Неясные огни - Марго Айсли

Провалявшись в воде, я решила, что настало время выйти из комнаты и поискать Маркуса. Очень хотелось его видеть, хотелось, чтобы он обнял меня, и я не понимала, почему его нет. Ещё и внутри себя я ощущала что-то совершенно странное и потрясающее одновременно, я будто чувствовала его эмоции, словно они были мои. Будто внутри была частичка его души. Я не знала, где он, но точно знала, что он беспокоился, и тревога передавалась мне. Нужно срочно его найти.

При попытке вылезти из ванной, я подскользнулась и ударилась коленкой о камень, стесав кожу. Охнув, я попыталась промыть рану, но стерев кровь, обнаружила, что всё заросло само. И про это я тоже спрошу.

Накинув найденный в шкафу атласный чёрный халат в пол, я забыла, что теперь не могу проходить сквозь стены, и, попытавшись выйти из комнаты, я со всей силой ударилась об дверь. В глазах потемнело, и я упала в руки вовремя вошедшего Маркуса.

— Куда-то собралась? — поинтересовался он, вернув меня на кровать.

Вампир навис надо мной и с опаской осмотрел. Он всё ещё нервничал, но теперь на меня нахлынул такой спектр эмоций, что я не смогла отделить их от своих и запуталась

— Не стоит тебе пока одной ходить, твоё тело ещё не восстановилось.

Он улёгся рядом и заключил меня в объятия, уткнувшись подбородком мне в макушку. Меня тут же затопила волна тепла. Моя или его? Впрочем, не важно.

— Но почему? — задумалась я, — когда я закрывала завесу было… лучше? Не считая той кошмарной боли. А сейчас вообще нет сил, еле стою.

— Тогда тебя поддерживала Син, а когда перестала, то своих запасов у тела уже не было. Это ненадолго, скоро ты восстановишься.

— А ты… не можешь добавить мне энергии?

Он покачал головой.

— Нет, я не знаю, что будет, лучше не рисковать. Всё-таки твой случай единственный.

Я взглянула на Маркуса своими новыми глазами, разглядывая черты лица и мои любимые глаза с алыми крапинками. Подняв руку, я отодвинула прядку волос И коснулась его щеки.

Глядя на Маркуса, я вспомнила свой долгий путь, полный потерь. Лишившись даже собственной жизни, я была просто ничем. Точкой в бесконечной бездне, отринувшей себя ради спокойствия. Но потом, пробудившись, многие недели я ругала себя о несбыточных надеждах, украдкой мечтая просто быть рядом. Живой. Но в соборе я могла просто всё испортить и этих мгновений никогда бы не наступило. Я могла всё разрушить, опять…

На меня обрушились чудовищное чувство вины, и я уткнулась лицом ему в грудь.

— Ну началось, — он страдальчески вздохнул и поцеловал меня в макушку, — забудь обо всём, просто забудь. Прошлое пусть останется там.

— Но я чуть всё не испортила, опять…

Вместо ответа он поднял моё лицо за подбородок, склонился и поцеловал, медленно проведя рукой по шее, а затем по ключице, стягивая с плеча ворот халата. Я подалась вперёд, отвечая на поцелуй. По спине пробежали мурашки, мне стало невыносимо жарко, а дыхание сбилось. Обхватив вампира рукой, я резко дёрнулась к нему, в глазах потемнело, и я отключилась.

Когда я пришла в себя, солнце немного сдвинулось влево.

— Что… произошло? — я в панике посмотрела на руки и потрогала кожу. Убедившись, что я ещё жива, немного успокоилась.

— Ты упала в обморок, — серьёзно сказал Маркус и протянул мне стакан сока, — пей, ты очень слаба. Никаких пока потрясений.

Смутившись, я взяла сок, а от вампира повеяло беспокойством.

— Ощущать тебя… странно. Я путаюсь и часто не могу отделить твои чувства от своих.

— Да, так работают кровавые узы, но со временем, ты разберешься.

— Ты также ощущал меня раньше?

— Очень похоже, сначала было очень непривычно, но потом я привык.

— А та пустота, что была в тебе, — от одной мысли стало не по себе, и я здорово опасалась услышать ответ, но должна была знать его, — она ещё есть?

— Больше нет, — успокоил он меня, и сок сразу стал как-то вкуснее.

Связь меня пугала. Немного. Я конечно могла ощутить сильные эмоции Маркуса и раньше, но они были обусловлены просто энергетическими выбросами, которые он не пытался никак скрыть. А тут… он же все мои глупые терзания прочувствует, или чувства от воспоминаний, которые я так старательно лелеяла в памяти. Ещё больше смутившись, я решила сменить тему, пока не свыкнусь с новыми обстоятельствами.

— А что произошло с того момента, как я отключилась после отвязки?

— Расскажу, когда поешь, — сказал он и протянул мне пирожок, — если хочешь, то принесу что-то посущественнее, но вряд ли ты сможешь сейчас осилить стейк.

Не желая спорить, я просто взяла сдобу и очередной стакан сока и вопросительно подняла бровь в ожидании рассказа. Но пока я не начала жевать, вампир даже и не думал говорить.

— Когда завеса вернулась на место, война, соответственно, кончилась. Деймор со своей свитой убрались обратно. С Мирном и Карнией заключён временный мир до подписания реального договора. Их войска, точнее остатки, убрались с нашей территории. Ну а ты провалялась без сознания примерно неделю. Твоё тело изначально было так плохо, что я всерьёз опасался, выживешь ли ты, — сказал он ровным тоном, но я чувствовала отголоски страха, — но постепенно всё стало налаживаться, а тело восстанавливать энергию.

— Какой ужас, — вытаращилась я, уверенная, что всё произошедшее было вчера, — когда я очнулась, то сначала не поняла, что происходит, и тебя рядом не было.

— Я был с тобой всё это время, хотел быть рядом, когда ты очнёшься, но стоило отойти по срочным делам… — на Маркуса нахлынула злость вперемешку с обидой.

Мне захотелось утешить его, ведь ничего страшного не произошло. Я придвинулась и нерешительно обняла его, он в ответ сжал меня в объятиях, и я тут же почувствовала от вампира столь сильное нежное чувство, что невольно смутилась и улыбнулась. Никогда не могла представить ничего подобного.

— А как Син и остальные?

— Некромантка кое-как пришла в себя и уехала, прихватив с собой мою книгу.

— Куда это?

Маркус пожал плечами.

— Не знаю, сказала, что займётся наконец своими делами. Но пообещала вернуться за своим долгом, когда придёт время.

Впрочем, почему я удивилась? Её часть сделки выполнена, она не вампир и с нами её ничего не связывает. Тем более она говорила что-то об ордене. Да и отношения у нас с ней были не очень, если уж на то пошло.

— А Теали и Корвин?

— Они ещё тут, хотят кое-что тебе сказать.

— Что?

— Узнаешь, когда поговоришь, — загадочно пояснил он.

— А как мои друзья? — прошептала я,