Жизнь на Двоих - Дарина Кроп

Дарина Кроп

Жизнь на Двоих

Глава 1

САРДАН

Спину мне подрали знатно, в некоторых местах были вырваны куски мяса до кости. И все бы ничего, на мне и хуже заживало, но когти этой твари были чем-то обработаны и теперь там началось нагноение. Скверно. Надеяться на быстрое заживление теперь не приходится.

Нападения одичалых участились, причем стали появляться в тех местах, где до этого никогда их не видели и куда они никак попасть не должны были.

Одичалыми называли сошедших с ума оборотней. ну или оборотнями они были много веков тому назад, когда было одно государство и обычные маги были еще в нашем услужении. А сейчас это настоящие звери, питающиеся людьми. Именно поглощение человеческой плоти, а именно сердца и мозга, поначалу давало им физическое преимущество среди собратьев, позволяя этому клану занять лидирующее позицию. Скрывая от других свои пристрастия, они несколько веков правили, пока не полезли мутации с необратимыми последствиями. Когда правда выплыла наружу, была война, в которой одичалых прогнали в земли пустоши, где практически нет магии, поставив щиты на границе. С тех пор их численность сильно увеличилась, как и набеги на земли людей.

Это и стало причиной того, что я приехал в эту дыру с расследованием. А отец, прибывший в пограничный гарнизон проведать меня, а точнее с проверкой — работаю или поддаюсь чрезмерно — увеселительным прозябанием, а именно — бухаю ли я в окружении местных блядей, от глаз его подальше. Не подтвердив свои домыслы и найдя меня в таком хреновом состоянии, не придумал ничего лучше, как затащить в местную больницу к людишкам!

— Да не трогай там! — рыкнул отец и долбанул когтями по руке, которой я пытался немного снять зуд вокруг ран. Находясь немного в бешенстве, он был в стадии полуоборота — оскалил клыки, частично когти и глаза волчьи свои показал. Весь персонал перепугал, поэтому сидим уже десять минут, и к нам не заходят.

— Уйди в соседнюю комнату, ты меня нервируешь и медсестру сейчас до обморока доведешь — постарался спокойно говорить я, надеясь, что отец послушается.

— Ладно, но если сейчас никто не придет, я разнесу тут все!

Оставшись мнимо один, уши отца как локаторы на многие мили, а тут даже простенькой звукоизоляции не стоит, постарался принять более удобную позу и не постанывать. Раны просто горели изнутри, как будто кто-то очень добрый там ковырялся и еще кипяточком сверху поливал.

— Добрый день, меня зовут Габриэль, я ваша сестра на сегодня — послышался тихий голос, от двери. Вошла хрупкая на вид магисса, даже уродливо — широкий костюм, состоящий из широченных штанов и бесформенной кофты, и дурацкая шапочка — сетка, не смогли спрятать ее изящество. Длинные ноги и явно тонкую талию. Войдя в палату, она не смотрела на меня, лишь мельком взглянув, отправилась к шкафу, доставать инструменты для промывки раны, набирать уколы и подбирать кристаллы заживления. Я мысленно любовался ее видом сзади, подмечая длинную, тонкую шею, бархатную кожу, до которой хотелось прикоснуться и цвета растопленного шоколада кудрявые волосы — один завиток упрямо стекал на спину, выбравшись из-под шапочки. Когда она слегка наклонилась, дурацкие штаны обтягивали круглую попку, дав почву моим фантазиям.

— «Надо будет навестить ее» — мысленно дал себе заметку — «И пахнет вкусно» — выпустил своего зверя немного на свободу, чтоб лучше слышать аромат.

— «Тебе лишь бы баб трахать!» — послышался в голове рык отца — «Когда повзрослеешь и за ум возьмешься?!»

Я что спроецировал мысли ему? Да нет, канал был открыт с одной стороны, я проверил.

— «А то я тебя не знаю» — закончил уже со смехом он — «Небось ее зад разглядываешь и думаешь, как затащить в постель».

— «И в мыслях не было» — изобразил обиженное удивления — «Каждый думает в меру своей испорченности» — закончил уже с ехидной. В конце концов — это сейчас отец остепенился, встретив свою истинную и по совместительству мою маму. А то, что происходило до нее, до сих пор не принято вспоминать в приличном обществе.

— И так, поворачивайтесь спиной — сказала девушка, обернувшись и наконец взглянув на меня. Я успел отметить огромные карие глаза, с теплыми крапинками молочного шоколада, аккуратный носик и пухлые губки, как вдруг ее лицо начало меняться. Удивление и шок явно отражался на ней, как будто привидение увидела! Нижняя губа затряслась, глаза наполнились слезами, и я явственно почувствовал ее обиду.

— Ты… — бросив поднос с инструментами на столик, она сжала кулачки и бросилась на меня

— Ты обманщик! — с криком замахнулась в мою сторону.

И если до этого вся ситуация вызвала только недоумение, сейчас накатила злость. Что она себе позволяет! Конечно маленькая девчонка, со средненьким даром, а иначе быть и не могло, раз она работает в захудалой больничке на окраине города, не могла мне навредить. Это даже смешно, на меня, наследного Альфу, архи-мага — напала жалкая магичка! Но в данный момент, у меня дико болела спина и ее непонятные психи, просто выбесили. Резко дернув за руки, я повалил ее на кушетку, секундой ранее на которой сидел сам, коленями развел ее ноги, чтоб не пиналась, прижал к себе. Держа одной рукой за горло, а второй удерживая руки, спросил:

— Ты сумасшедшая, что ли?

Она тяжело, молча дышала — теплый воздух коснулся моего лица, будоража внутри зверя. Я ощущал голым торсом, как поднимается и опускается ее грудь с слегка затвердевшими сосками, и это никак не способствовало трезвости моего мышления.

— Еще раз спрашиваю — слегка выпустив зверя и приняв полу форму, для обозначения с кем она говорит — Ты не в себе?! — закончил уже рыча.

Моя волчья полу форма произвела не совсем тот эффект, на который я рассчитывал. Обычно люди пугались ее, становились покорными и даже начинали заискивать, чем всегда вызывали дикое раздражение. Я надеялся, что она ее успокоит, но вышло наоборот. Габриэль еще сильнее взбесилась и стала дергаться с удвоенной силой.

— Так ты оборотень — закричала она, со слезами в голосе — Как ты мог все это время притворяться! Для тебя все это была игра?! — и не дав мне ничего ответить, неожиданно сильно толкнула, примерив явно больше разрешенных полутора миграм магии, соскочила с кушетки и выбежала в коридор, хлопнув дверью. Сказать, что я охренел, значит ничего не