Дед Мороз для Веры (СИ) - Тимина Светлана "Extazyflame"

Он собирался умоститься спать в подъезде, на лестничной клетке! Вот сюрприз будет Анне, старой деве, или тетке Нюре, адептке свидетелей Иеговы, когда обнаружат блондина с великолепным телом в секси-костюме Деда Мороза под дверью!

— Понимаешь, есть правила. Этикет. Молодая девушка не может оставить на ночь незнакомого мужчину! Это бросит тень на ее репутацию, о ней будут плохо думать и говорить.

— На каком основании они смеют говорить плохо о провидице своей расы? К тому же, я не сделаю того, что даст им повод для таких разговоров. Провидицы всех миров неприкосновенны, иначе я бы давно вознёс тебя на льдах наслаждения к берегам трех светил. Но как бы ни воспламенялась моя кровь при виде тебя, Ве-ра, я не хочу стать жертвой древнейшего проклятия.

— Хейм, ты о чем?

— Это завет. Тот воин, что овладеет девой, в венах которой течет кровь провидицы, никогда не вернется домой, и его судьба изменится. А у меня долг, Ве-ра. Долг перед Асгардией. Я и мои собратья несут ответ за жизнь соотечественников. Лучи Голубой Звезды сильнее каждый оборот оси.

— И они испепелят вашу планету?

— Однажды так и будет. Они растопят льды, и жизнь станет невозможна. Ты и сама это знаешь.

Вера ощутила горечь. До этого момента она не осознавала, что хочет этого мужчину буквально до истерики. А выходит, между ними ничего не может быть не потому, что он не нашел ее достаточно привлекательной, а потому, что есть какое-то тупое пророчество! Да что ж за жизнь такая несправедливая!

— Ты можешь спать здесь. Завтра придумаем, где ты будешь жить. У меня все равно надолго оставаться нельзя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Хеймдаль задумчиво, с пренебрежением оглядел так и не наряженную до конца елку. Хоть она уже не раздражала его так, как ранее, в глазах появилась брезгливость.

— Никуда не годится!

Прежде чем Вера успела возразить, воин Асгардии поднял свой посох и направил на новогодний зеленый символ. Тонкий синий луч выстрелил, и прямо на глазах ошеломлённой девушки дерево словно заледенело, а на ветвях завращались прозрачные сферы льда с синим сиянием внутри! Иней блестел, переливаясь, но холодом почему-то не веяло.

— Теперь священный росток не осквернен, — довольно заметил Хейм и сбросил плащ. У Веры вновь пересохло во рту и бешено забилось сердце.

Не передать словами, что сейчас творилось в душе у студентки Веры Алимовой, умницы, отличницы, скромницы и просто хорошей девочки. О том, что можно так сильно хотеть мужчину, она прежде и не подозревала. Да, у нее были парни, и каждый раз присутствовало нечто, похожее на влюблённость, но никогда так не стучало сердце, не кипела кровь, не наливалась сладкой негой волнительного предвкушения каждая клеточка тела. И это притом, что не столь давно Хейм признался, что намерен захватить Землю!

— Тебе нравится то, что ты видишь, верно? — внезапно широко, соблазнительно улыбнулся инопланетный гость, поиграв грудными мышцами. Вера вспыхнула до корней волос.

— Просто… я… у тебя нет другой одежды? Холодно же…

Ничего глупее нельзя было придумать. Мысленно отвесив себе подзатыльник, девушка перевела разговор на другую тему:

— Ты что, мысли читаешь?

Хейм поднял руки, отчего каждый мускул его идеального тела стал виден в деталях.

— Это не мое умение, Ве-ра. Но клан провидцев умеет в совершенстве. Тебе придётся с ними встретиться, когда драккары Асгардии прибудут на Землю — ни одно пророчество не принимается на веру.

«Попадос! Да тут и телепатом быть не надо, раскусят вмиг. Надо не допустить, чтобы он отыскал передатчик и организовал вторжение, любой ценой!»

Опасаясь, что Хейм поймет, о чем она думает, Вера поспешила свернуть разговор. Это было лучшее из того, что она могла сделать — близость воина холодной планеты грозила лишить самоконтроля. Между ног уже было горячо и влажно, мысли путались, а прояви он инициативу — не устоит, окончательно потеряет голову в его крепких объятиях.

— Э… Хейм, правила следующие. Можешь спать на диване. Можешь постелить себе на полу, если привык к… аскетизму. В доме ребенок, как ты уже понял, а это значит — ты не покидаешь пределы комнаты, не ходишь по квартире, чтобы его не напугать, ничего не трогаешь. Утром мы пойдем искать твой… передатчик.

