Хвост Греры 2 - Вероника Мелан

Новая тренировка, однако одна только мысль о ней погружала меня в жесточайшую депрессию, в истерическое отвращение.

Грера молчала долго. Наверное, она как-то по-своему понимала меня, мои сомнения, мои слабости. Она не укоряла, а после и вовсе выдала фразу: «Я могу уйти».

И долго молчала я.

«Насовсем?»

«Насовсем. Бесследно. Не вмешиваться. Твои клетки вернутся к человеческим, от изменений не останется следа».

Мне нужно было дать свое согласие. На её уход. Просто кивнуть, отвернуться, скрыть стыд. И разбираться со своим стыдом уже позже, сидя в бункере, находясь подальше от химического соединения, названия которому в моей голове не было.

«Найди карандаш», – раздался приказ. Чувствуя слабость в ногах, я поднялась; саднило ударенный лоб. Карандаш нашелся в ящике стола – огрызок, а не карандаш, – но его хватило. Старая истлевшая бумага отыскалась тоже.

«Рисуй».

Грера выдала мне сложное соединение из некой новой формулы.

«Что это?»

«Передашь Лиаму. Он разберется».

Я не стала спорить. Пока схема горела в моем мозгу, как неоновая, я кропотливо переносила ее на бумагу. Каждый значок, каждую букву, каждый штрих. Когда дорисовала, свернула лист, сунула его в карман. Настал час икс – час принятия решений.

Я вернулась к стулу.

Сидела, удивляясь тому, что больше не мерзну. Мерно завывал ветер, и рябила поверхность ледяного озера.

«Решай». Все-таки Грера не испытывала эмоций.

Я думала.

«Ты знала? – спросила ее после паузы. – О том, что все это случится?»

«Предполагала негативное развитие событий».

«Поэтому оставила во мне часть себя?»

«Да. Наблюдателя. Если бы не ускоренный ход событий…»

Он не разбудил бы основную часть так скоро, я понимала.

Вилка. Налево пойдешь – в бункер на СЕ попадешь. Направо пойдешь – трансформацию пройдешь.

Тот тлен разъел половину лица незнакомого мужчины, он как будто им питался.

«Он его ел, правда?»

«Да. Это паразит. Мирового масштаба».

Вот же сука.

Я должна была сказать: «Уходи. Я слаба. Пусть разбираются сами».

Но почти с ненавистью к себе выдала вердикт: «Продолжаем. Тренировки».

Грера не умела улыбаться, но блик ее одобрения я почувствовала.

«Ты умеешь двигаться. Внутри».

Да, отодвигаться. Я знала. Эта особенность однажды позволила мне принять Лиама, дать ему наполнить меня собой. Спасла по большому счету. Вот только Карру было принимать приятнее, чем «это».

«Сделай то же самое. Не вовлекайся».

Легко сказать. Во мне царило ощущение, что сейчас я опять уйду под воду.

«Позволяй всему быть».

Я выдохнула, как перед боем. Кивнула. И закрыла глаза.

«Поехали», – дала отмашку красным флажком, зная, что снова обрекаю себя на ужас.

Теперь я наблюдала за всем как бездушный хирург. За тем, как втягиваются сами в себя мои пальцы, как «впукают» фаланга за фалангой, как от ладоней остаются культи. Как культи уходят в запястья, как запястья укорачиваются до локтей. Я почему-то думала о том, что финальная точка трансформации совпадет с моей стопроцентной сединой. Ног не было уже до колен, ботинки упали опять, болтались пустые штанины.

Мне до боли в челюстях хотелось процедить «ненавижу». Всю эту ситуацию, процесс, поганые ощущения.

Прилипли к телу руки, вросли в бока, уже не отодрать. Я старалась не вмешиваться, не вовлекаться, хотя дышала уже с трудом. Соединились между собой кости ног, сделались гибче, подвижнее – у меня появлялся хвост? Весь мой остов, мой каркас размягчался, преобразовывался в тело мутанта, в тело огромной змеи. Когда начала выпирать вперед челюсть, резко подался вперед, как выдвижной мост, нос, я не выдержала, начала выбиваться из кокона иллюзии, заорала вновь. Уже привычно рухнула на пол, выругалась, как оскорбленная путана, отсосавшая последнему клиенту задарма. Ударила кулаками об пол.

«Прости… Я опять все… испортила…»

«Мы продвинулись дальше, – констатировала Грера. – Хорошо».

