Кровный демон - Анжела Камерон

Анжела Камерон

Кровный демон

Посвящение

Для Меллори

Всегда помните, насколько вы сильны.

Также, я хотела бы выразить огромную благодарность Трейси Сейболд, экстраординарному редактору! Прекрасной команде «Cobblestone» – благодарю вас за ваш тяжкий труд и поддержку.

И вам, читатели. Я надеюсь, что вы получите такое же удовольствие от Рэйвен, как и я. Большое спасибо за то, что продолжаете посещать мои миры. Они не будут такими же без вас.

Глава 1

Рэйвен Монтгомери пробиралась по танцполу между извивающимися парами, продираясь сквозь зловоние человеческого пота, смешанного со сладким, металлическим ароматом крови. Белые вспышки мигающего яркого света осветили в углу группу головорезов Бьяна, показывая их словно в замедленной съемке, что напомнило ей о старых кинофильмах, которые она видела очень давно.

Джерет, затянутый в кожу, с длинными и черными, как ночь волосами и телом, состоящим из сплошных мускулов, кого она называла Демоном, незаметно приблизился к ней. Расталкивая людей по сторонам, он двинулся за ней в сторону кучки отморозков в угловой кабинке.

– Хочешь, чтобы я выкинул их?

– Я займусь ими, – она жестом указала в сторону молодых женщин в углу, вгрызающихся в шею смертного мажорного паренька, – ты разберешься с этим.

– Само собой.

Она проследила за ним, пока он не скрылся и улыбнулась. Прошли годы, с тех пор, как Джерет согласился стать ее Демоном, но помимо этого, он стал ее лучшим другом. Его род деятельности заставлял его рисковать своей жизнью ради нее. Он был ее телохранителем, связанным с нею узами крови, и ничем иным. Хотя в их законах не было пункта, который обязывал бы его быть кем–то еще, помимо преданного, готового рискнуть всем ради нее, телохранителя. Так что, это была приятная неожиданность, что его, как демона, не застолбили за другими лидерами. Он не был безучастным или отстраненным, нет, с Джеретом было тепло и уютно, как в старой растянутой футболке.

Рэйвен двинулась дальше, пока не вырвалась из толпы, приковав к себе внимание наемников. Отчетливо рассмотрев их лица, она поняла, что знает их. Плешивый был южноамериканским нелегалом по имени Карлос. Он сидел в середине, по обе стороны от него расположились два молодых человека. Они были заурядными личностями, выходцами из Саут–Сайда[1]. Но с другой стороны, Карлос был опытным наемником, который заслуживал внимания, если он взял за правило появляться в вашем доме. Бьян прислал самого лучшего, ублюдок.

Карлос задрал подбородок в ее сторону и вытянул растатуированные руки над головой.

Рэйвен двинулась к столу, скрестив руки на груди. Она радовалась, что была одета в джинсы и футболку. Если дела пойдут худо, она хотя бы одета соответствующе и сможет дать отпор, к тому же эти вещи вполне подходили для клуба и не привлекали излишнего внимания.

– Что происходит, Карлос?

– Что? – он ухмыльнулся. – Я не могу посетить свой любимый клуб «Гот», не вызывая подозрений?

Она взглянула на черно–белого от татуировок главаря, а затем на его латиноамериканских приспешников:

– Ты совершенно не вписываешься в него.

Карлос кивнул и рассмеялся, но при этом сузил глаза:

– Босс просил передать, что он… беспокоится.

– Почему?

– У тебя нет мужа. Нет мужика – нет власти.

У Рэйвен скрутило в узел живот. Старое правило женофобов – древних вампиров, которое использовалось для удержания в узде женщин, всплыло вновь. Никто, особенно ее создатель, не собирался позволить ей миновать сей чаши: остаться без мужа, который взял бы на себя ее дело и ее жизнь.

Она так треснула рукой по столу, что аж покачнулись стаканы, и поддалась всем телом вперед, при этом людишки чуть отпрянули назад.

– Мне не нужен гребаный муж.

Карлос почесал за ухом и улыбнулся ей.

– Он тебе нужен до начала следующего месяца, или они сами возьмутся за его поиск.

– Почему? – ее голос раскалывался от гнева, но она и не пыталась скрыть его.

– Ты слаба без мужа. Ты подставляешь всех нас.

– Мне не нужен мужчина, чтобы выполнять эту работу. Я несла ответственность в течение четырех лет.

– В этом–то все дело. У тебя было почти пять лет, которые пролетели словно несколько месяцев.

– Я не хочу замуж.

– Не тебе решать.

Тряхнув головой, она протопала к лестнице, которая вела в ее кабинет. Быстро поднимаясь вверх, она локтями расталкивала со своего пути застопорившихся людей. Они лишились последних, треклятых мозгов, если думали, что смогут впихнуть мужика в ее жизнь. Это бред сивой кобылы. Если им показалось, что она уступит лишь потому, что несколько членов клуба «Добропорядочно–образцовых Вампирских Мальчуганов» погремят цепями – они сбрендили. Возможно, она и не обуздала всю свою силу, но была близка к этому. Ближе, чем кто–то еще из одиночек, и ей не нужен супруг, чтобы ускорить процесс. Она не собиралась сдаваться. Она будет первым женским лидером на земле, которая прорвется через эти смехотворные правила, даже если для этого, придется вступить в бой с каждым из них.

Рэйвен пересекла несколько метров до двери из рифленой стали, вошла внутрь и захлопнула ее за собой. Издав вопль, она двинулась к столу. Дотянувшись до телефона, она яростно набрала номер Бьяновского чердака в Тампе[2]. Если у него не хватало смелости противостоять ей лично, то хотя бы по телефону–то он мог с ней поговорить.

Трубка дернулась из ее руки и приземлилась на телефон. Рэйвен резко обернулась.

Там стоял Карлос.

Она не успела защититься. Он просто приподнял ее и швырнул через всю комнату. Она врезалась в противоположную стену с громким треском и даже не успела сползти на пол, как он снова оказался перед ней. Карлос схватил ее за горло и прижал к стене.

Она открыла рот пытаясь заговорить, но ничего не вышло. Это было бессмысленно. Что можно было сказать озлобленному наемнику?

Он провел языком вдоль ее шеи.

Рэйвен почувствовала его шершавый язык на свое коже. Она толкнула его в грудь и пнула, но он не сдвинулся с места. Охренеть.

– Не столь сильно, женщина. Не столь сильно, – он ударил, быстро, как кобра, вытатуированная на его руке, и погрузил клыки в ее шею.

Боль пронзила голову и руку. Он укусил слишком грубо, слишком глубоко. Она услышала свой крик. Напрягшиеся мышцы горла только усилили боль, в то время как он вытягивал жизнь через свежие прокусы в ее шее. Ей хотелось выхватить нож из сапога, но поножовщина с ним, обернулась бы только против нее. Убив его, посыльного мастера, она подвела бы свою жизнь под мучительный и кровавый конец.