Мир клятв и королей - Хост Микки

– И у тебя никогда не появлялось желания послать все к чертям? Забыть о проблемах, магии и демонах и жить, как простой человек?

– Конечно, такое было. – Джонатан качнул головой, словно ее слова пробудили в нем воспоминания, которые вызывали это желание. Словно ему они были противны. – Я люблю своего брата, люблю вашу маму и люблю вас, своих племянников. Ради вас я мог оставить этот мир и предать себя Забвению. Не могу сказать, насколько часто я об этом задумывался, но… Возможно, если бы я нашел себе подходящую замену, я бы так и сделал. Но теперь, когда ты тоже втянута в сигридский мир, я не могу думать о том, чтобы все забыть. У меня появилась еще одна, самая главная причина, чтобы не обращаться к Забвению.

Пайпер показалось, что движения дяди Джона немного замедлились. Она не была в этом уверена и была готова списать это на галлюцинации (что удивило бы ее меньше, чем какая-нибудь магия), если бы изображение на картине, попавшей в поле ее зрения, вдруг не начало двигаться. Какой-то темный предмет в самом центре картины стал стремительно приближаться.

Вспышка белого света заставила Пайпер закрыть лицо руками. Сильный поток воздуха отбросил ее назад. Вместо стены, в которую она должна была врезаться, Пайпер упала на что-то мягкое и очень холодное. За шумевшим в ушах ветром она слышала какой-то шепот, но не могла разобрать его. Пайпер скорее ощущала, чем слышала чье-то тяжелое дыхание и отчаянные крики, которые до нее доносил ветер.

Она с трудом поднялась и огляделась. Девушка по пояс утопала в обжигающе холодном рыхлом снегу. Спина ныла, как и затылок. Позади все еще слышались крики, но Пайпер не удавалось различить слов. Она смотрела перед собой, всеми силами пытаясь побороть головокружение, и следила за несущимся на нее темным пятном, с каждым мгновением приобретавшим более отчетливые очертания.

Сначала Пайпер смогла различить цвет – бело-серый. Где-то на теле существа проглядывали алые, синие и черные пятна. Наконец, оно выскочило из тени деревьев и, рыча, устремилось прямо на нее. Пайпер разглядела большую голову с острыми ушами, одно из которых было порванным, глубокие царапины на носу и острые клыки, на которых оставались еще следы крови. Тело существа напоминало волчье, но было больше. Оно было очень худым и длинноногим. Мелькавший хвост, кажется, был сломан.

Пайпер охватил страх. Инстинкты кричали, чтобы она, подскочив на ноги, бросилась бежать, но снег будто сковывал ее движения. Крики за спиной были похожи на вой и утробное рычание. Стремительно приближающийся волк скалил пасть и рычал, но, что казалось Пайпер наиболее странным, не на нее. Взгляд его обезумевших желтых глаз был направлен ей за спину.

Пайпер вся сжалась, когда волк, остановившись в метре от нее, прыгнул. Он перемахнул через нее, дрожащую и едва сдерживающую вопль, с оглушительным рыком приземлился за ее спиной и принялся рвать врагов на части. Пайпер удивилась тому, как быстро поняла это. Практически сразу страх отступил, и она овладела своим телом. Волк сражался еще несколько мучительно долгих мгновений, пока, наконец, не успокоился. Пайпер, все еще сидевшая спиной к нему и прислушивавшаяся, вдруг почувствовала на себе его горячее дыхание и, даже не пытаясь остановить собственное тело, повернулась. Волк смотрел прямо на нее.

В его желтых глазах уже не было и капли того безумия, что Пайпер видела до этого. Вся шерсть волка была перепачкана чужой кровью, вдоль правого бока тянулись две рваные раны, а на носу остались следы чьих-то когтей. Волк вытянул шею и шумно втянул воздух. Пайпер посмотрела в его большие глаза и замерла.

В чрезвычайно умных глазах волка она видела не себя, а юношу с черными волосами и голубыми глазами в порванной одежде. Пайпер слегка наклонила голову, и юноша, отражающийся в глазах волка, повторил движение. Волк громко фыркнул, вой со стороны стих, и тогда же до нее донесся крик, заставивший содрогнуться:

– Приди в себя!

Дядя Джон обнадеживающе улыбался, смотря на нее так, будто ничего не произошло. Пайпер тяжело дышала, бешеным взглядом ища нужную ей картину, но той нигде не было. На ее месте оказался небольшой пейзаж, изображавший горные вершины. Никакого леса, поваленных деревьев и темного пятна, несущегося на нее. Никакого воя, крика неизвестного и отражения юноши в желтых глазах волка.

