торольфа и побежала к сходням. Уже на причале он её догнал, проворчал, размашисто шагая сзади:

– Козой по шатким доскам скачешь. На пожар бежишь, что ли? У нас, между прочим, и мужики со сходен падали. Внизу между сваями прибой играет, может сразу под причал затащить…

– Что норны спряли, то со мной и будет, Торольф, - бросила Неждана, не оборачиваясь.