Голос вновь сбился. Вера наблюдала, как незваный гость поудобнее устраивается на полу, закинув руки за голову, глядя в потолок. Во всей его позе чувствовалась насмешка. Еще бы, такой красавец знавал сотни женщин, легко догадался, что с Верой происходит. Девушка поспешила покинуть гостиную, не осознавая, что ее гонит прочь страх. Страх услышать слова, которые не столь давно произнёс Денис. И ведь понимала, что не услышит — по глазам Хеймдаля видно, что он ее хочет, но червячок сомнений от пошатнувшейся самооценки продолжал точить изнутри. Она в шаге от того, чтобы предложить ему себя, забыв о братишке в детской. Этого точно нельзя допустить!

Расстелив постель, Вера вспомнила, что так и не сходила в душ, не смыла макияж. Умел мужчина с внешностью бога забить баки настолько, что о первостепенных делах забываешь! И тут же дьявол на левом плече хлопнул в ладоши, а руки девушки потянулись к шкафу, где висел нежно-розовый, под цвет ее волос, атласный халатик. Скинув одежду, Вера поспешно завязала узел халата, слегка поёжившись от холода. Мелькнула шальная мысль — снять нижнее белье, и от этой идеи вся кровь вновь ударила девушке в лицо. Она никогда не была такой смелой и раскованной!

«Дура ты, Вера! Да в твоих руках сейчас жизнь на планете, только ты можешь не допустить вторжения отмороженных пришельцев, а все, что тебя волнует — оценит ли агрессор, что не столь давно тебя привязал к стулу, твое дефиле без трусов! Голову тебе лечить пора!»

Но зря девушка рассчитывала произвести на Хеймдаля впечатление: когда она, непроизвольно покачивая бедрами, прошла в ванную, в гостиной уже не горел свет, только елка мерцала красивым голубым сиянием, а тяжелое дыхание пришельца не оставляло никаких сомнений в том, что он спит. Не проснулся даже тогда, когда она, свежая, с румяными от горячего пара и осознания собственной привлекательности щеками тихо закрыла дверь и на цыпочках прокралась в свою комнату, сдержав вздох разочарования.

Помечтать под теплым одеялом, фантазируя, как бы далеко они зашли, не вышло. День оказался уж чересчур насыщенный событиями и впечатлениями, и Вера погрузилась в сон.

Проснулась от холода. Не спасало одеяло, и причина, скорее всего, была не только в тонком пеньюаре. Закутавшись в плед, Вера вышла в гостиную, и тут на нее буквально обрушился арктический холод.

Температура в комнате явно была минусовой. Босые ноги моментально замёрзли, зубы стали выбивать дробь. Вера дрожащей рукой нажала выключатель, гостиную залил свет.

— Хейм, что за чертовщина?!

Мужчина спал, но — Вера уронила челюсть — над полом, словно его удерживало невидимое силовое поле, покачиваясь на невидимых волнах. Прозрачный панцирь на груди переливался инеем. Услышав ее потрясенный крик, он открыл глаза практически моментально.

— Ве-ра, — зевнул, как обычный человек, встал на ноги, махнув рукой.

Посох плавно подплыл к своему обладателю. Сон быстро ушел из ясных глаз мужчины, когда он, окинув пылающим взглядом дрожащую фигуру Веры, оценил обстановку. Взмах, и тепла волна окутала замерзшую девушку, согревая.

— Прости меня. Я забыл, что вы настолько сильно отвыкли от холода, что теперь он для вас губителен. Эволюция забрала у вас столь ценное качество. Мои объятия могут согреть тебя быстрее, чем…

— Не для тебя моя ДНК цвела! — с отчаянием выпалила Вера, услышав в его голосе неприкрытое самодовольство и превосходство. Но не сдвинулась с места, когда Хеймдаль в два шага преодолел разделяющее их расстояние и заключил оторопевшую девушку в свои сильные объятия.

Вера ожидала, что сейчас буквально пронзит арктическим холодом, но этого не случилось. Он был… теплым. Горячим. Жарким. Пылающим. И таким желанным. Его руки заскользили по спине, лаская, согревая, успокаивая, а Вера в тот же миг забыла, что еще секунду назад стучала зубами от холода. В возбуждённом сознании билась одна-единственная мысль: как, черт возьми, воин далекой ледяной планеты, разгуливающий топлес на морозе, может быть таким горячим? Вжималась в рельеф его прекрасного тела, оправдывая себя тем, что замерзла, хотя, видит бог, она согрелась сразу, как только он ее обнял. Закрыла глаза, наслаждаясь близостью, стараясь не думать о том, что перед ней, по сути, враг. Она подумает об этом потом. Потом… завтра.