– Пайпер?

Должно быть, все это продлилось меньше мгновения, и дядя Джон ничего не заметил. Может, он и не должен был ничего заметить. Пайпер постаралась успокоить дыхание, пока не начались расспросы, но ей никак не удавалось отдышаться и унять дрожь в коленках.

Дядя Джон оказался рядом даже быстрее, чем она ожидала. Он хотел взять ее руки в свои, но, едва дотронувшись до нее, вздрогнул от неожиданности.

– Холодные, – констатировал он, вновь беря ее руки в свои ладони – на этот раз бережно и аккуратно. – Пайпер, что с тобой?

– Ты ничего не видел? – хриплым голосом спросила она, посмотрев на него.

– Нет, – Джонатан покачал головой. – Что произошло?

– Видение, кажется, – ответила Пайпер, продолжая смотреть на картину, еще недавно бывшую совершенно другой. – По крайней мере, я так думаю.

– И что ты видела?

– Лес с поваленными деревьями и волка, бегущего мне навстречу.

Об остальном Пайпер решила умолчать. Она не понимала, в чем причина, но когда волк расправлялся с врагами за ее спиной, ее тело наполнялось теплом. Желтые глаза волка были умными, а отражение в них, казалось, требовало к себе внимания. Голос, раздавшийся со стороны, помог ей вернуться сюда, в галерею, в свое тело, и вновь почувствовать себя в безопасности, пусть и относительной.

– Еще что-то? – начал допытываться Джонатан. – Слова, действия, заклинания? В твоем видении был кто-то еще?

– Я слышала какой-то крик, – с запозданием уточнила Пайпер. – Больше ничего.

– Думаю, это может быть воспоминанием Лерайе. – Джонатан прекратил растирать ее ладони и, спрятав их в своих, посмотрел Пайпер в глаза. – Но я не уверен. Следует рассказать об этом видении магам и прорицателям.

– Надеюсь, это не значит, что я сошла с ума, – пробормотала Пайпер.

Глава 5. Пусть сердце станет глазом

Дядя Джон под локоть провел Пайпер вперед и указал на свободное место рядом с девушкой с длинными темными волосами. Быстро посмотрев на Пайпер, девушка лучезарно улыбнулась ей и продолжила перекатывать с одной ладони на другую крохотный изумрудный шарик с клубами дыма внутри. Джонатан сел по правую руку от Пайпер, Кит остался стоять за его спиной. Напротив Пайпер, со всей грациозностью и невозмутимостью, расположился Гилберт. Шерая встала за его спиной.

Медленно обведя взглядом зал, в котором вот-вот должно было начаться собрание, о котором говорил дядя Джон, Пайпер заметила еще нескольких людей, не занявших свободные места. Например, молодая пара, они были похожи друг на друга: волосы пшеничного цвета, темно-серые, как грозовые тучи, глаза и родинка под левым уголком губ у каждого. Различались они лишь прическами: у парня волосы были неаккуратно уложены назад, а у девушки собраны в хвост, кончик которого достигал лопаток; даже острые черты лица казались одинаковыми. Сдержанно переглянувшись, они направились к Шерае. Она что-то тихо сказала им, и они подобно безмолвным солдатикам замерли у стены за спиной Гилберта.

По правую от него руку бесцеремонно развалился Данталион. Пайпер была готова поклясться, что еще чуть-чуть, и он закинет ноги прямо на стол, продемонстрировав всем свою шикарную обувь. Данталион вел непринужденный разговор с темнокожим коренастым лысым мужчиной, сидящим рядом. Мужчина отвечал ему сдержанно, но все же с улыбкой, показавшейся Пайпер неуместной.

Во главе стола сидел сухонький лысый старичок в костюме, висевшем на нем, как на вешалке. Напротив него, совсем близко к Джонатану – еще один, у него оставались редкие торчавшие седые волосы. Казалось, их совершенно не волнует царившее в зале оживление, словно и нет никакого собрания. По правую руку от лысого старичка, напротив темнокожего мужчины, с которым говорил Данталион, расположился менее внушительный и мускулистый, чем вампир, мужчина. Каштановые волосы были украшены венком из переплетенных серебряных веточек и листьев, светло-зеленые глаза непроницаемо смотрели перед собой, а острые уши смешно дергались, стоило кому-то из присутствующих немного повысить голос. В простом сером костюме мужчина был больше похож на обычного офисного работника, чем на какую-то важную шишку среди эльфов. За его спиной стояла молодая невысокая девушка со светлыми волосами.