Любовная сделка - Флора Дагерти

Они молча прошли через заднюю дверь по коридору и оказались в салоне. Тед остановился, глядя в окно, пока Элизабет нервно ходила по комнате, поправляя подушки и собирая стаканы из-под вина. Молчание стало давящим. Сглотнув комок в горле, она сказала:

— Правда же, Анжелика, очень милая? Она такая хорошенькая и так разбирается в винах, Фред просто счастлив.

Подойдя к ней, Тед буквально вырвал у нее из рук поднос и с силой поставил его обратно на стол. Чувствовалось, что он вне себя от ярости, и спазм страха сжал ей желудок.

Он взял ее за плечи и встряхнул без особых церемоний.

— Почему вы так себя ведете? — рявкнул он. — Почему вы заставляете меня думать, что дело в вас?

Она освободилась от него и опустилась на диван, потому что ноги подламывались. Во рту пересохло, и ладони стали влажными.

— Я… я не понимаю, что вы имеете в виду, — пролепетала она.

Он возвышался над ней, глядя на нее глазами обвинителя.

— Вы чертовски хорошо понимаете, что я имею в виду. Когда вы вернули мне кольцо в аэропорту, вы умышленно дали понять, что хотите снова быть с Фредом. И когда мы оказались здесь, я пришел к выводу, что и он лелеет эту же надежду.

— Вы все себе вообразили… — беспомощно пробормотала она.

— Но все указывало на это, — отрезал он. — И вы не оставили мне никаких сомнений. Я сказал себе, что должен лишь порадоваться за вас обоих. Но вернувшись в Лондон, я не мог больше обманывать себя. У меня была масса дел, которыми я должен был заниматься, но я думал только о том, как вы с Фредом проводите здесь время, и мне хотелось вернуться, чтобы свернуть ему шею. — Засунув руки в карманы, он отвернулся от нее. — О, Бетти, как вы могли так поступить со мной? — простонал он. — Очевидно, вы хотите расплатиться со мной таким образом за то, что я с вами так обращался?

Она сидела, не в силах разнять сплетенные пальцы.

— Конечно же, нет, — упавшим голосом сказала она. — Я просто не понимаю, о чем идет речь.

Он сел на диван рядом с ней.

— Все это время мы оба были во взвинченном состоянии, — сказал он. — Я полагаю, что это моя ошибка. А что, если мы несколько проясним ситуацию?

Он взял ее за руки и то, что она увидела в его темных глазах, заставило ее затрепетать.

— Я люблю тебя, Бетти, — очень тихо и медленно проговорил Тед. — Ты выйдешь за меня замуж?

— Да! — воскликнула она. — Конечно! — Она не могла сдержать рыдания.

Тед крепко обнял ее, и его губы приблизились к ее. Поцелуй его был настолько страстным и долгим, что она чуть не задохнулась.

— Моя дорогая, дорогая Бетти, — наконец хрипло сказал он. — Один раз ты отказала мне, оттолкнула меня, потому что мы не были обручены. Могу ли я рассчитывать, что сейчас получу иной ответ?

— Это было вовсе не потому, что мы не были обручены. А потому, что я боялась, — решительно возразила она.

— Боялась? Меня?

— Боялась, что ты подумаешь обо мне, если я скажу «да». Видишь ли, на том злополучном приеме ты заподозрил меня в самых ужасных намерениях, и я подумала, что, если я пойду с тобой в постель, ты решишь, что я пытаюсь заманить тебя…

— Каким же я был подонком! — Он застонал. — Понимаешь, моя мать бросила нас, когда мне было десять лет, и с тех пор я не верил женщинам. Но я никогда раньше не встречал такой девушки, как ты.

— Думаю, ты не там искал, — с улыбкой сказала Элизабет.

— Не пытайся оправдать мою гнусную натуру, — сказал он. — Можешь ли ты принять меня таким?

Элизабет не испытывала необходимости отвечать. Потянувшись, она прижалась к его губам и почувствовала, как по его телу прошла дрожь.

— В нашем распоряжении все шато, — объявил он, подхватывая ее на руки. — И та кровать наверху исключительно удобна.

Они поднялись по широкой лестнице. Вентилятор, вращавшийся под потолком спальни, создавал в ней приятную прохладу. Тед жадно приник к Элизабет губами и стал поспешно расстегивать ей молнию. Через мгновение платье желтыми складками упало на пол.

— Думаю, что оно нам не понадобится. Элизабет сидела на кровати, пока он снимал ее белые сандалии, целуя пальцы на ногах, а она замирала от удовольствия.

— Как ты красива, моя дорогая, — сказал он, подняв на нее свои бархатные глаза. — Ты не должна бояться меня, я никогда тебя не обижу. Ты веришь мне?

— Всей своей жизнью, — просто ответила Элизабет.

Через мгновение его одежда лежала на полу рядом с ее. Они оказались в постели, и его руки заскользили по ее телу, отыскивая самые чувствительные места, о существовании которых она и не подозревала. Он гладил и ласкал ее, шепча ей нежные слова. Она понимала, что он сдерживается, чтобы доставить ей как можно больше наслаждения. Но ей не нужно было тянуть время — она столько мечтала об этих минутах.

— Не жди, — вырвалось у нее, наконец. — Прошу тебя, не жди больше.

Ее словно подхватила огромная волна. Когда он оказался над ней, ее вскинуло и понесло — и вот уже они вместе на гребне волны. Закусив губу, Элизабет откинула голову, она стонала от наслаждения, мечтая, чтобы оно никогда не кончалось… Потом они лежали рядом, тяжело дыша, их сердца бились в унисон, их влажные тела приникли друг к другу.

Элизабет поежилась, и Тед, приподнявшись, подтянул покрывало.

— Ты плачешь, моя дорогая, — встревоженно сказал он, проведя пальцем по ее щеке. — В чем дело?

— Это было прекрасно! — смущенно сказала она, уткнувшись лицом в его плечо. — Я и не знала, что так может быть.

— Это было открытием и для меня, — сказал он низким голосом, целуя ее в мокрую щеку. — Я так долго вел жизнь в воздержании, и вот… такое. Ты просто не знала… — Голос его прервался…

Они засыпали и просыпались и снова занимались любовью, беспечно наслаждаясь друг другом. Казалось, они никогда не насытятся. Потом они лежали, приятно утомленные, обдуваемые лопастями вращающегося под потолком вентилятора.

— Конечно, это ужасно прозаично, мне стыдно признаться, но я умираю от голода, — сказала Элизабет.

— Я вспоминаю, что после пяти часов утра я съел лишь три шоколадки «Марс» и одно яблоко. Что у нас в меню?

Элизабет повернула голову в сторону окна, за которым уже сгустились сумерки.

— Значит, мы не вернемся в гостиницу?

Тед с удовольствием потянулся, закинув руки за голову.

— Думаю, что не вернемся. Мне здесь нравится. Давай останемся.

— Но мы не можем, — Элизабет присела на кровати. — У меня здесь ничего нет, кроме платья, которое я надевала с утра. — Она показала на желтые складки на полу.

— Все очень просто, — сказал Тед, — твоя сумка в багажнике моей машины. Я прихватил ее с собой. Вот так… Есть еще проблемы?