Огонь, пепел и ветер - Северина Мар

И все же, несмотря на все противоречия, хотели они того или нет, им приходилось работать вместе. Какого бы высокого мнения о себе брат Коинт не был, он пока не освоился в новой должности, и часто терялся, не зная, как поступить. Киру приходилось ему помогать и подсказывать, и он не мог отделаться от воспоминаний о том, как то же самое делал, когда-то для него Фрол Зерион.

— Что случилось? — тихо спросил Кир.

— Взгляните сами, — раздраженно прошептал брат Коинт, кивая на Андроника Великого.

Тот сидел за столом, опустив плечи и склонив голову. Его любимые кушанья стояли нетронутыми. Он не прикасался ни к жареным устрицам, ни к крабам, тушенным в виноградном соусе, ни к запеченной утке с гарниром из свежих овощей, выращенных в оранжерее. Даже воздушные ягодные пирожные и, обожаемые драконом-императором, медовые кольца лежали нетронутыми.

— Как давно он так сидит? — поинтересовался Кир.

Брат Коинт неопределенно пожал плечами.

— Давно, уже успело стемнеть. Он не говорит, и не ест, и это странно.

Дракон-император обернулся, украдкой на них посмотрев, и они тут же замолкли. По позвоночнику Кира пробежал холодок. Надо было все выяснить.

Подойдя к столу, он опустился на одно колено.

— Ваше величество, нравится ли вам трапеза? — спросил он.

Дракон-император словно сжался от его слов, опустив плечи еще ниже. Его и без того большие глаза распахнулись сильнее, а рот приоткрылся, как у золотого карпа, плавающего в садовом пруду.

— Я… я не знаю, — тихо ответил он. — Мне можно это есть?

— Разумеется, ваше величество. Все кушанья были приготовлены специально для вас. Может быть, вы хотели бы, чего-то другого? Повара подадут все, что пожелаете.

Андроник Великий тоскливо посмотрел на стол. Его зрачки сузились.

— Можно… мне тогда суп?

— Суп, ваше величество? — переспросил Кир.

— Да, похлебку… с бобами.

Услышав его просьбу, служители засуетились и не успела оплавиться свеча, как ему подали пышущую жаром бобовую похлебку со свежей ячменной лепешкой и ломтиками сыра. Обычно, такое простое и сытное блюдо ели простолюдины.

Дракон-император оживился и, съев похлебку, допил остатки бульона, обхватив миску ладонями, словно большую чашку.

Доев, он немного посидел, вертя головой и рассматривая фрески, украшавшие стены и потолок. Затем, принялся снимать кольца и браслеты. Последними он стянул золотые цепи и жемчужные ожерелья, рядами висевшие на его шее, и, закончив, сложил украшения горкой на краю стола.

Андроник Великий носил украшения не снимая, и даже в них спал. По перезвону браслетов можно было услышать его приближение издалека. Единственное, когда он снимал их, это готовясь принять свое истинное обличие.

К облегчению Кира и остальных, на этот раз его лопатки не прорезали молнии раскрывающихся крыльев. Вместо этого, он поднялся из-за стола и, украдкой оглядываясь на служителей, вышел сквозь стеклянные двери в сад.

Поднялся ветер, моросил мелкий дождь. Кир порадовался, что не забыл прихватить с собой плащ. Служители были одеты в теплые одежды из шерстяной тяжелой ткани и тоже не мерзли.

Андронику Великому тут же поднесли мантию на соболином меху. Тот застыл, неуверенно на них глядя. Когда служители попытались накинуть мантию ему на плечи, он ловко увернулся, отойдя в сторону.

— Ваше величество, позвольте служителям подать вам мантию, — попросил Кир, опускаясь на колено. — Вечера холодны в это время года. Можно и простыть.

— Мне не холодно, — отозвался дракон-император. — И… и я же ее запачкаю…

— Ничего страшного, — мягко сказал Кир. — Все можно отчистить.

Дракон-император все же позволил накинуть себе на плечи мантию, хотя и смотрел на нее так, словно это была чужая вещь, которую ему одолжили на время.

Он прошел по саду, не переставая оглядываться на сопровождавших его служителей. Те шли чуть поодаль.

Вдоль, выложенной каменными плитами тропы, ярко горели факелы. Серое небо медленно меркло, на горизонте затухал закат. Листва давно облетела с деревьев и кустов и их голые ветви дрожали на ветру искривленными плетями. Фонтаны не работали и их мраморные чаши зияли пустыми сосудами.

Среди поредевших зарослей мелькали статуи. Дракон-император остановился возле одной из них, изображавшей, расчесывавшую волосы, нагую деву. Он замер, делая вид будто разглядывает ее, а сам то и дело украдкой поглядывал на служителей.

Он походил на кота, готовившегося дать деру, и, что-то внутри подсказывало Киру, что еще немного и им придется ловить его по всему саду. Решившись бить на опережение, он подошел к нему первым.

— Ваше величество, могу ли я быть вам полезен? — спросил Кир, опустившись на одно колено.

Тот оглядел его, усиленно стараясь не встречаться с ним взглядом.

— Все спят, — тихо сказал он. — Есть только я.

Киру пришлось приложить усилия, чтобы подавить в груди волнение. Он уже понял, что перед ними предстал Дро. Князь Дуаре считал его самой жестокой, темной и неуправляемой головой. По всему выходило пока так, что именно его прародителем был Амори — дракон, желавший уничтожить людей. Тогда как Ан родился от властной и просвещенной Цицелии, а Ник от свободолюбивого и доброжелательного Иренеуса.

— Я вас помню, — продолжил тем временем Дро. — Вы летали на черном рухе.

— Все верно. Я генерал Кир Аверин — ваш глас, ваше величество, — решил, на всякий случай, представиться Кир.

— Почему эти в белом все время за мной ходят?

— Это ваши служители, ваше величество. Они вам прислуживают.

— А… служители, я помню, — Дро потер рукой затылок. — Когда долго сплю, то потом вечно все путаю. Можно мне погулять по саду?

— Разумеется, ваше величество. Вы можете гулять, где пожелаете.

Вертя головой, дракон-император пошел по тропе. Впереди была развилка, от которой одна дорога вела к ротонде возле заросшего лилиями пруда, где он обычно любил проводить время. Проигнорировав поворот, он пошел дальше.

Вскоре тропа стала уже и теперь едва заметно петляла среди облетевших розовых кустов. Они прошли до неприметной калитки, вырезанной в высокой каменной стене. Дро потянул за ручку, калитка со скрежетом и треском распахнулась.

Идущий рядом с Киром брат Коинт, открыл рот, чтобы, что-то сказать, и подержав его открытым, прикрыл. Кир похлопал его по плечу.

Даже не заметив, что выломал замок в калитке, дракон-император пошел дальше по тропе идущей между двух зданий. Дойдя до следующей калитки, он также непринужденно ее распахнул, не заметив, что вырвал замок, и зашел во внутренний двор, украшенный стоящей по центру статуей, в виде длинноволосой девы, державшей в руках корону.

Брат Коинт отчего-то схватился за сердце, а Кир с интересом огляделся, он раньше не бывал в этой части дворца.