Огненные оковы дракона - Анна Безбрежная

Поднимаясь к себе в покои, увидела, как Грэг завернул за угол того коридора, где был тупик. Я сбавила шаг и тихо направилась за ним. Конечно же, там было пусто. «Хм, там явно не любовница обитает», — подумала я. Если только он не держит девушку на цепи в тайной комнате. Недолго думая, я зажгла магический светильник, что разогнал тьму в мрачном закоулке, и прошлась вдоль стен. Ничего такого я не увидела. Заглянула за гобелены, ожидая там увидеть дверь, но совершенно пусто. Постояла посередине, в задумчивости покусывая губы, и решила ретироваться, пока меня здесь не застукали.

***

Роскошный зимний сад утопал в зелени. Плющ увивал стены, добираясь до сводчатого стеклянного потолка. Экзотические деревья, кусты и цветы поражали воображение. Все дышало яркостью и жизнью. Сладкие ароматы кружили голову, листья деревьев имели непривычный окрас: красноватые, сиреневые и цвета корицы. Под прозрачным потолком висели огромные шары из цветов: сиреневые и белые. А в отдельно стоящем стеленном кубе летали сотни бабочек.

— Это коллекция редких бабочек, — произнес Грэг.

Я почти носом уткнулась в стекло, рассматривая кружащих в воздухе красавиц. Сколько их тут было! Бархатные крылышки украшены яркими экзотическими красками и рисунками заставляли пытаться рассмотреть каждую из них. Фейерверк и буйство цветов: малиновый на синем, все оттенки голубого, солнечные и изумрудные. Невесомые, прозрачные создания с белыми вкраплениями, и размытой радугой на боках.

— Их коллекционирует мой брат, — пояснил Грэг. «Вот ничего себе! Никогда бы не сказала, что Арчибальд любитель романтики». — У него большая энтомологическая коллекция. Они в рамках под стеклом висят в его кабинете. Он мне даже пару презентовал, хотел, чтобы я повесил в своем. Но нет, я предпочитаю живую природу, — хмыкнул Грэг

Так он не романтик, а просто коллекционер мертвой красоты. И тут я с Грэгом согласна, что такими прекрасными созданиями нужно наслаждаться в естественной среде, а не смотреть на их трупы. Неживое не может быть прекрасным, ведь только природа создает самое лучшее.

Отпрянула от стекла. Не захотела больше смотреть на тех, кто вскоре пополнит коллекцию мумий, приколотых на иглу.

— Пройдем за стол, Иви, — Грэг галантно поставил мне локоть, и я воспользовалась предложением. Оказавшись ближе, почувствовала жар тела мужа, и литые мускулы под сюртуком. Затрепетала, вспомнив, как он прикасался ко мне, приятную тяжесть его тела на мне, и сладкие тягучие поцелуи. Меня бросило в жар, и я пожалела, что не взяла с собой веер.

Грэг любезно отодвинул для меня стул с мягкой обивкой, и мы сели и за круглый стол с резными ножками. Место отдыха находилось в центре зимнего сада. Весело щебетали птицы, и успокаивающе журчал фонтан.

— Вина? — предложил Грэг.

— Нет, спасибо, я предпочту чай.

Он в замке был чудесный — сладкий, с разными добавками: земляникой, дыней, манго и малиной. Откусила кусочек черничного пирожного — оно мигом растаяло во рту, разливаясь сладостью. Нежнейший творог и воздушный бисквит изумительно сочетался с сочными ягодами. Грэг ел круассаны с банановой и шоколадной начинкой.

— Грэг, а ты случайно не знаешь девочку по имени Хлоя? Она дочь экономки Элизабет Триор.

Он наморщил лоб, а потом ответил:

— Да, знаю, — и долил себе кофе в чашку.

— Ты знаешь, мне очень жаль бедную девочку. Из-за внешности ее задирают, а она так переживает. Недавно я застала ее в саду, мальчишки испортили ее куклу. Она плакала.

— Ну что поделаешь, такая уродилась. Не всем быть красавицами, — ровным голосом ответил муж.

— Но у нее-то скоро все будет хорошо. Она обернется в дракона, а ожоги и хромота пройдут.

— Не пройдут, — сказал Грэг.

— Почему? — удивилась такому ответу.

— Хлоя полукровка, и в дракона не обернется. Ее отец человеческого рода и не маг. Элизабет где-то с ним спуталась, родила, но потом опомнилась и вышла замуж во второй раз уже за своего соплеменника.

— Так… — я была ошарашена и голос сел. Чуть прокашлялась. — Она навсегда такой останется?

— Это жизнь, Иви, — чуть запрокинул голову назад Грэг и цокнул языком.

— Но, подожди, разве полукровки не могут быть драконами?

— Не все. Большинство превращаются, — пояснил муж. — Хлою проверял маг. В ней слаба кровь дракона, так что именно она не примет изначальную форму. Ей не говорят об этом, и так бедная мать расстраивается. Хлоя родилась с поврежденной ногой, а потом еще получила ожог, когда играла на кухне, где за ней не доглядели. Варили мыло, и она опрокинула чан на себя.

— О, Всевышний! Это ужасно, — расстроилась я, сминая салфетку в руках. Мне так стало жаль девочку, до слез. Но тут кольнула одна мысль, словно молнией пронзило: «Полукровки? И дети могут не превратиться в дракона?» Так я же рожу ему детей-полукровок. А он аристократ, богач и знатного рода.

— Грэг… — начала я такой скользкий разговор.

— Иви, пойдем прогуляемся? — И муж встал, подавая мне руку.

Здесь что-то не так…

Глава 7

Яркое солнце играло на позолоченной поверхности часов, что стояли на столике. Стрелки показывали девять утра. Потянулась и перевернулась на спину. «Интересно, а какого это быть королем неба? Сильным и независимым? Парить над облаками и обладать сильной магией?» — озадачилась я с утра. Драконы поэтому, наверное, и считаются высшей расой, потому что магия у них природная, и течет изначально в их крови. Я бы хотела иметь крылья — это свобода и сила. Как мне их не хватало! Ведь теперь, когда живу среди драконов, не буду ли со временем считать себя ущербной? Хотя, о чем это я? У нас с Грэгом мезальянс. Жена из бедной семьи, очень молодая, еще только начал учиться на первом курсе и уже вышла замуж. И тут тоска кольнула сердце. Я не хочу остаться без образования! Но разрешит ли мне Грэг продолжить обучение? И примут ли меня в стране драконов хоть в какое-то магическое учреждение? Я бы хотела и дальше учиться на зельевара. Моя мать и бабка, и даже прабабушка потомственные знахарки. Они высшее образование не имели, но знали такие рецепты зелий, что многие знаменитые знахари ими не владели. А тайны мы хранили, передавали из поколения в поколение.

Ноги коснулись мягкого ворса ковра, и я босиком, не надевая тапки проследовала в ванную. Клары пока не было, и мне даже от этого стало лучше — не могу никак привыкнуть, что кто-то пытается мне помогать в сборах и