У нас всего двое суток, а мы едем медленно, как на телеге. Мы постоянно опаздываем.

Вот только не хватало сил даже подняться с пола, меня трясло, меня разбивало слабостью, жаром и холодом одновременно. С меня тек пот.

«Обезвоживание, – мигал посланный симбионтом сигнал в голове. – Обессиливание. Нужна пища. Еда».

Я все никак не могла выровнять дыхание, неровно трепыхалось внутри сердце.

Не буду искать моллюсков на дне стылого озера голыми руками, не буду лакать ледяную воду.

Грера верно распознала мои посылы и явила в воображении наш с Лиамом холодильник с кухни.

«Здесь есть еда?»

«Да».

Она даже не стала поднимать меня с пола, она опять ударила хвостом.

* * *

Уровень СЕ

Лиам

(Seven Dead Stars, UNSECRET, DJ Form – Let's Get Wild)

Хорошо, что ткани Комиссионеров регенерируют быстро – из санитарного блока Карра выходил, испытывая удовлетворение. И хорошо, что к процессу восстановления скафандров подключили наноматериалы. Микробиороботы – то, что нужно для скорости. Сейчас каждый рабочий ум на счету и каждый «выходной» комбинезон. Теперь они портились слишком быстро, а дозаказ новых (помимо отчетной волокиты) занимал часы. Часы в нынешних сутках казались Лиаму то минутами, то неделями. Странный день, перенапряженный.

Он как раз поднялся в кабинет, когда новые данные о местоположении Кейны выдала система.

«Объект вновь зафиксирован на Уровне 14. Лердейл-драйв, восемнадцать…»

«Она дома».

Кейна вернулась домой – сработал передатчик сигнала на ее кольце; Карра приклеился взглядом к экрану.

Походка слабая, неуверенная, движения выдают большую энергопотерю. Под глазами тени… Он не стал наблюдать издалека дальше, он активировал портал.

Уровень 14. Нордейл

Она ела. Ела, хотя не хотела этого, просто запихивала в рот куски сыра, ветчины, салата. И жевала.

Он сел напротив буднично, поставил перед собой тарелку, положил на нее пару кусков хлеба. Притворился, что собирается составить Кейне молчаливую компанию за обедом. На деле собирался провести дистанционный анализ. И ему совершенно не нравилось то, что он видел.

Кейна истощена.

«Это случилось за сто двадцать минут, прошедших с момента их расставания?»

На Лиама она не смотрит, понимает, что любой взгляд сейчас способен спровоцировать его агрессивное состояние – он не обижался. Сидел за столом, сложив локти на скатерть, сидел перед тарелкой с хлебом, который собирался намазать маслом, но к ножу так и не притронулся.

И волоски на его загривке стояли дыбом – клетки Кейны претерпели изменения в структуре, в ДНК. Грера, на куски ее порвать мало. Модификации мягких тканей, хрящевых основ и нервной системы – по позвоночнику Карры стек ледяной поток, дернулись его пальцы. Пальцы, которые желали сложиться в кулаки. А кулаки отразили взрыв ярости такой внутренней силы, что в комнате едва не начали пузыриться от невидимой кислоты обои.

«Она не теряла времени… Эта черная тварь…»

Возможен ли еще «сплит»?

Карра всерьез опасался того, что входит из-за эмоций в слепую зону. Сейчас он хотел одного – избавить свою женщину от захватчика, от мутанта, пустившего в нее свои ветвистые корни. Вычистить тело Кейны до стерильного блеска, а Хвост задушить собственными пальцами, переломать ему все хрящи, стереть в пыль хитин, выдернуть когти. Лиам чувствовал, что слепнет, что раздваивается. Что эмоциональная его часть держит на месте ту, которая мысленно уже тащит Кейну в «операционную». Если он сейчас упустит контроль, то очнется уже там, за процессом «сплита». Если он еще возможен– от этой мысли внутри Карры шатался фундамент.

Он вдруг понял, почему люди совершают ошибки. И почему с грузом этих ошибок не могут жить.

Интересно, думал он отстраненно, как патологоанатом, существовал ли в истории хоть один Комиссионер, закончивший суицидом? Его не понял бы никто из коллег, но, вероятно, понял бы Дрейк. Если бы Лиам запросил собственную деактивацию. Он просто не захочет дальше без нее.

Нависло ощущение беды, критической отметки финальной черты. Он должен был настоять раньше, просто взять ее за шкирку. И будь проклято его же обещание, Карра не видел в нем смысла теперь, когда смотрел