Универсальные истины (ЛП) - Головачёв

Все послушно кивнули. Чарли потер рукой лоб и вздохнул. Он действительно выглядел совершенно измотанным.

— Итак, — начал он, — с тех пор, как я послал вам сову, произошло некоторое…. развитие событий.

— Что… — начал было вмешиваться Фред, но взгляд Хэмиша заставил его замолчать.

Чарли медленно моргнул.

— Новости хорошие. Короче говоря, деньги вернули.

Все в комнате разом ахнули, и Гермиона зажала рот руками.

— Всю сумму? — спросил Билл.

Чарли коротко кивнул, и Джинни взяла Гарри за руку.

— Что? Как? — не могла поверить она.

— Я не знаю всех подробностей, — Чарли посмотрел на Гермиону. Та слабо улыбнулась ему, и он продолжил: — Но папа работал над этим с… — он сделал паузу и слегка покачал головой, — с властями, и к следующей неделе средства должны вернуться к инвесторам. Уикхэм будет отбывать тюремный срок в Испании. Большой срок. Но с Рона снимают обвинения, и он возвращается домой. Вероятно, в ближайшие дни.

Молли разразилась рыданиями, и Джинни подошла к ней. Фред и Джордж снова начали ликовать, и один из них возобновил призыв выпить, затащив Билла и Флер на кухню. Гарри просто посмотрел на Гермиону и тяжело вздохнул. Она покачала головой и подошла к дивану, протянув руки Хэмишу, который крепко ее обнял.

— Вы оба, должно быть, совершенно замучены, — пробормотала она, глядя на Чарли сверху вниз и кладя руку ему на плечо.

— Да уж, — вздохнул Хэмиш. — И я не думаю, что сейчас выдержу празднование.

— Я тоже. Не после такой недельки, — сказал Чарли, вставая с дивана. Он сжал руку Гермионы и еще раз взглянул на нее, подходя к Молли и Джинни.

— Мам, Джинни, я еле стою на ногах. Мне нужно поспать. Поговорим утром.

— О, но хотя бы выпьем по стаканчику! — начала Молли.

— Завтра, — твердо ответил он. Хэмиш подошел к нему сзади и повел его к лестнице.

Гермиона смотрела им вслед, пока они поднимались, и задумалась… Как вообще получилось найти и восстановить деньги? Быть не может, чтобы они все это время оставались при Джеке Уикхэме… особенно если они с Роном в течение нескольких недель были в Монако с его заманчивыми казино. Она нахмурилась, подняла глаза и увидела такое же выражение лица у Джинни.

В этот момент вернулись Фред и Джордж, громко сетуя на отсутствие Чарли. Вслед за ними пришли Билл и Флер и начали раздавать бокалы. Гермиона приняла свою порцию, улыбнулась и выпила, но продолжала прокручивать новую информацию в уме, гадая, обретет ли та когда-нибудь смысл.

oOo

Драко повернулся спиной к сиянию казино и оперся о перила террасы. Боже, как же он ненавидел Монако. И он так чертовски устал. Малфой закрыл глаза и глубоко вздохнул.

— Драко, возвращайся внутрь. Уже холодает! — окликнула его тетя из номера отеля.

Он оттолкнулся от балюстрады и вошел в роскошную комнату.

— Мартини, тетушка?

— Конечно, дорогой. И расскажи, как все прошло сегодня.

Драко смешал напитки и наполнил ее бокал. Это был долгий день. Утомительный и изматывающий. Бесконечные переговоры и перевод денег. Не было почти ничего, что он ненавидел больше. Но, по крайней мере, теперь со всем покончено.

Он отвернулся от бара и протянул тете матовый бокал. Она с легкой улыбкой приняла его.

— Что ж, я рада, что смогла тебе помочь.

— Как и я. Спасибо, — он задумчиво отпил, и его глаза снова устремились к яркому горизонту.

Когда две недели назад он покинул Уилтшир и Гермиону, в голове была только одна мысль: найти и остановить Джека Уикхэма. В этот раз навсегда. Его охватила болезненная волна вины, когда он услышал письмо Джинни, прочитанное пораженным голосом Гермионы. Вины и стыда — потому что он мог это предотвратить. Если бы разоблачил Уикхема до того, как его действия причинили боль большему количеству людей — дорогих Гермионе людей.

Драко вздохнул, и его тетя вопросительно посмотрела на него.

— Просто сожалею о некоторых своих поступках, — произнес он, невесело приподняв уголки рта.

— Сожаление — бесполезная эмоция. Что сделано, то сделано. А будущее полностью в твоей власти.

Он пристально смотрел на Лукрецию, пока та снова не заговорила.

— И что ты будешь делать теперь?

Что ему делать теперь? Малфой припомнил шквал активности, который так много дней занимал его… После отъезда из Уилтшира он обратился к известным ему пособникам Уикхэма. Поскольку те всегда жаждали денег, он думал, что щедрая награда, которая предлагалась за сведения о местонахождении Джека, довольно быстро приведет к нему.

Поэтому удивился, когда важная информация пришла из другого источника.

Лукреция, приславшая письмо из отпуска в Монако, упомянула, что видела «этого жулика Джека Уикхэма» в одном из казино Монте-Карло. «Но не стоит волноваться», она шепнула на ушко своему дорогому другу, менеджеру, и Уикхэма выгнали. Он и «его рыжий спутник» устроили настоящую сцену, и мадам Блэк была уверена, что их скоро выгонят из страны.

Прочитав это послание с растущей тревогой, Драко срочно послал сову, наказывая Лукреции прекратить любые попытки выдворить Уикхема. После он уведомил Министерства Великобритании и Испании, написал Чарли Уизли и договорился о том, чтобы лично отправиться в Монако.

По прибытии он встретился с Чарли и был допрошен властями, хотя в основном не участвовал в успешной операции по поимке Джека и Рона. Спустя несколько дней после ареста этих двоих, когда Чарли сообщил о масштабе финансовых потерь, Драко снова начал действовать.

Сначала Уизли было трудно убедить. Ему пришлось рассказать о всех вероломствах Уикхэма и о том, как Драко каждый раз смотрел в другую сторону или активно прикрывал его. Наконец, Артур устало уступил, и Драко встретился с банкирами Лукреции.

Последовало несколько дней переговоров и сложных трансферов, но в конце концов все было возвращено на свои места.

И вот теперь это позади. Сегодня он ненадолго встретился с Чарли и Хэмишем, чтобы сообщить подробности. Они выглядели такими же измученными, каким чувствовал себя Драко.

— Спасибо, — сказал Чарли, положив руку Драко на плечо. — От меня и моей семьи.

— Прошу, не надо, — ответил Драко, качая головой.

Чарли кивнул.

— И ты все еще не хочешь, чтобы об этом узнали?

Его взгляд был многозначительным, но Драко снова покачал головой.

— Нет. Я не хочу, чтобы кто-либо чувствовал себя обязанным.

Хэмиш хотел было что-то сказать, но Чарли взглядом заставил его замолчать.

— Хорошо, — пообещал Чарли. — Даем слово.

Они пожали друг другу руки,