Самый лучший - Мара Фицчарльз

– Я польщена, – довольно улыбнулась Дотти. – Но вы и так истинная леди.

– В том-то и загвоздка. Для разнообразия… надеюсь, вы меня поймете, Дотти… я бы хотела выглядеть… чуточку… менее… – Каролина искала подходящее слово, – чопорно.

Позабыв о хороших манерах, Дотти открыла рот от изумления.

– Это вполне реально, – усмехнулась Кара. – Нужно только распустить волосы, и я стану весьма привлекательной женщиной. Мне ужасно надоел пучок, я созрела для чего-нибудь… экзотического. Вы помните мое светло-голубое платье, которое я надевала на званый ужин у Бренсонов? Или желтый ансамбль для официальных приемов?

– Длинный такой? Вы еще появились тогда с дивным жемчугом на шее…

– Именно он.

Жемчужное ожерелье, принадлежавшее лично ей, пропало вместе с украшениями бабушки.

– Как вы думаете, эти вещи будут смотреться, если я распущу волосы?

– Нет, миссис Хиллиард, – покачала головой секретарша. – Если уж вы такое задумали, то любая вещь в прежнем стиле исключается. Вам требуется нечто совершенно другое.

– Что-нибудь этакое, чтобы сменить надоевший имидж? Или, еще лучше, послать его ко всем чертям?

– Ну… если это именно то, чего вы хотите…

– Тогда, Дотти, я сегодня уйду пораньше, отправлюсь по магазинам и не успокоюсь, пока не отыщу что-нибудь сногсшибательное для бала.

Даже горячая ванна не успокоила взвинченные нервы, ибо сегодняшний вечер должен был стать испытанием. Но Кара долгие годы не одевалась «для охоты», как это называл ее брат, поэтому совсем отвыкла и в решающий момент вдруг засомневалась, так ли уж ей хочется следовать надуманному и скорее всего глупому плану.

Еще не поздно все переиграть. Никто не знает о ее планах, только Дотти, которая наверняка умирает сейчас от любопытства, но ей и в голову не придет сплетничать.

Кара тщательно расчесала еще не просохшие волосы и на миг замерла.

– Думай о том, чего ты хочешь от жизни, – тихо сказала она себе. – Приоритеты, Кара! Думай о возможности иметь собственного ребенка, и все будет хорошо. Если струсишь и не попытаешься, то никогда и не узнаешь, насколько близка была к тому, чтобы твоя мечта сбылась. Закрой глаза и представь себя с ребенком на руках. Ты можешь. С твоим-то воображением.

Кара надела белье, попудрила тело любимой пудрой с запахом сирени и распахнула дверцу шкафа. Новое платье висело на особой вешалке. Она критически осмотрела его, пытаясь решить, не слишком ли нарушила приличия, сделав эту покупку. Услужливая продавщица убеждала ее, что платье будто специально сшито для женщины с ее фигурой и цветом волос.

– Ты и уши развесила, – хмыкнула Кара. – То же самое она промурлыкала бы даже полулысой старухе в полтонны весом. Ее задача – продать, а что ты будешь потом делать с таким платьем и как в нем выглядеть – это уже твоя головная боль.

Она надела платье и радостно засмеялась – платье действительно ей шло, ее тело вдруг наполнилось счастьем, и образ старухи с избыточным весом моментально вылетел из головы.

Глава 3

Кара появилась в изумительном переливающемся красном платье. Непривычно короткое, соблазнительно обтекающее женственные формы, оно прикрывало тело лишь настолько, чтобы это не казалось неприличным, хотя обнажало гораздо больше, чем скрывало. Взгляд Таннера приковали тысячи крошечных блестящих огоньков, танцующих на платье. Так, наверное, капитан не отрывается от путеводной звезды, внезапно появившейся на пасмурном небе. Он упивался каждым дюймом блестящей ткани и гладкой кожи, запоминая сводящие с ума изгибы ее тела.

А волосы! Он ни у кого еще не видел таких великолепных волос, доходящих до талии, которая оказалась удивительно тонкой.

Каролина была сегодня прекрасной, как сказочное видение. И столь же привлекательной и опасной, как Лорелея, но более милой сердцу, чем любая воображаемая колдунья.

Все это явно неспроста. И вела она себя уверенно и совсем не походила на ту испуганную, ранимую, нуждающуюся в поддержке и утешении Кару. Однако на привычную Кару, строгую, деловую женщину, она тоже мало походила.

Нечто в ее новом облике поразило его и произвело чисто физический эффект. Таннер стиснул пальцами монету в кармане, стараясь побороть волну желания, грозившую причинить массу неприятностей. Было бы грубейшей ошибкой переспать с Карой, им хорошо работается вместе, они прекрасно ладят. Он уважает ее как адвоката, она умница, специалист в своей области, интеллигентна. У них ровные, дружеские отношения, которые слишком ценны, чтобы рисковать ими, поддавшись неразумному вожделению. Нет, он решительно отказывается все усложнять из-за какого-то идиотского желания.

Грег Хатчисон, сосед хозяина бала, придержал Кару за локоть. Таннер молча наблюдал, как она спокойно отказала ему, а когда это не подействовало, с невероятной грацией выскользнула из его рук.

Когда она шла к нему, Таннер гадал, всегда ли Кара столь чувственна или в нем самом открылась некая неудовлетворенная сексуальность.

– Почему ты уставился на меня, как на привидение? – спросила она после краткого приветствия. – Не очень вежливо с твоей стороны.

Вместо ответа Таннер демонстративно оглядел ее с головы до ног, что дало ему время более или менее прийти в себя. Он вытащил руку из кармана и прикоснулся к чудным блестящим прядям.

– Роскошные волосы.

– А главное, те же самые, что были у меня и вчера, и позавчера, – усмехнулась Кара.

Таннер намотал на палец шелковистую прядь.

– Может, и те же, только не спрятаны, как обычно. – Он доставил себе удовольствие и еще раз окинул взглядом ее обворожительные формы. – Почему-то у меня напрашивается сравнение с леди Годивой. Она тоже прикрывала наготу длинными волосами…

– Ну уж и наготу. Сегодня все-таки бал, у меня хорошее настроение.

Ее бойкий ответ почему-то рассердил его.

– А вот этого я как раз и не заметил. По-моему, ты решила просто свести всех гостей с ума.

– Буду считать и твой рык, и голодный блеск в твоих невинных синих глазах комплиментом. Обычно тебе даже не приходит в голову замечать мою внешность.

– Но в конторе ты совсем другая. У тебя всегда безупречные строгие костюмы, эта же куцая тряпка с блестками навевает ассоциации с иной профессией.

Темно-карие глаза с вызовом уставились на него.

– Значит, прекрасные волосы, но безвкусное платье, да? – В ее глазах мелькнуло странное выражение… То ли обида, то ли гнев.

– Кара, – сказал он извиняющимся тоном, – я уже привык к твоим консервативным костюмам. Поэтому разница убийственная. Профессионал миссис Каролина Хиллиард никогда не делала намека на существование у нее более раскрепощенной стороны характера. Сейчас ты выглядишь так, будто сорвалась с цепи. «Берегитесь, мужчины!» – вот как это называется и не имеет ничего общего с респектабельным адвокатом.